Ты поймешь, когда повзрослеешь - Виржини Гримальди

– Что – вот только?

– Вы ведь самый близкий Леону человек среди нас, не правда ли?

52

Грег уезжает. Я про себя отмечала, как быстро приближается день отъезда, и хотя он пока еще был с нами, я чувствовала, что мне уже не хватает этого этапа жизни. Я всегда была такой. События еще не закончились, а я уже сожалею о них. Очевидно, у меня проблемы с заключительным этапом, идет ли речь о плитке шоколада, временном периоде или об отношениях. Может быть, поэтому мой мозг пытается меня подготовить к этому завершающему этапу, сигнализируя: «Внимание, скоро этому настанет конец»; «Пользуйся моментом, а то второго раза не будет» и т. д. В результате я так и не научилась ценить момент; часть меня все время этому сопротивляется, превращаясь в зануду. Я заранее ностальгирую по настоящему и что еще хуже – тоскую по прошлому.

Фургон, нанятый для переезда, припаркован возле флигеля. Мы с Марин выносим на улицу мешки для мусора, наполненные вещами Грега. Он не успел обзавестись картонными коробками и наивно полагает, что наша цель – оказать ему посильную помощь. На самом деле мы пытаемся в меру своих возможностей задержать его здесь. Все очень просто: если мы и дальше будем тянуть с переездом, может быть, он вообще от него откажется.

– Девушки, поторапливайтесь, пора заканчивать, – заявляет Грег в порыве энтузиазма, когда я устраиваю себе заслуженный отдых, спустив вниз подушки.

Марин смотрит на меня. Если бы у Друпи и Калимеро^[22] была дочь, она была бы вылитой их копией. Я подхожу к ней.

– Как дела?

– Так себе… Без него будет плохо. Честно говоря, я не ожидала, что так к нему привяжусь. Мне хотелось реветь, когда я сегодня проснулась.

– Понимаю. Я тоже повторяю себе, что больше не будет наших посиделок и не с кем будет разделить моменты радости и откровений. И я могу себе представить, что ты сейчас чувствуешь.

Она нахмурила брови.

– Какая между нами разница? Я переживаю не больше тебя.

– Разумеется, – ответила я с ехидной улыбкой, – не больше.

– Постой, – произнесла она. – Что бы ты ни придумала, нет никаких причин меня в чем-то подозревать…

– Ты, конечно, права, а я ошибаюсь. Тем более что я не слышала, как однажды вечером вы встречались у тебя.

– Тогда ты должна была бы слышать, что я называла его Рокко, – ответила она, направляясь во флигель, из которого в этот момент выходил Рафаэль.

Обернувшись, Марин со свойственной ей тактичностью выразительно подмигнула мне. А Рафаэль, улыбнувшись нам обеим, сунул руки в карманы и подошел ко мне.

– Ну как, отошла от вчерашнего вечера?

Видимо, он уловил некоторое недоумение на моем лице и тут же добавил:

– Ты не против, если мы будем на «ты»? Мы примерно одного возраста, и мне неловко тебе выкать.

– Никаких проблем. Все в порядке. Представляешь, мне удалось сразу уснуть, но все-таки хочется раскрыть эту тайну… А что у тебя? Надеюсь, ты не забыл положить свои ручки под подушку?

Он улыбнулся и посмотрел на фургон.

– Кто-то переезжает?

– Да, Грег, аниматор. Ремонт в его квартире закончен, так что он нас покидает.

Из главного здания вышел Грег с телефоном в руке.

– Вам помочь? – предложил Рафаэль.

– Вот это мило! – возмутилась я. – Твоя бабушка, наверное, скучает без тебя.

– Как бы не так! Мадам вторую половину дня по субботам проводит в комнате для вышивания. Она подружилась с одной пансионеркой по имени Луиза и, судя по всему, во мне не нуждается. К тому же я запланировал провести с ней сегодняшний вечер. Это будет наш последний вечер, завтра утром я уезжаю.

– Тогда я с удовольствием приму твою помощь! – крикнул Грег из фургона. – Потому что с двумя этими девицами каши не сваришь, и если я буду рассчитывать только на них, я и к следующему году не перееду.

Квартира Грега преобразилась до неузнаваемости после нашего визита. Он прав: это действительно великолепно. Серая плитка, выстилающая пол, и белая мебель придают гостиной уютную скандинавскую атмосферу, усиленную обилием света, проникающего сквозь большие оконные проемы. Пол кухни покрыт плиткой с красно-голубыми мотивами, контрастирующей с современным оборудованием. Из спальни уже частично убрали все лишнее, и она всем своим видом обещает спокойную семейную жизнь. Ее убранство, выдержанное в одном стиле, не оставляло сомнений: у Грега хороший вкус.

– Вау! – воскликнула я. – У тебя даже туалеты неописуемой красоты. Это не квартира, а эталон, ничего лучше я не видела!

– Джулия, иди сюда, ты сейчас с ума сойдешь, – послышался голос Марин из ванной.

Когда я вошла, Марин лежала в огромной угловой ванне, раскинув руки и ноги, наподобие светловолосой морской звезды.

– Черт возьми, здесь двенадцать человек поместятся! Грег, ты что, ограбил банк? – крикнула она.

– Нет, – ответил Грег из гостиной, где он расставлял книги по полкам, – это Жан-Люк оставил мне наследство. Ты ведь помнишь Жан-Люка, моего бывшего?

Марин рассмеялась.

– На самом деле мне удалось скопить большую сумму за счет гонораров от рекламы. На телевидении платят плохо. Но если ты попал в рекламу, считай, что тебе крупно повезло и ты выиграл джекпот!

– Ты снимался в рекламных роликах? – спросил Рафаэль, входя в квартиру с двумя мешками для мусора в руках.

– Один раз, да и давно это было.

– Так вот почему у меня такое ощущение, что я тебя где-то видел. А что ты рекламировал?

– Вряд ли ты это видел, и скорее всего, тебе это не интересно, – пробормотал Грег. – Скорее, ты смотрел один из сериалов, у меня, например, была неплохая роль в «Жюли Леско».

Марин тем временем насвистывала мелодию, которая вызвала у меня неясные воспоминания. Почему он не хочет рассказать, что он рекламировал? Что такое страшное он скрывает от нас, черт возьми?

Одним прыжком, чтобы он не смог задержать меня, я ворвалась в спальню в полной решимости найти коллаж из фотографий, который я видела в прошлый раз. Его уже не было у изголовья кровати, но он должен быть где-то рядом. Шаги Грега раздавались все ближе. А! Вот он! Рамка торчит из-за полки над прикроватной тумбочкой. Я схватила коллаж и бросилась к выходу, надеясь проскользнуть мимо своего коллеги. Но не тут-то было! Он навалился на меня, я прыгнула на кровать и бросила коллаж Рафаэлю, который уже включился в игру. Поймав его на лету, Рафаэль пустился бежать под радостные крики Марин. Наша попытка удалась!