Сестрички с севера - Шэн Кэи

Здесь царил ужасный кавардак: одни пели, другие громко разговаривали, клубился густой дым, в этом шуме никто особо не обращал внимания на входящих и уходящих. Цянь Сяохун прикончила несколько яблочных пирожных, посидела, скучая, пару минут, и тут рука Джимми Чэня ненадолго задержалась на ее груди, а потом он вывел ее из зала и куда-то увез.

Он не сказал, куда они едут, а Цянь Сяохун не спрашивала, они стремительно достигли молчаливого согласия. «Феррари» мчался в ночной мгле, выстреливая далеко вперед двумя пучками света. Они словно летели на другую планету, а внутри волной поднималась неописуемая радость. Автомобиль объехал коттеджный поселок на берегу моря и остановился на заднем дворе фешенебельной виллы.

Внутри все тоже было очень респектабельным.

– Сходи в ванную помойся, а я пока покурю, – сказал Джимми Чэнь.

Цянь Сяохун протянула руку и обняла его, Джимми Чэнь погладил ее грудь, и девушка застонала.

– Сначала помойся, – повторил Джимми Чэнь, сжимая ее грудь, и Цянь Сяохун послушно пошла в ванную.

Ванная была такой белоснежной, что резало глаза. Цянь Сяохун долго плескалась, чувствуя, как желание от груди растекается по всему телу и его уже невозможно обуздать. Когда она вышла, то Джимми Чэнь уже лежал в постели, наполовину укрытый одеялом, и вертел в руках сигарету. Он понюхал что-то на белом листе, свернул самокрутку, снова вдохнул всей грудью и щелкнул зажигалкой. Затем освободил одну руку, обнял Цянь Сяохун за шею и принялся ласкать грудь девушки, при этом молча курил, наслаждаясь тем, как желание поднимается, словно дым. Когда сигарета почти догорела, Джимми Чэнь затушил бычок и лег сверху на Цянь Сяохун. То ли от его поцелуев, то ли от привкуса на его губах Цянь Сяохун почувствовала себя одурманенной.

Когда все закончилось, они спокойно полежали десять минут. Цянь Сяохун, не получив удовлетворения, протянула руку и принялась ласкать Джимми Чэня, но тот безучастно сказал:

– Никогда не сплю с одной и той же девушкой дважды. Вот тебе кольцо. Но это вовсе не компенсация за то, что ты со мной разик перепихнулась. На самом деле, если бы отказалась, я бы все равно его тебе подарил, давно уже хотел кому-нибудь подарить. Будут проблемы – обращайся. Все. Одевайся. Я отвезу тебя обратно.

11

– А-Хун, скорее вставай! Вставай!

Было где-то начало седьмого. Цянь Сяохун ворочалась с боку на бок, в эту самую минуту она во сне с восторгом ласкала Джимми Чэня, и тут ее кто-то грубо растолкал.

– А? Что?! – Цянь Сяохун нетерпеливо повернулась.

– Быстрее! Тебя полиция ищет! – Замешательство застыло на лице А-Син и звучало в ее голосе.

– Полиция? Меня?! Зачем?!! – Ее как будто окатили ледяной водой. Цянь Сяохун почувствовала, как ее сердце словно бултыхнулось в полынью, и резко села на постели.

– Я не знаю. Они тебя в коридоре ждут.

Цянь Сяохун поднялась с кровати и выглянула в коридор. И правда – там стояли, словно два деревянных столба, полицейские в форме.

– Пошевеливайтесь! Мы ждем!

Две пары глаз невольно застыли на груди девушки, скрытой под ночной рубашкой, но голос был ледяным, как мрамор, словно бы специально подчеркивал: «Мы не поддадимся соблазну».

– В чем проблема?

Цянь Сяохун правой рукой придерживала дверь, а левую уперла в бок. Они спозаранку потревожили ее эротический сон, так что им стоило бы быть повежливее и пообходительнее. Цянь Сяохун рассуждала здраво: у нее есть свидетельство о временном проживании, есть служебное удостоверение, законы она уважает; кроме того, что вчера занималась любовью с Джимми Чэнем, больше ничего противозаконного не делала. Неужели они из-за такой фигни всполошились? Это уж слишком.

– Мы сейчас расследуем одно дело, пройдемте, нам нужна ваша помощь, – тот, что повыше, заговорил более ласковым голосом.

– Помощь? Тогда почему обращаетесь со мной, как с преступницей?! Я законопослушная гражданка! – натянуто улыбнулась Цянь Сяохун.

Она помнила Чжу Дачана и Ма Сяомина и знала, что в форму упакован обыкновенный мужчина. Понимая это, Цянь Сяохун перестала отличать мужчин разных профессий друг от друга, не говоря уж о том, чтобы кого-то бояться. Но поскольку Цянь Сяохун выдернули из теплой постели, то она все же не смогла сдержать дрожь.

– Етить! По утрам очень холодно! – Цянь Сяохун выругалась на родном диалекте и пошла в комнату одеться.

Рассветало. Дул сильный ветер. Цянь Сяохун закуталась в пальто. По дороге полицейские вдруг разговорились с Цянь Сяохун. Рослый офицер сказал, что его зовут Ляо Чжэнху. Оказывается, вчера одного из постояльцев ограбили, воры забрали двадцать тысяч гонконгских долларов, и теперь допрашивают всех сотрудников отеля, допросы проводят в кабинете управляющего Паня. Ляо Чжэнху был очень крепкого телосложения, про таких обычно говорят «спина тигра и поясница медведя», от него веяло тигриным величием, вот только глаза у него были маленькими, а взгляд острым, как и положено полицейскому. Однако стоило взгляду коснуться Цянь Сяохун, и он тут же становился мягким, как шелк. Второго полицейского звали Шэ Кай, это был местный парень болезненного вида, но, разумеется, не от недоедания, может, просто много пил.

В коридоре они встретили официантку Сяо Фэй, которая только что вышла из кабинета управляющего, видимо, ей пришлось не сладко, поскольку щечки горели огнем. Проходя мимо Цянь Сяохун, она притворилась расслабленной и показала ей язык, однако прижималась к стене, чтобы уклониться от полицейских, и от соприкосновения с обоями ее одежда шуршала.

– Присаживайтесь.

Из стола управляющего сделали стол для допроса, за ним, с прямой спиной, сидел смуглый полицейский, напоминавший всем видом неподкупного судью Бао-гуна[70], еще более суровый, чем управляющий Пань. Слева от «Бао-гуна» сидела секретарша с ручкой наготове, чтобы зафиксировать устные показания Цянь Сяохун. Цянь Сяохун устроилась напротив «Бао-гуна», обычно она садилась там, чтобы отчитаться перед господином Панем о работе.

– Пожалуйста, расскажите, что вы делали с восьми часов вечера до четырех часов утра. Внимание! Отвечайте всю правду! – велел «Бао-гун», а ручка секретарши тут же заскрипела по бумаге, как шелкопряд, грызущий тутовый лист.

– Вчера я с двух до двенадцати дежурила. В двенадцать закончилась смена и я вместе с другом поехала в караоке, а оттуда вернулась в отель.

– Куда конкретно ходили? С кем? Когда ушли? Что делали после?

– В отель «Фурама». Там было много людей. Я не смотрела на часы, когда уходила. Вернулась и легла спать.

– Насколько мне известно, в этом отеле караоке закрывается в час ночи, а вы вернулись в отель только в три. Где вы были эти два часа?

– А можно не отвечать? В любом случае меня здесь не было.