Солнце восходит в мае - Алиса Габриэлян

Майя заулыбалась и продолжила резать салат. Мишина мама тоже что-то готовила. Они молча занимались своими делами, когда на кухню зашел Миша. Оказавшись на женской территории, он несколько смутился, и обе — женщина и девушка — отвлеклись от своих занятий. Правда, Майю больше интересовал не приход Миши, а то, что произошло с его мамой в этот момент. Она так изменилась с его приходом: стала более серьезной, перестала улыбаться, будто испугалась собственного сына.

— Привет, Майя! — воскликнул Миша, он вроде даже улыбнулся. — Ой, то есть Айа¹⁹!

Майя улыбнулась, а женщина нахмурилась, смотря на сына, как на полного придурка.

— Миша… рада тебя видеть… — отозвалась девушка.

— Я начал учить эльфийский!

— Ну да. Я поняла.

Она засмеялась, вдруг удивившись тому, что Маша слишком серьезно воспринял ее слова. Он то ли с удивлением, то ли с непониманием посмотрел на Майю, и его мама тоже засмеялась, громко хлопнув ладонью по столу, так что зазвенела посуда.

Миша ничего не сказал и ушел из комнаты, оставив маму и Майю снова одних. Они притихли и, не смотря друг на друга, продолжили выполнять свою работу, а потом их взгляды вновь встретились, и Майя прыснула от смеха, и женщина последовала ее примеру. Они смотрели друг на друга и хохотали, как дети в цирке над глупой пантомимой клоуна. Майя понимала, что женщину забавляет поведение сына, и была в полном шоке от этого.

— Знаете, вы на него совсем не похожи! — заявила она, когда немного успокоилась. — Вы другая. Никогда бы не подумала, что Мишина мама такая…

— Такая? Это комплимент? — спросила женщина, улыбаясь.

— Да! — воскликнула Майя и вновь залилась смехом.

На кухне в квартире Миши, она вдруг почувствовала себя так спокойно, словно была дома. Там, в своей квартирке, она чувствовала умиротворение, когда готовила. Ее увлекал сам процесс приготовления блюда. В этом было что-то магическое, что помогало ей отвлекаться от внешних проблем.

— Как я могу вас называть? — неожиданно спросила Майя. — В смысле, как вас зовут?

— Называй меня Сандра… — проговорила Мишина мама.

— Сандра?! — удивленно переспросила девушка. — Это больше… на псевдоним похоже… прозвище…

— Это и есть псевдоним…

— Ваш? Зачем вам псевдоним?

Женщина обиженным взглядом посмотрела на Майю.

— Неужели, Майя, ты думаешь, что я всегда была только Мишиной мамой? — Девушка покачала головой, чуть замявшись от неловкости. — Знаешь, мне когда-то было столько же лет, как тебе, и я была… слегка сумасшедшая…

Майя засмеялась.

— Я знаю, — заявила она.

— Откуда? — удивилась Сандра.

— Вы до сих пор слегка сумасшедшая… — сказала Майя, и тут же ее щеки стали слегка румяными. — Ой, извините, вырвалось нечаянно… Это комплимент…

Женщина улыбнулась и начала лепить аккуратные пирожки, ловко укладывая их на одинаковом расстоянии друг друга, а Майя продолжала резать салат. Через несколько минут Сандра осторожно положила свои заготовки из теста на противень.

— Скажи, Майя, кто ты? — спросила она, открывая духовку.

— В смысле? — не понимая вопроса, спросила Майя. Ее очень удивили слова Сандры. Ни о чем подобном ее еще никогда не спрашивали, даже если и думали об этом.

— Я имею в виду, кто ты? Какой-нибудь хипстер?

— Нет.

Девушка засмеялась.

— Тогда хиппи?

Майя снова отрицательно ответила, слегка возмутившись.

— Но на панка ты совсем не похожа! — заявила Сандра, смотря в упор на гостью.

— Вот и правильно. Никакой я не панк…

— Тогда кто ты? — снова повторила свой вопрос Мишина мама.

— Я Майя! — ответила девушка, улыбаясь. — Майя! Просто Майя!

Сандра засмеялась. Она достала еще одну пиалу и, разместившись рядом с Майей, начала резать другой салат.

— Ты похожа на Майю… — сказала она.

— Ничего подобного в жизни не слышала, — произнесла девушка и уставилась на сидящую рядом женщину. — А вы похожи на Сандру… — продолжила она.

— Спасибо, Майя…

— Да не за что… это ведь правда. Я не вру. По крайней мере, стараюсь. Можете спросить у Жени…

— Я тебе верю, просто…

— Что «просто»?

— Просто… все слишком сложно… — заявила Сандра, взглянув на Майю жалостливым взглядом.

— Звучит довольно странно!

— Но так и есть…

— Да, конечно. Но ведь… можно попытаться самим делать жизнь проще, — все так же улыбаясь, произнесла Майя. — Как в математике. В начале перед тобой сложное уравнение, и ты понятия не имеешь, что с ним делать, но… в конце концов, всегда оказывается, что нужно было только упростить, и… все получается.

Мишина мама кивнула, и Майе показалось, что та сейчас заплачет. Женщина, наверное, так и сделала бы, но… Сандра сама не знала, почему не заплакала.

— Что вас так тревожит? — спросила Майя.

— Лучше сказать кто… — поправила ее женщина.

— Миша? — тут же догадалась девушка.

— Именно он, — кивнув, ответила его мама. — Просто… я не знаю, почему он такой. Ну, ты понимаешь… — Майя кивнула. — Я не знаю, что я делала не так…

— Вы здесь ни при чем… и никто ни при чем. Только, может, Миша, но… ведь он хороший. Он не плохой… он своеобразный… Все будет хорошо! Я точно знаю, — заявила уверенно Майя. — Знаете, даже Пауло Коэльо говорил, что все всегда заканчивается хорошо. Если все закончилось плохо, значит это еще не конец.

Сандра засмеялась.

— Значит, я должна радоваться… — проговорила она. — Ведь если слушать этого твоего Коэльо, то до конца еще далеко. С Мишей ведь никогда не знаешь, когда будет хорошо…

Майя улыбнулась. Почему-то ей нравилось, какой подход к жизни выбрала Мишина мама. Она не была похожа на взрослую женщину, но девушке казалось, что именно это и правильно. Ее мама была совсем другая, и лишь на мгновение Майе стало от этого грустно.

— Это уж точно! — произнесла девушка. — Никогда не знаешь…

— Мне иногда кажется, что… если бы Миша встретил меня тогда, лет двадцать назад, он бы разговаривать со мной не стал. Это меня пугает немного.

— Неправда! — воскликнула Майя. — Он бы узнал вас лучше, и…

Сандра пожала плечами. Они замолкли. В тишине был слышен только стук ножей по досочкам, а из соседней комнаты еле слышно доносились голоса, но Майя и Сандра не вслушивались в них.