Боги Египта - Наталья Павлищева

Сколько продолжалась ночь? Наверное, вечность, повелитель тьмы мог сделать ее бесконечной.

Когда устали оба и все закончилось, снова загорелись светильники.

С трудом приходя в себя, Незер лежала, глядя на стоявшего спиной Сета, и думала, что не сможет отказывать ему и впредь, слишком хорошим любовником он был, побуждая показывать все умение, которое постигла в храме Хатхор. Это означало, что она останется с Сетом, несмотря на ужас происходившего вокруг и за пределами его владений.

Но сын? Где же ее мальчик?

Сет в ответ на этот вопрос усмехнулся:

— У Тота. Отдан на воспитание и в залог того, что я не уничтожу Гора.

— У кого?

— У бога мудрости Тота. Кому, как не богу мудрости, отдавать сына на воспитание? Они надеются, что сын в качестве заложника удержит меня от войны с Гором. Я подожду, пусть Тот растит мне помощника.

— А где Тот? Я хочу увидеть сына, — в ее голосе тоска. Любовные игры хороши, но мысль о том, что ее малыша воспитывает даже не чужая женщина, а суровый бог-павиан, была невыносима.

Сет усмехнулся:

— Ты упрямица… Тота тебе поможет найти твой приятель Менес.

— Менес? — голос Незер против ее воли дрогнул, она вдруг вспомнила о скульпторе, и внутри шевельнулось что-то похожее на стыд, словно этой ночью предала Менеса.

Сет нахмурился и ушел, словно ее и не было в помещении.

В комнату легко скользнула красивая девушка:

— Госпожа, я помогу вам вымыться…

Незер вдруг поняла, насколько обессилена. Все тело в следах от сильных пальцев Сета, губы опухли, болела каждая косточка и каждый клочок кожи. Да, ночь любви со столь неистовым богом для земной женщины тяжеловата…

— Как тебя зовут?

— Хекет.

— Ты часто помогаешь кому-то вот так приводить себя в порядок? — Незер постаралась, чтобы вопрос прозвучал как можно безразличней.

Незер не раз слышала, что большего распутника, чем Сет, не существует. Его боялись, но о нем мечтали многие женщины. А уж болтали!.. Об оргиях, во время которых одного Сета хватало на десяток любовниц, о том, что у него каждую ночь новая жертва, которая потом просто умирает от любви к нему, что жены готовы бросить своих мужей, стоит Сету лишь прикоснуться к их телу.

Что сам бог предпочитает девственниц и любит пить их кровь из вены на шее. Что его поцелуи отравлены, поскольку навсегда привязывают любовницу к его ложу, избавиться от напасти невозможно.

В последнее Незер вполне готова поверить. Испытав прикосновение губ или рук Сета, едва ли захочется другого.

А вспомнив, что вытворял с ней бог тьмы каждый раз, когда она во сне или наяву оказывалась в его объятьях, Незер соглашалась: большего распутника, чем Сет, не найти!

Но Хекет помотала головой:

— Нет! Никогда. Хозяин никогда не приводил сюда женщин.

«Уже легче», — вздохнула Незер и продолжила расспросы:

— А мальчик… маленький мальчик?.. Ему чуть больше года. Кто его воспитывает?

Служанка задумалась, но снова помотала головой:

— Не видела здесь такого… Если вы о сыне Хозяина…

— Да, о нем! Ты что-то знаешь?!

— Только то, что он у бога Тота в заложниках. Но Хозяин не беспокоится, я слышала, как он говорил Упуату… — при этом имени Хекет осторожно огляделась, словно опасаясь, что Упуат может услышать, — что Тот хорошо воспитает ребенка.

— Ты видела мальчика? Он красивый?

— Нет, его никто не видел. Это… это ваш сын?

— Да, я родила его от Сета, когда была в храме богини Хатхор.

— Давно? Ой, простите, госпожа, это не мое дело! — спохватилась Хекет.

— Да не зови ты меня госпожой! Я простая женщина.

— Не бессмертная? — чуть опасливо уточнила Хекет.

Незер невольно рассмеялась:

— Нет! Хотя Сет обещал даровать бессмертие, чтобы сделать своей супругой.

Хекет заметно напряглась. Уловив это, Незер заинтересовалась:

— Это плохо? У Сета было много таких жен?

— Нет. Никаких не было. Но здесь все… Ты хочешь привезти ребенка сюда?

Этот простой вопрос заставил Незер задуматься, чего же она действительно хочет? Быть с Сетом, снова и снова испытывая на себе его мужскую силу? Если честно — да. Но хочет ли, чтобы ее сын стал одним из многих болванчиков или подручным Упуата, о котором рассказывают ужасные вещи?

— Нет, просто увидеть его и убедиться, что все хорошо. Сына забрали у меня младенцем год назад. До сих пор чувствую на своей груди его крохотные ручки…

Хекет вздохнула:

— Здесь этого не разрешат…

— Я знаю. Знаю, что детей кормят и растят другие.

Болтая, Хекет успела раздеть Незер, помогла погрузиться в прохладную воду ванны, щедро сдобренную ароматными добавками, подала какой-то очень приятный на вкус напиток, потом вымыла волосы, вытерла, помогла одеться.

— Ты красивая… очень красивая… но он…

— Что?

— Нет, ничего.

— Хекет, я никому и никогда не расскажу то, что услышу от тебя. Но я должна знать, что меня ждет, стань я его женой.

Девушка чуть лукаво улыбнулась:

— Много-много таких ночей… Ты громко кричала…

— Правда? Кто еще слышал кроме тебя?

Хекет снова улыбнулась:

— Не бойся, тебе все будут только завидовать.

Незер усомнилась, что хотела бы вызывать зависть в этом странном мире, но продолжила расспросы:

— Так что не так с Сетом?

— Он… понимаешь, бог тьмы не терпит непослушания или возражений. Если ты сможешь подчиняться…

— Не смогу.

— Тогда будет тяжело.

Незер подумала, что страсть Сета была спровоцирована ее сопротивлением тоже. Стоило ей стать послушной, он делал что-то вынуждающее противиться. А встречая нежелание подчиняться, разгорался, как сухой папирус.

Так бывало всегда, и тогда в храме, и по ночам в полусне, и этой ночью тоже.

Заметив, что Незер едва держится на ногах и отчаянно борется со сном, Хекет предложила:

— Тебе нужно отдохнуть. Пойдем, я покажу твою комнату.

— Мне готова комната? — пробормотала девушка, с трудом соображая, что происходит.

— Да, Хозяин приказал приготовить. Там ложе удобней.

Ложе действительно было удобней — мягче и шире. Невольно мелькнула мысль, зачем Сет приказал приготовить столь широкое ложе, но додумать ее Незер оказалась уже не в состоянии.