Я - серийный убийца. Откровения великих маньяков - Микки Нокс

Ларри Кинг: Они отдали вам тело? Вы устраивали похороны? Хоть что-нибудь…

Шари: Больше года это было невозможно.

Лайонел: Я хотел, чтобы его кремировали – и он хотел бы. А его мать, его настоящая (биологическая. – Примеч. автора) хотела, чтобы его мозг взяли для дальнейшего изучения. Когда он был еще жив, я дал согласие на процедуру томографии. Возможно, тогда бы нашли какие-нибудь отклонения. Но не сейчас, тем более в мертвом мозгу.

Было несколько ученых, которые утверждали, что они могли бы выявить причины его поступков, то есть почему он это совершил. Но только если бы это был живой человек.

Ларри Кинг: Что, в конце концов, стало с телом?

Лайонел: Я обратился с прошением в суд, для предоставления мне и необходимых документов, и выиграл его. Судья пошел мне навстречу и не стал делать из этого цирк.

Ларри Кинг: Вы кремировали его?

Шари: Да.

Лайонел: Да. Мы его кремировали.

Шари: Одна половина пепла была у нас, а вторая – у его матери.

Ларри Кинг: Эта половина до сих пор хранится у вас?

Шари: Была у нас, потом мы позаботились об этом.

Ларри Кинг: Вы позаботились об этом?

Шари: Мы упокоили его душу (похоронили его. – Примеч. автора).

Ларри Кинг: Почему этот процесс затянулся на год?

Шари: Его пепел являлся вещественным доказательством.

Ларри Кинг: Проходил по делу в суде?

Лайонел: Да, именно так.

Шари: Да. Его пепел был представлен как вещественное доказательство, поэтому он удерживался в суде течение года.

Ларри Кинг: Как он вел себя в тюрьме?

Лайонел: Кто вел?

Ларри Кинг: Джефф, конечно. Как он себя там чувствовал?

Лайонел: Джефф… ну, поначалу ему было там очень тяжело, но потом он сделал заявку на приобретение себе 13 книг из «Алкахона» (местное сокращенное название калифорнийского Института исследований. – Примеч. автора). Я посоветовал ему это место. Он купил 13 книг, которые впоследствии сделали из него сначала эволюциониста (приверженца теории Дарвина. – Примеч. автора), затем из эволюциониста в креациониста (того, кто верит в сотворение человека Создателем. – Примеч. автора), и уже после этого в христианина.

И он начал проповедовать религию христианства, разговаривать с заключенными и раздавать религиозные брошюрки.

Ларри Кинг: Таким образом, он как бы переродился?

Лайонел: Да. Я уверен, что да. Когда я общался с ним, это уже был не просто диалог с человеком, который сидит в тюрьме. Я верю в это.

Ларри Кинг: Потому что он понимал, что ему не выбраться из тюрьмы?

Лайонел: Нет.

Шари: Нет.

Ларри Кинг: Итак, знаем ли мы, почему он убивал людей?

Лайонел: Нет, мы не знаем, по какой причине он убивал людей. У нас был бы шанс выяснить это, если бы он не был убит в тюрьме. И если бы мы более досконально изучили его личность.

Ларри Кинг: Могло ли это произойти из-за того, что он просто не мог нормально взаимодействовать, общаться с людьми?

Лайонел: Да, отчасти и из-за этого.

Ларри Кинг: Из-за его чрезмерной стеснительности и замкнутости?

Лайонел: Да. Определенно это являлось причиной.

Шари: Это было его заветным желанием – нормально общаться с другими. Он осознавал это. У него было непреодолимое желание иметь товарища, который был бы более пассивным в общении.

Лайонел: И даже судебный психиатр, который занимался изучением его личности и причинами его действий, не смог ответить на вопрос, почему он это сделал. Но мне он рассказал почему – почему он не чувствовал ответственности, за то, что он вытворял.

Он рассказал мне об этом, когда он прочитал все эти книги, основанные на научных теориях создания мира. Он чувствовал себя так, как будто сначала он был всего лишь молекулой, ну, которая позже превращается в амебу, это как процесс эволюции. У него ничего не было, даже веры в Бога. Не за кого было нести ответственность. В конце концов, ни за что не надо было отвечать.

Ларри Кинг: Это то, во что он верил?

Лайонел: Это то, что он чувствовал. Поэтому он думал, что может делать все, что ему захочется. Это совершенно отличается от тех причин, про которые мы знали.

Ларри Кинг: Он когда-нибудь объяснял вам причины, по которым он съедал даже самые малые части тел своих жертв?

Шари: Нет.

Лайонел: Возвращаясь к тому разговору, он рассказал мне, что он хотел попробовать все – все, что возможно и невозможно.

Ларри Кинг: Какой же урок вы вынесли из всего этого?

Шари: Хотелось бы надеяться, что мы все будем уделять больше времени своим детям, лучше контролировать их и больше любить их, но в тоже время быть настороже. Откуда мы знаем, кто из них вырастет серийным убийцей? В этой области не так много специалистов. Большинство родителей не являются большими знатоками в этой сфере или не так хорошо знают своих детей.

Лайонел: Мой бывший босс говорил, что на все воля Божья, и я придерживаюсь такого же мнения. Но…

Ларри Кинг: Да, но мы же проводим довольно исчерпывающие исследования в этих областях по изучению…

Шари: Серийных убийц, как Джефф. Так?

Ларри Кинг: Серийных маньяков.

Шари: Конечно, эти исследования проводятся.

Лайонел: Знаете, Ларри, есть определенный типаж маньяков, например: это белый мужчина 34 лет, и так далее и тому подобное…

Ларри Кинг: Замкнутый одиночка, так?

Лайонел: Да.

Ларри Кинг: Но он отличался от других.

Лайонел: …который издевается над животными…

Шари: Он был маньяком, который не подходил ни под один типаж.

Лайонел: Он не издевался над животными, и поэтому не подходил под психотип маньяка, только одна черта характера могла бы подойти под типаж маньяка. Это его чрезмерная замкнутость.

Ларри Кинг: Как я понял из ваших слов, что если ребенок чрезмерно замкнут и необщителен, а также рано начинает тяготеть к выпивке – это и есть те знаки, на которые нужно обращать внимание? Выпивка тоже является поводом для беспокойства?

Лайонел: Да.

Шари: Да, это должно было стать сигналом и для нас.

Ларри Кинг: Как вы сейчас живете?

Шари: Мы, мы… хорошо.

Лайонел: Да, неплохо…

Шари: Мы живем скромно, живем с верой, которая помогает преодолевать нам все это. Мы нашли много друзей, которые поддерживают нас в этой вере. Друзья, которые не отреклись от нас в то страшное время, останутся друзьями навсегда.