Клей - Ирвин Уэлш

Мы усаживаемся перед телевизором, вскоре в дверь позвонили, и это Карл.

– Пойдём, может, ко мне, посмотрим «Профессионалов»? – говорит, а глаза прям блестят.

Я смотрю на него, как будто колеблюсь минутку. Он уже решил, что я не хочу никуда идти. Но я не хочу, чтоб он думал, что это оттого, я не хочу сейчас оставлять маму. Поэтому я переключился на происшествие с Терри.

– Терри совсем охуел. По еблу получит, это точно.

– Да-да, – говорит Карл усталым голосом. Он-то знает, что мы с Терри – лучше кореша, хоть и докапываемся друг до друга иногда. – Пошли ко мне «Профессионалов» смотреть.

– Ладно, – говорю.

Я думал посмотреть «Полицейского из Рокфорда» с мамой и Шиной, да фиг с ним, из дома тоже выбраться не вредно.

Я сказал маме, что пойду к Карлу, и сразу почувствовал себя немножно неловко, что оставляю их с Шиной одних. Да всё с ними будет в порядке! Это ж всего лишь женщины, как говорит мой дядя Дональд. Моя мама не в претензии, она и слова не скажет, если я собираюсь к Карлу или Билли, но ей не нравится, когда мы ходим к Терри. Бывает, мы собираемся у Терри нюхнуть клея или бухнуть, а я говорю маме, что мы были у Карла или Билли, и это всего лишь сидр. Хотя, думаю, что и мама, и миссис Юарт, и миссис Биррелл знают, когда мы у Терри.

В общем, пошли мы к Карлу. Мне нравится его хата, там как будто теплее, чем у нас, но я думаю, это оттого, что у них от стенки к стенке проложен ковролин. Ну и кажется, что помещение вроде как загерметизировано. У нас вот только старые ковры, ещё моего дяди, и от стенки до стенки они не доходят. У них новая мебель и всё такое, такие большие удобные стулья свтелого дерва, в которых просто утопаешь. Карл говорит, они из Швеции.

– Так-так, ещё один футбольный хулиган!

Это старик Карла, но он, конечно, шутит. Такой у Карла отец – всегда у него хохма наготове, он никогда не хмурит бровь, как другие взросляки.

– Мы тут ни при чём, мистер Юарт, это всё Терри, правда, Карл? – не смог удержаться я.

– Этот парнишка рано или поздно нарвётся на неприятности, помяните моё слово, – сказала миссис Юарт.

Карл посмотрел на неё и говорит:

– Я тебе уже говорил, ма, Терри не виноват. Он вообще здесь ни при чём.

У Карла есть одна черта: он всегда всех покрывает.

– Видела я его по телевизорву, он шёл по стадиону и широко так улыбался, как дебил. Бедная Элис, как ей, должно быть, стыдно, – сказала миссис Юарт, отправляясь на кухню.

Мистер Юарт крикнул ей вслед:

– Немножко глупо смотрелось, но ведь он всего лишь смеялся. Когда выйдет закон, запрещающий смех, – считай, что Третий рейх победил, – сказал он, но миссис Юарт ничего не ответила.

Я посмотрел на него и, понизив голос, спросил:

– А вы когда-нибудь попадали в переделку на футболе, мистер Юарт?

Отцу Карла можно задавать такие вопросы, хоть я и ждал, что он скажет: « Ни стыда ни совести, в моё время ничего такого не было».

Он только улыбнулся и подмигнул.

– Да, было дело, – говорит, – вы думаете, это ваше изобретение, а сами и половины не знаете.

– А с кем Килмарнок бился, с «Айр юнайтид»?

Он покачал головой и засмеялся.

– «Айр» и Килли, конечно, соперники, но они не так часто играют в одной лиге. Так что самые заварухи бывали на больших юниорских матчах. Я болел за «Дарвел», и на матчах за кубок с такими командами, как «Килуиннинг» и «Камнок», стычки случались до, во вермя и после игры. Иногда дело принимало нешуточный оборот. И если их бывало больше, то даже «Рейнджеры» и «Селтик» объединяли усилия!

Миссис Юарт приготовила чай и прикатила на тележке.

– Молчи, Дункан, нечего ребят подбивать! – И всё равно она смеётся.

Мистер Юарт ухмыльнулся, как будто решил её подзавести.

– Это всего лишь социальная история. Не знаю, что там у них теперь происходит, но тогда это были шахтёрские городки. Тяжёлая работа, нищета. Людям нужда была отдушина. В этом была гордость за свой город, даже село, за то, кто ты есть и откуда родом.

– Нашим-то отдушина ни к чему. Загремят все за решётку в один прекрасный момент, этим все и кончится, – предостерегла она.

Карл улыбается, а я стараюсь отвести глаза, чтобы не раздражать миссис Юарт, что о маме других такого говорить не следует, но мне очень нравится миссис Юарт. У неё классные сиськи. Мне ужасно стыдно признаться, но я однажды даже дрочил на неё.

Начались «Профессионалы», и мы все устроились перед теликом. Я всё смотрел на ноги миссис Юарт, как она качает тапочком. Она поймала мой взгляд и улыбнулась, а я покраснел и уставился на экран. «Профессионалы» – классный сериал. Я б стал Дойлом, а Карл – Боди, хоть у Дойла и причёска, как у Терри.

Дойл.

Полмонт.

Нож.

Парень из Клери.

Я упёрся в экран. И хотя всё вроде было зашибись, мерзкое ощущение воскресного вечера пробралось в меня, и мне было неуютно, как никогда.

Нет мужчины в доме

Проснувшись, я почувствовал себя получше, на самом деле впервые за последние годы в понедельник утром мне не терпелось пойти в школу. Школу ненавижу, жду не дождусь, когда летом мне исполнится шестнадцать и я смогу съебать оттуда. Мне говорят, что я должен остаться, говорят, что, если б я постарался, из меня вышел бы толк. А мне только французский нравится. Если б мне дали всё время заниматься французским или, может, другим языком, типа немецким или испанским, я бы никогда школу не бросил. Все другие предметы – кал. Я бы хотел пожить во Франции, завести себе французскую киску, девчонки там красивые.

Я жду, чего скажут о матче, но не желаю слышать о том, что произошло после «Облаков». Хотя теперь уже, наверное, все сдулись.

«Облака»! Все сдулись!

Однако когда я думаю об этом – мне не по себе. То чувствую, что вроде всё в порядке, ток такая дрожь найтёд, что чуть сердце не останавливается. Мама видит, что у меня какие-то проблемы. Мне сложно смотреть её в глаза. Я встал пораньше, вышел из дома и первым зашёл за Билли и Карлом, чего раньше не случалось почти никогда.

Мы добрались до школы. В актовом зале начинался понедельничный утренний сбор. Макдональд, директор, сидит на сцене, весь такой важный и серьёзный. Все болтают, но когда он встаёт – в зале тишина.

– Мне чрезвычайно прискорбно начинать неделю с крайне неприятной новости. Мистер Блэк, – кивнул он стоящему рядом Блэки, по залу прокатился шепоток.

Сучара зол не на шутку. На щеках красные полосы, Он прочистил горло, и мы все заткнулись.

– За все годы работы не было случая, чтобы я стыдился быть частью этой школы...

– Во даёт, он же никогда не ходил в эту школу, о чём это он? – прошептал мне Билли.