Сильнее страха - Марк Леви

— Как вы тогда объясните случившееся?

— Почему бы им не быть просто бездомными?

— Там, где я впервые услышал шаги, людей не бывало много лет.

— Откуда вы знаете?

— Пыль на полу была нетронутой, как снег в Антарктиде. Нет, наши преследователи вели нас еще с вокзала. Могу гарантировать, что, когда мы выходили от вас, слежки еще не было.

— Клянусь, я никому ничего не говорила! — воскликнула Сьюзи.

— Верю, — сказал Эндрю. — Но теперь нам придется утроить бдительность.

Сьюзи отдала Эндрю конверт из абонентского ящика.

— У вас есть предположения, что бы это могло значить? — спросил он, открывая конверт.

— Ни малейшего.

— Вроде бы русское слово, — сказал Эндрю. — И это свидетельствует не в пользу вашей бабушки…

Сьюзи промолчала.

Войдя в квартиру Эндрю, замерзшая Сьюзи первым делом согрела чаю.

— «Снегурочка»! — вскричал Эндрю.

Сьюзи вошла в гостиную, поставила поднос и наклонилась к монитору компьютера:

— Опера Римского-Корсакова, написана в 1881 году по мотивам пьесы какого-то Александра Островского.

— Лилиан признавала только джаз, — сообщила Сьюзи.

— Раз ваша бабушка заперла бумажку с названием этой оперы в абонентском ящике на почтамте, значит, это не просто так.

— Про что опера?

— Про вечный конфликт стихий, — ответил Эндрю. — Сами читайте, у меня устают глаза. — Он встал и, пряча за спину дрожащие руки, улегся на диван.

Сьюзи села в его рабочее кресло и стала читать вслух:

— В этой истории сталкиваются живые люди и мифологические персонажи. Снегурочка мечтает жить среди людей. Ее мать Весна-Красна и отец Мороз согласны, чтобы ее удочерила крестьянская семья. Во втором акте женщина по имени Купава сообщает о своем браке с Мизгирем. Но за несколько дней до свадьбы Мизгирь встречает в лесу Снегурочку, безумно в нее влюбляется и умоляет ответить на его чувство.

— Кого-то он мне напоминает… — пробормотал Эндрю.

— Снегурочка, не имеющая никакого представления о любви, отвечает ему отказом. Жители деревни требуют, чтобы царь Берендей наказал Мизгиря, обманувшего невесту. Но и царь при виде Снегурочки покорен ее красотой, он отменяет свое решение и спрашивает Снегурочку, любит ли та Мизгиря. Она отвечает, что у нее ледяное сердце и что она не способна любить. Царь объявляет свою волю: тот, кто покорит ее сердце, женится на ней. В следующих двух актах Снегурочка осваивает науку чувств и влюбляется в Мизгиря. Мать предостерегала ее, что ей нельзя попадать под солнечные лучи, но Мизгирь живет на свету. Снегурочка выходит из лесу навстречу возлюбленному, и к страшному горю собравшихся и несчастного Мизгиря тает и испаряется.

— Мне очень близок этот Мизгирь, сочувствую его несчастью, — проворчал Эндрю.

— Вы еще не знаете продолжения: безутешный Мизгирь топится в озере.

— Каждому свое: у меня вместо озера фернет с колой. Как же кончается эта русская трагедия?

— Царь объявляет подданным, что следствием исчезновения Снегурочки будет конец затянувшейся русской зимы.

— Шикарно! Наконец-то мы сделали шаг вперед!

— Зачем бабушка спрятала в абонентском ящике бумажку с этим русским словом?

— Вот и я хотел спросить вас о том же!

Эндрю уступил Сьюзи свою спальню, а сам по привычке устроился на диване. Но Сьюзи, взяв одеяло, выключила свет и растянулась на ковре рядом с ним.

— Что за выкрутасы?

— Я говорила, что не терплю кровати. Такое впечатление, что и вы, несмотря на новое постельное белье, не намерены спать на своей. Зачем в таком случае расходиться по разным помещениям?

— Может, все-таки пустить вас на диван? Раз вам одной тоскливо, на ковре могу лечь я.

— Мне и так хорошо.

Оба молчали, пока их глаза не привыкли к темноте.

— Вы спите? — спросила Сьюзи шепотом.

— Нет.

— Не хочется?

— Еще как хочется, я страшно устал.

— Тогда почему?

— Не почему.

— Какой хороший вечер!

— Ну, не знаю, мне не очень понравилось, когда наши преследователи стали высаживать дверь!

— Я о нашем ужине, — прошептала Сьюзи.

— Ужин и вправду удался, — согласился Эндрю, поворачиваясь к ней.

До него донеслось ее тихое дыхание. Поняв, что Сьюзи уснула, Эндрю уставился на нее и долго лежал с открытыми глазами, пока и его не сморил сон.

* * *

Кнопфа разбудило дребезжание телефона.

— Для звонка в такой час должен быть исключительно важный повод.

— «Снегурочка». Ну как, ради этого стоило вас будить?

Кнопф затаил дыхание.

— Почему вы произнесли это слово? — спросил он, скрывая волнение.

— Потому что теперь оно известно нашим голубкам.

— Они поняли его смысл?

— Еще нет.

— Как они узнали?

— Согласно данным прослушки, этой ночью они забрались в подвал почтамта Фарли. Ваша Лилиан Уокер оставила записку в абонентском ящике. Я думал, мы стерли все следы…

— Похоже, не все, — со вздохом проговорил Кнопф.

— Я бы хотел знать, по какой причине была допущена такая оплошность.

— Приходится признать, что она оказалась хитрее, чем мы думали.

— Чем вы думали, Кнопф. Позволю себе напомнить, что за все это дело отвечали именно вы.

— Вы поторопились, не прислушавшись к моим доводам. Если бы мы немного подождали…

— Если бы мы подождали хотя бы еще один день, она бы все выложила, и «Снегурочке» пришел бы конец. А теперь уберите у себя под дверью и покончите с этой историей раз и навсегда.

— Не думаю, что есть повод для волнения. Даже если они догадаются, что это означает — в чем я сильно сомневаюсь, — у них все равно не будет никаких доказательств.

— Сьюзи Уокер и Эндрю Стилмен сумели в считаные дни завладеть документом, о существовании которого мы не знали сорок шесть лет, так что не надо их недооценивать. Вы уверены, что досье на «Снегурочку» уничтожено? События этого вечера, похоже, доказывают обратное.

— И все-таки я уверен.

— Кто же тогда интересуется нашими двумя подопечными, кроме нас самих, и почему?

— Простите?..

— Цитирую из отчета: «Мне не очень понравилось, когда наши преследователи стали высаживать дверь». Это наши люди сели им на хвост?