Королева красоты Иерусалима - Сарит Ишай-Леви

Роза, рыдая, бросается к ней:

– Луна, Луна пропала!

– Как пропала?

– Исчезла со двора, уже несколько часов ищем ее по всему кварталу и не находим, – заходится в плаче Роза.

– Что значит не находим? – поражается Матильда, а Аврамино Атиас подходит к ней и кричит:

– А тебе какое тебе дело, находим или не находим, ты, английская подстилка!

И тут начинается кутерьма, все набрасываются на Матильду и только из уважения к ее родителям не учиняют над ней расправу. Краем глаза Роза видит чету Франко – они стоят в стороне и не вмешиваются, не пытаются защитить дочь. Видно, что у Виктории сердце разрывается из-за дочери, но муж не велит ей двигаться с места. В темноте сверкают черные глаза Матильдиных братьев, они стоят, как солдаты, за спиной отца и матери и пальцем не шевелят, чтобы помочь старшей сестре. И уже все забыли о пропавшей Луне и хотят одного – изругать Матильду Франко последними словами и избить ее.

Внезапно раздается выстрел в воздух, и воцаряется тишина. Матильдин офицер стоит возле джипа с пистолетом в руке и кричит по-английски:

– Тихо!

– «Тихо» тебе в глотку, – шипит Аврамино Атиас, но умолкает, как и все.

– Что здесь происходит? – обращается офицер к Матильде, и она по-английски объясняет ему, что девочка пропала из дому.

Вот это да, думает Роза, у нее английский как у англичанки.

Офицер начинает задавать вопросы, тогда Матильда подводит его к Розе. Он спрашивает, как ее зовут, и Матильда переводит, но ей не нужен перевод, не зря же она годами работала уборщицей в домах у этих тварей, хоть что-то хорошее из этого вышло: знание английского. И Роза на ломаном английском рассказывает ему, что девочка пропала со двора несколько часов назад, после того как ее отец уехал в Бейрут по делам.

Британский офицер жестом показывает соседям, чтобы они перестали толпиться и разошлись по домам, Розе же велит сесть в джип. Роза колеблется, она вовсе не уверена, что хочет садиться в машину к офицеру.

– Не бойтесь, Роза, – шепчет Матильда, – он англичанин, но человек хороший. Он поможет вам найти Луну.

А и правда, думает Роза, какая разница – англичанин, турок, араб, сефард или ашкеназ, главное, чтобы нашел ее дочь.

До полицейского участка на улице Яффо англичанин едет считаные минуты. Вежливо распахивает дверцу джипа и помогает Розе выйти. Британец, будь он проклят, – но джентльмен. Потом он помогает Матильде, которая, несмотря на высокие каблуки, легко выпрыгивает из джипа. Они входят в полицейский участок, и там изумленная Роза видит Луну, сидящую рядом с дежурным офицером. Боже, какое счастье! С одной стороны, Роза вне себя от радости, что видит дочку, с другой – ей хочется убить паршивую девчонку, из-за которой она чуть с ума не сошла.

– Луна! – кричит она.

И девочка бежит к ней. Роза протягивает руки, чтобы заключить ее в объятия, но дочка не обращает на нее внимания, пробегает мимо и бросается в объятия к Матильде, стоящей позади Розы. Она даже не смотрит на мать. Стыд какой, ужасается Роза, что англичане обо мне подумают? Так позорить мать! Что плохого я сделала в жизни, боже праведный, чем я заслужила такую дочь?!

Матильдин офицер садится за письменный стол и предлагает Розе сесть напротив. Матильда усаживается с ней рядом, а Луна устраивается на коленях у Матильды, словно она младенец, а не десятилетняя девочка. Роза с трудом скрывает обиду.

– Девочка сама пришла в полицейский участок, – говорит Матильдин офицер, – и сказала, что мать выгнала ее из дому.

– Что? – поражается Роза. – Она так сказала?

– Она сказала, – продолжает офицер, – что после отъезда отца вы забрали в дом ее сестер, а ее оставили на улице.

– Простите меня, господин офицер, – говорит Роза на своем ломаном английском, – но откуда вы все это взяли?

– Так написано в протоколе, который мне передал дежурный полицейский, – отвечает тот. – Я зачитываю вам слово в слово показания девочки – она пришла в полицию в семь часов вечера, три часа назад.

О боже, это не ребенок, это сатана, думает Роза. Как она может выдумывать такое?!

– Это правда? – спрашивает офицер.

Но, прежде чем она успевает заговорить, вместо нее отвечает Матильда:

– Конечно же, это неправда, девочка все выдумывает. Я знаю госпожу Эрмоза, она прекрасная мать и хорошая женщина.

И все это время Луна прячет свое хорошенькое личико на груди у Матильды, а на мать даже не смотрит. – Тогда что же случилось? – спрашивает офицер. – Почему девочка пришла в полицейский участок жаловаться на мать?

Роза переводит взгляд с Матильды на ее офицера и выглядит очень несчастной.

– Что я могу сказать, господин офицер, – говорит она. – Девочка очень привязана к своему отцу, и каждый раз, когда он уезжает по делам, она устраивает скандал. Я хотела оставить ее во дворе, пока она не успокоится, я была уверена, что холод и темнота вскоре загонят ее в дом. Когда я увидела, что она задерживается, я вышла во двор, не нашла ее там и обыскала весь квартал. Господин офицер, я похожа на мать, которая выгоняет свою дочь из дому?

– Ничуть, – отвечает Матильдин офицер и встает. – Итак, инцидент исчерпан. Я объясню, что нужды во вмешательстве полиции не было и что вы пришли в участок искать свою дочь. Ну а теперь, когда вы ее нашли, будьте добры, забирайте ее домой. А ты, – он щиплет Луну за щечку, – веди себя с мамой хорошо.

Роза крепко держит Луну за руку. Даже теперь, когда стало понятно, что им предстоит вместе покинуть участок, она чувствует сопротивление дочки. Эту ничего не пугает, она идет в британскую полицию доносить на родную мать. Бог ты мой, что же будет дальше?

Когда они уже дошли до Охель-Моше и вошли в ворота, Роза заговорила с Матильдой:

– Чтоб ты была здорова, Мати, благодарю тебя от всего сердца. Да поможет тебе бог, ты хорошая девочка, негоже тебе водиться с энгличанами, ты заслуживаешь кого-то лучшего, кого-то из наших.

Из глаз Матильды брызнули слезы.

– Простите меня, Роза, уже поздно, я очень устала. Спокойной вам ночи.

И она, застучав своими тонкими каблучками, направилась к дому.

Роза стиснула руку Луны так сильно, что чуть не выдернула ее из сустава.

– Ай! – завизжала та. – Вот подожди, вернется папа из Бейрута, я ему все расскажу! Увидишь, что он с тобой сделает!

Розе показалось, что она ослышалась. Девчонка угрожает ей? Грозится наябедничать Габриэлю? Она с размаху влепила Луне затрещину.

– Никогда в жизни! Ты слышишь меня, мерзкая девчонка? Никогда в жизни не смей встревать между отцом и мной! Это ты подожди, я расскажу отцу, как ты убежала из дому, да еще наплела гадостей о своей матери в британской полиции, – посмотрим, что он тебе на это скажет!