Вирус родной крови (формула предательства) - Михаил Самарский

– Назовите его фамилию, имя, отчество, – потребовал Спектор.

– Калачёв Михаил, – ответил доктор и уточнил: – Михаил Павлович.

– Брызгалова действительно поступила к вам с сердечным приступом? – спросил Спектор.

– Да, её привезла неотложка, но.., – Булин замялся. – Понимаете, скорее всего, она договорилась с врачом.

– В каком смысле? – удивился Спектор.

– В прямом. Видимо, попросила доктора, чтобы тот ей организовал стационар с диагнозом. Такое иногда случается. Заплатила врачу, и тот всё оформил, – Булин задумался, затем неожиданно выпалил: – Впрочем, не стану лукавить, я точно знал, что так и было.

– А как же потом? Если она здорова…

– А потом продолжает дальше платить, – ответил Булин.

– То есть вам она тоже заплатила? – прищурившись, спросил Александр Прохорович.

– К сожалению, да, – кивнул Сидор Климович.

– То есть она попросила вас придержать её в больнице?

– Да, – подтвердил Булин, – так и сказала: «Мне нужно полежать немного, никого ко мне не пускайте…»

– Вы знали, чья она жена?

– Конечно, знал, вся больница об этом гудела. Да и ваши сотрудники приходили.

– А чем она обосновала свою просьбу? – спросил Спектор.

– Сказала, что пока мужа не найдут, не хочет ни с кем общаться. Я по-человечески её понял. Она, видимо, хотела оградить себя от журналистов, от следователей…

– А ваш племянник какое отношение имел к этой истории?

– Сын Брызгаловых, как я недавно узнал, оказался его приятелем. Они и предложили ей лечь в нашу больницу.

– Это вам племянник рассказал?

– Да.

В этот момент раздался звонок. Спектор взглянул на дисплей, звонила Рюмина.

– Да, – ответил Александр Прохорович. – Да. Беседую с Булиным. Да… Ясно. Сейчас организую.

Отключив телефон, он набрал Шахову:

– Мария ты где? Ясно… Костя с тобой? Вот и хорошо. Немедленно поезжайте к Брызгаловой и задержите её. Да-да… Прямо сейчас. Как задержите, сразу же позвоните мне. Жду… Итак, Сидор Климович, на чём мы остановились? – снова обратилась он к задержанному.

– Извините, Александр Прохорович, – взволнованно спросил Булин, – это вы из-за моих показаний арестовываете Елизавету Фотеевну?

– А если бы и так, – усмехнулась Спектор, – вам до этого какое дело?

– Неудобно как-то, – замялся Булин. – Получается, я вроде как её подставил…

– Странные вы люди, – с нескрываемым презрением ответил Спектор. – Только вчера вы хотели её убить, и не помешай вам наши сотрудники, вы бы непременно её угрохали. А сегодня вы жалеете о том, что якобы её подставляете…

– Я же вам пояснил, Александр Прохорович, что я в последний момент передумал убивать Елизавету Фотеевну.

– А позвольте, Сидор Климович, вам не поверить, – Спектор вышел из-за стола и стал прохаживаться по кабинету. – Да и как вам можно верить, если оперативники застали вас со шприцем в руке?

– Но…

– Не надо меня переубеждать! – прикрикнул Спектор. – Это вы будете суду объяснять. А хорошенько подготовиться к судебному заседанию у вас будет время, я вас уверяю.

– Хорошо, – согласился Булин. – Извините…

– Вам известно, что сына Брызгалова убили? – спросил Спектор.

– Известно, – опустил голову Булин.

– И, наверное, известно, чьих это рук дело?

– Нет-нет, Александр Прохорович, – Булин приложил к груди ладонь. – Видит бог, этого я не знаю… Честное слово!

– А как вы считаете, ваш племянник причастен к этому покушению? Только честно, без выкрутасов.

– Скорее всего, да.

– Понятно. И что же дальше, Сидор Климович? – спросила Александр Прохорович. – Вам понадобились деньги. Кто вам их предложил и какую сумму?

– Мишка и предложил…

– За что?

– За… за то, чтобы я…

– Чтобы вы убили Брызгалову?

– Сделал ей укол такой, чтобы… чтобы…

– Чтобы никто не догадался, – подсказал Спектор и добавил: – Что её убили.

– Можно так сказать, – согласился Булин.

– Сколько он вам заплатил?

– Дал аванс, десять тысяч долларов, и пообещал ещё десять.

– А зачем вам понадобились эти деньги? – спросил Спектор.

– Жену хотел вернуть, – промямлил Булин. – Понимаете, она всё время называла меня неудачником, докторишкой и так далее. Мечтала о собственном автомобиле. А я не мог себе позволить… ну, в общем, хотел доказать ей, что тоже на что-то способен… Я её так люблю, поймите меня, Александр Прохорович… я так страдал…

– Как такое можно понять, Сидор Климович? – сурово спросил Спектор. – Вы хотели построить своё счастье на чужой беде? Разве можно это понять? Тем более ваша профессия…

– Да, – согласился Булин, – к сожалению, вы правы. Я подлец и негодяй…

– Скажите, а какую опасность представляла Елизавета Фотеевна для вашего племянника? Наверняка же, он как-то обосновал свою просьбу?

– Сказал, что Брызгалова может очень серьёзно подставить и его, и меня.

– Каким образом? – удивился Спектор.

– Мол, если её начнут допрашивать, она может проболтаться, что я держал её в больнице незаконно.

– И чем же вам это грозило? – ухмыльнулся Спектор. – Выговором, увольнением с работы?

– Не только, – ответил Булин.

– Чем ещё?

– Миша предупредил меня, если я откажусь, то Брызгалову всё равно уберут, а потом и меня. Получилось так, что у меня другого выхода и не было. Я просто испугался.

– Почему же вы сразу не обратились к нам? Ведь наши сотрудники неоднократно приходили к вам в больницу.

– Не знаю. Сам не понимаю, как во всё это вляпался. Деньги мне были нужны, вот и… Иными словами, сволочь я законченная. Но, Александр Прохорович, я действительно в последний момент хотел отказаться от уби… от инъекции. Вот перед богом клянусь, – Булин перекрестился, – я передумал. Я хотел позвонить вашей сотруднице… Шаховой.

– А почему не позвонили?

– Не успел… Она сама приехала. Я так поразился… А вы что, арестовали Мишу? Это он вам всё рассказал?

– Пока нет, – ответил Спектор.

– А как же вы догадались, что я… что…

– Работа у нас такая, Сидор Климович – догадываться и вовремя принимать меры. Кстати, где может находиться ваш племянник?

– Вот это одному богу известно. Он никогда со мной на эту тему не говорил.

– Он не бывает по месту прописки?