Чернобыльская молитва. Хроника будущего - Светлана Алексиевич

– Что вы предлагаете? Как человеку здесь жить?

– Человек лечится… И грязная земля тоже лечится…

Надо работать. Думать. Пусть маленькими шажками, но куда-то карабкаться. Идти вперёд. А мы…Как у нас? При нашей чудовищной славянской лени мы скорее поверим в чудо, чем в возможность что-то сотворить своими руками. Посмотрите на природу… У неё надо учиться… Природа работает, она самоочищается, помогает нам. Ведёт себя разумнее, чем человек. Она стремится к первобытному равновесию. К вечности.

Вызывают меня в облисполком…

– Дело необычное… Вы поймите нас, Слава Константиновна, не знаем, кому верить. Десятки учёных твердят одно, вы – другое. Слышали ли вы что-нибудь о знаменитой колдунье Параске? Мы решили пригласить её к нам, она берётся в течение лета понизить гаммофон.

Вам смешно… А со мной серьёзные люди разговаривали, у этой Параски уже были подписаны договора с некоторыми хозяйствами. Проплачены ей большие деньги. Это увлечение мы пережили… Затмение умов… Общая истерика… Помните? Тысячи… Миллионы сидели у телевизоров, и колдуны, они называли себя экстрасенсами, Чумак, за ним Кашпировский «заряжали» воду. Мои коллеги, с научными степенями, наливали трехлитровые банки воды и ставили у экранов. Пили эту воду, умывались… Считалось, что она исцеляет. Колдуны выступали на стадионах, где собиралось такое количество зрителей, что Алле Пугачёвой только мечтать. Народ туда шёл, ехал, полз. С неимоверной верой! Излечимся по мановению волшебной палочки от всех болезней! А что? Новый большевистский проект… Публика полна энтузиазма… Головы забиты новой утопией… «Ну, – думаю, – теперь колдуны будут нас спасать от Чернобыля.»

Ко мне вопрос:

– Какое ваше мнение? Конечно, мы все атеисты, но вот говорят… И в газетах пишут… Мы организуем вам встречу?

Встретилась я с этой Параской… Откуда она взялась, не знаю. Наверное, с Украины. Она уже два года повсюду ездила и понижала гаммафон.

– Что вы собираетесь делать? – спросила я.

– У меня такие внутренние силы… Я чувствую, что могу понижать гаммафон.

– А что вам для этого нужно?

– Мне нужен вертолёт.

Тут я уже разозлилась. И на Параску, и на наших чинов, которые слушали, как она им лапшу на уши вешала, раскрыв рты.

– Ну зачем, – говорю я, – сразу вертолёт. Вот мы сейчас привезём и насыпем на пол заражённой земли. Хотя бы полметра. И давайте… Снимайте фон…

Так и поступили. Привезли земли… И она начала… Что-то шептала, плевала. Каких-то духов руками гнала. И что? Ну, что получилось. Ничего не получилось. Сидит Параска сейчас где-то на Украине в тюрьме. За мошенничество. Другая колдунья… Она обещала на ста гектарах ускорить распад стронция и цезия. Откуда они брались? Я думаю, их рождало наше желание чуда. Наши ожидания. Их фотографии, их интервью. Кто-то же давал им целые полосы в газетах, самое дорогое время на телевидении. Если вера в разум покидает человека, в его душе поселяется страх, как у дикаря. Вылазят чудовища…

Тут молчат… Молчат мои оппоненты…

Я помню только одного большого руководителя, который позвонил мне и попросил: «Давайте я приеду к вам в институт, и вы мне объясните: что такое кюри? Что такое микрорентген? Как этот микрорентген переходит, допустим, в импульс? Езжу по деревням, меня спрашивают, а я, как идиот. Как школьник.» Один такой встретился. Алексей Алексеевич Шахнов… Запишите его фамилию… А большинство руководителей ничего не хотело знать, никакой физики и математики. Все они кончали высшую партийную школу, там хорошо учили одному предмету – марксизму. Воодушевлять и поднимать массы. Мышление комиссаров… Оно не поменялось со времён конницы Будённого… Я вспоминаю афоризм сталинского любимого командарма: «А мне все равно, кого рубать. Мне шашкой махать нравится».

