Обратная сторона радуги - Мария Евдаева

– Марта Гловацкая, в замужестве Мельникова уже в пути, – отрапортовала сквозь вороний крик Ализа. – Ариэль сам отправился в аэропорт, говорит, снимем целый документальный фильм, шуму будет… Ирис, с тобой все в порядке?

– Угу.

Самолет набирал высоту, а я чувствовала, как проваливаюсь куда-то в очень глубокую и холодную бездну.

Христиан Рейтенбах с криком «И все-таки они вертятся!» катил на меня десяток огромных брецелей.

– Зачем ты повел в бой необученную армию, ты же ее уничтожил, – набросился на него доктор Любич. – Вот я тебя сейчас поджарю, может, поумнеешь!

– Уважаемый человек, ветеринар, а ведет себя как разбойник, – недовольно фыркнула Кешет.

– Против разбойников предусмотрена венгерская защита, – закричал белый слон с шахматной доски. – Пешка, отойди!

– Его надо поскорее остановить, – сказала я, чувствуя, что моё тело совершенно мне не подчиняется, – он здесь все разнесет!

– И не подумаю, – заявил Карим. – Он не знаком с трудами Мухаммеда аль Хорезми.

И захлопнул дверь монтажки.

Раздался грохот, это слон спрыгнул с доски и крушил все вокруг.

– Прекрати, пожалуйста, мы в прямом эфире, – из последних сил взывала я, но он не слушал.

Вдруг кто-то накинул на меня теплое покрывало.

– Я же тебе говорил, что в Севастополе холодно, – ласково сказал Шломо. – Эх ты, чудо моё.

Я открыла глаза.

– Я же тебе говорил, что в Будапеште холодно, эх ты, чудо моё, – сказал дедушка Рубен.

Он принес зеленый чай и горький шоколад.

– А где Клаус? – спохватилась я.

– Парнишка, который прилетел с тобой? Сказал, что забронировал номер в отеле немецкой колонии, и умчался на такси.

– А ты даже не сказал ему, что в гитлерюгенд там больше не записывают?

– …Друзья, мы выслушали не простую историю. Для меня это в первую очередь история сильного человека, в одночасье отказавшегося от самого ходового товара – от иллюзий. Но вот, как к ней отнестись, пусть каждый решит для себя сам. И все же нельзя не согласиться, что она иллюстрирует настоящую картину тоталитарной действительности – человек, стоящий на достаточно высокой ступеньке иерархический лестницы, внезапно рухнул с неё по причине одного неосторожного движения. Что могло произойти? Будда утверждал, что источник всех бед человечества – невежество. Но Христиан Рейтенбах не был невеждой.

– А Джордж Бернард Шоу подумал и добавил, что ложное знание опаснее невежества. Произойти могло всего одно – человек, способный к анализу и сомнениям, выбился из заранее очерченных для него рамок и оказался врагом своего поколения. Однажды целое поколение оказалось во власти ложного знания, они искренне считали себя представителями высшей расы, а в результате получили жестокое разочарование и всеобщее презрение, когда потерпев поражение, великий шарлатан о своем народе думать сразу же перестал, он спасал свою шкуру, пусть даже и пулей в висок.

– А ведь дело было в середине двадцатого века, когда выводить Германию на финишную прямую, не оглядываясь на лавры шумеров и финикийцев, было красивой и посильной целью. Что бы мы не говорили, вредные иллюзии всегда будут самым лакомым кусочком для толпы и постоянно будут появляться на новом витке спирали. Жажда приключений, помноженная на светлые идеи, берет свое – молодежь присоединяется к разного толка зловещим организациям, искренне считая себя правой. Может быть, бороться нужно именно с иллюзиями? И есть ли способ такой борьбы?

Романтическая история обязательно закончилась бы на том, что новое крепкое чувство соединило два одиноких сердца, но этого не произошло. Клаус с чувством выполненного долга вернулся на родину и преподает историю в университете Людвига Максимилиана. Кстати, в следующем месяце день его рождения, надо не забыть отправить ему открытку в Facebook.

2012