Калейдоскоп жизни - Всеволод Овчинников

Повторю: «Запад — дело тонкое». Традиции застолья служат одной из наиболее очевидных форм проявления национальной самобытности.

Зачем ходят в «публичный дом»

Английское слово «паблик» (публичный) вроде бы не нуждается в переводе. Но способы его употребления могут поставить иностранца в тупик. Так, например, «паблик скул» (если переводить по смыслу — «общественная школа») есть не что иное, как дорогой частный интернат, где юношей 12–18 лет готовят к поступлению на «фабрики джентльменов» — в Оксфорд и Кембридж.

Ну а «паблик хаус» (буквально — «публичный дом») — всего-навсего пивная, питейное заведение, которое англичане сокращенно именуют «паб».

Когда лондонский коллега впервые привел меня выпить пинту горького в публичный дом на Флит-стрит, вспомнился курьез из моей юности. Военный институт иностранных языков, где я учил китайский, устроил бал в Колонном зале ЦДКА. Не успели мы с однокурсниками выйти в фойе отдышаться, как перед нами появился комендантский патруль.

— Почему вы здесь курите? Вы что, никогда не бывали в публичных домах?

— Ей-богу, первый раз в жизни, товарищ майор, — ответил мой находчивый однокурсник.

Под публичными домами военный комендант, конечно, имел в виду общественные места. Так что слово «публика» и в русском языке может рождать двусмысленности.

Ну а на Британских островах пивная — это действительно публичный дом. Некий общественный институт, выполняющий важную социальную функцию — быть желанной отдушиной в царстве частной жизни, где люди сами себя обрекли на отчужденность девизом «Мой дом — моя крепость».

Всякий любознательный человек, оказавшийся в Британии, хочет целиком слиться с местной действительностью, стать ее частью. Однако происходит как бы погружение без соприкосновения, словно у водолаза в скафандре. Для окружающих остаешься инородным телом.

В Англии трудно разговориться с незнакомцем. Он — в царстве частной жизни, что заведомо ставит приезжего в невыгодное положение: чаще видишь перед собой ограду, чем сад, который она окружает. Впрочем, в изгороди, скрывающей от посторонних взоров быт загадочных островитян, есть отдушина. Она позволяет наблюдать их, словно на воле зверей в заповеднике. Эта отдушина — паб.

Описывать интерьер английского паба вряд ли необходимо. Его имитации появились теперь и в Москве. Важно понять различные функции «публичного дома», ритуал и философию этого своеобразного общественного института.

Английский паб представляется мне неким антиподом французского кафе. Идеал парижанина — сидеть за столиком на тротуаре перед потоком незнакомых лиц. Идеал лондонца — укрыться от забот, чувствуя себя в окружении знакомых спин. Паб, разумеется, служит и для общения. Но главное — он способен дать каждому посетителю радость уединения в той мере, какую человек желает. Англичанин ценит паб прежде всего как место встречи соседей. Далее по важности — как место отдыха коллег по работе. И наконец, как приют в чужом городе. Для иностранца эти три функции обычно раскрываются в обратном порядке.

Иностранному туристу паб — оазис в каменной пустыне Лондона. В пабе можно передохнуть во время утомительного осмотра столичных достопримечательностей, переждать дождь или время до поезда, посетить туалет. Следует только иметь в виду, что после трех часов дня и до шести вечера все пабы в Англии закрыты.

Интересно познакомиться с категорией пабов, где посетителей объединяет место работы, например, в крупнейшем в мире финансовом центре, и убедиться, что биржевые брокеры, как и во времена Голсуорси, носят котелки. На вечерней Шафтсбери-авеню после спектакля «Иисус Христос — суперзвезда» в пабе разгримированная Мария Магдалина пьет джин с тоником, а Иуда Искариот заказывает себе вторую пинту темнейшего ирландского «Гиннесса». Оказавшись среди актеров, думаешь: вот счастливый шанс войти в курс театральной жизни. Они же весь вечер толкуют о чем угодно, только не о недавно нашумевшей премьере. Лишний раз убеждаешься: люди за столиками умышленно не касаются того, что имеет отношение к главному делу их жизни, предпочитают затрагивать не карьеру, а хобби. Даже о политике в пабах спорят меньше, чем в любом питейном заведении на континенте.

Вступить в контакт с замкнутыми аборигенами, пожалуй, легче всего в пабе, где собираются соседи по месту жительства. Самые интересные из них расположены за городом, в предместьях, населенных средним классом. Загородные пабы с их пылающими каминами, дубовыми стропилами под потолком и старинной медной утварью в наибольшей степени хранят уют старой английской таверны. По достоинству оценить их очарование туристу удается редко. Для этого нужно знакомство с кем-то из местных жителей, который ввел бы своего гостя в круг завсегдатаев.

Только тогда понимаешь роль паба как незаменимого центра общинных связей. Именно тут можно получить дельный совет насчет ремонта крыши или прививки яблонь, найти покупателя для своей подержанной автомашины.

Состоятельные англичане, предпочитающие жить не в многоквартирных корпусах, а в загородных коттеджах, любят знакомить с соседями своего гостя, приглашенного на субботний ланч. Пока женщины осматривают сад, хозяин ведет приезжего в свою излюбленную пивную.

Имея поводыря, приятно исподволь изучать традиционный ритуал паба. Новичку лучше всего сначала сесть у стойки. Расположиться за любым столиком не тактично, ибо у постоянных посетителей могут быть собственные места. Будет ошибкой сказать: «Одно пиво, пожалуйста». Надо назвать емкость и сорт, например: «Пинту горького!»

В Шотландии самый распространенный заказ — «Пинту экспортного!», а в Ирландии: «Пинту Гиннесса!».

Американцам, привыкшим открывать пивные банки из холодильника, пиво в английском пабе кажется тепловатым. Англичане же подают его при температуре погреба.

Приходя в паб один, англичанин садится у стойки, оглядывает зал и приветствует знакомых. Если его пригласили к какому-то столику, он, по традиции, обязан заказать следующий раунд напитков для всех, там сидящих. Зато потом каждый из них отвечает тем же.

Что пьют в пабе? Зимой — биттер, то есть горькое английское пиво, летом — лагер, светлое пиво типа пильзеньского. Эксцентрики пьют портер. Женщины часто заказывают себе шанди — пиво с лимонадом.

Итак, паб для англичан — неотъемлемая часть их образа жизни, а для иностранцев — возможность заглянуть в душу замкнутых островитян.

В королевской ложе на регате

Живя среди англичан, мне приходилось особенно часто заботиться о том, чтобы быть одетым к месту, как полагается. Вроде бы столичный житель, да и за границей второй десяток лет. И все-таки порой попадал впросак.

К примеру, приглашает коллега из «Тайме» на воскресенье в свой загородный дом. Будут, мол, лондонские собратья по перу. Одеваюсь, как на званый обед, и выгляжу белой вороной. Все мужчины без галстуков, кто в спортивной куртке, кто в пуловере. Во-первых, потому что уик-энд. Во-вторых, собрались не в городе.

Однажды меня с женой пригласили на знаменитую Хэнлейскую регату. Там на Темзе каждое лето состязаются гребцы Оксфорда и Кембриджа. Гонки считаются почти таким же великосветским событием, как скачки в Эскоте.