А насчёт рекомендаций… Как нам жить на этой земле? Боюсь, что вам будет скучно, как и всем. Не найдёте сенсации. Фейерверка. Сколько раз я выступала перед журналистами, рассказывала одно, а читала на следующий день другое. Читатель должен был умереть от страха. Кто-то видел в зоне плантации мака и поселения наркоманов. А кто-то кошку с тремя хвостами… Знамение в день аварии на небесах…

Вот разработанные нашим институтом программы. Отпечатанные памятки для колхозов и для населения. Могу дать с собой… Пропагандируйте…

Памятка для колхозов… (Читает)

Что мы предлагаем? Научиться управлять радиацией, как электричеством, направляя её по цепочкам в обход человека. Для этого необходима перестройка нашего типа хозяйствования… Коррекции… Вместо молока и мяса наладить производство технических культур, которые не попадают в пищу. Тот же рапс. Из него можно жать масло, в том числе и моторное. Использовать, как топливо в двигателе. Можно выращивать семена и саженцы. Семена специально подвергают радиации в лабораторных условиях для сохранения чистоты сорта. Для них она безопасна. Это один путь. Есть второй… Если мы все-таки производим мясо… У нас нет способов очистить готовое зерно, находим выход – скармливаем скоту, пропускаем его через животных. Так называемая зоодезактивация. Перед убоем бычков на два-три месяца переводим на стойловое содержание, привозим им «чистые» корма. Они очищаются…

Думаю, достаточно… Не читать же мне вам лекцию? Мы говорим о научных идеях… Я бы даже назвала это философией выживания…

Памятка для частника…

Я приезжаю в деревню к бабушкам и дедушкам… Зачитываю… А они топают на меня ногами. Слушать отказываются, они хотят жить так, как жили их деды и прадеды. Праотцы. Хотят пить молоко… А молоко пить нельзя. Покупай сепаратор и жми из него творог, взбивай масло. Сыворотку выливать, сыворотку в землю. Хотят сушить грибы… Сначала вымочи их – насыпь на ночь в корыто, залей водой, а потом суши. А лучше, вообще, не есть. Вся Франция в шампиньонах, они же их не на улице выращивают. В теплицах. Где наши теплицы? Дома в Беларуси деревянные, испокон веков живут беларусы среди лесов, так вот дома лучше обложить кирпичом. Кирпич хорошо экранирует, то есть рассеивает ионизирующее излучение (в двадцать раз интенсивнее, чем дерево). Раз в пять лет требуется приусадебный участок известковать. Стронций и цезий лукавы. Ждут своего часа. Нельзя удобрять навозом из-под своей коровки, лучше купить минеральные удобрения…

– Для исполнения ваших планов нужна другая страна, другой человек и другой чиновник. Старым людям у нас с трудом пенсии хватает на хлеб и сахар, а вы советуете – минеральные удобрения покупать. Приобрести сепаратор…

– Могу ответить… Я сейчас защищаю науку. Я вам доказываю, что не наука виновата в Чернобыле, а человек. Не реактор, а человек. А политические вопросы не ко мне. Не по адресу…

Вот … Надо же! Выскочило из головы, а даже пометила себе на листочке, чтобы не забыть. Рассказать… К нам приехал из Москвы молодой учёный, у него мечта участвовать в чернобыльском проекте. Юра Жученко… Он привёз с собой беременную жену… На пятом месяце… Все разводят руками – почему? Зачем? Свои бегут, а чужие едут. А потому, что это настоящий учёный, он хочет доказать: грамотный человек может здесь жить. Грамотный и дисциплинированный, как раз те два качества, которые ценятся у нас меньше всего. Нам бы голой грудью на пулемёт лечь. С факелом промчаться… А тут… Вымачивать грибы, сливать первую воду, когда картошка закипит…Пить регулярно витамины… Носить в лабораторию на проверку ягоды. Закапывать в землю золу:.. Я была в Германии и видела, как там каждый немец внимательно сортирует на улице мусор – в этот контейнер белое стекло от бутылок, сюда красное… Крышку из-под пакета от молока отдельно – туда, где пластмасса, сам пакет туда, где бумага. Батарейки от фотоаппарата ещё куда-то. Отдельно биоотходы… Человек работает… Не представляю нашего человека за такой работой: белое стекло, красное – для него это было бы скукой и унижением. Мать-перемать. Ему бы сибирские реки повернуть в обратном направлении… Что-нибудь такое… «Размахнись плечо, разойдись рука…» А чтобы выжить, нам надо измениться.