Золотая струя. Роман-комедия - Сергей Жмакин

– А вы уверены, что это поможет? – настороженно спросил седовласый. – А если не поможет, что тогда?

– Тогда рубите голову. Но я уверен, что поможет. Чем угодно, могу поклясться. Я сразу воспряну. Я хочу сделать прекрасный портрет. Но пусть бесноватый извинится. И мне надо домой. Домой хочу! Чего я здесь сижу? Убегать никуда не собираюсь. Для меня высокая честь сделать портрет, о котором мне племяш сказал. Один раз в жизни такое выпадает. Я не сумасшедший, чтобы упустить такую возможность.

Седовласый задумчиво его разглядывал.

– Тем более, мне надо восстановиться физиологически, – добавил Сидоров. – Мне нужны нормальные условия для жизни. Чтобы творить. Иначе может не получиться. А кому это надо? Никому не надо.

* * *

Они ехали по малолюдным вечерним улицам.

– Дядя Толя, скоро в городе кипиш начнется, начальство на ушах будет стоять, – сказал Богема. – Благодаря тебе, на нашу депрессивную дыру обращают внимание. Глядишь, в этот раз дороги отремонтируют, больницу новую построят, зарплату людям поднимут. Всё-таки большой ты у нас человек.

– Я вот не знаю, Витька, деньги-то надо брать сейчас за портрет? – спросил Сидоров.

– А как же! За бесплатно только птички поют! Заключим договор, как положено. У нас с тобой не какая-то там шарашкина контора.

Въехали во двор.

– Пойду к жене, она у меня хорошая, – кротко сказал Сидоров.

Он взял сумку из багажника и ушел, а Богема еще долго сидел в машине, не уезжал, курил, думал.