Семь дней творения - Марк Леви

– Тебя как старшую по безопасности никто не обвиняет – вот и сиди тихо! – подхватил другой.

– Не пори чушь! – отрезала София. Она чувствовала, что вызывает всеобщее недовольство. – Меня все время упрекают за то, что я слишком за вас трясусь, вам это отлично известно!

Толпа несколько секунд собиралась с мыслями, потом раздался третий крик:

– Почему тогда упал Гомес?

– По крайней мере, лестница тут ни при чем! – ответила София негромким голосом, опуская голову.

К ней шагнул тракторист с монтировкой в кулаке.

– Проваливай, София! Тебя сюда никто не звал!

Она почувствовала, что от окруживших ее докеров исходит серьезная угроза. Она отшатнулась – и наткнулась на человека, выросшего у нее за спиной.

– Услуга за услугу! – прошептал ей на ухо Пиль-гес. – Вы мне объясняете, для чего нужна эта забастовка, а я вас спасаю. По-моему, вам есть что мне рассказать. Можете даже не уточнять, кого вы пытаетесь выгородить.

Она обернулась и увидела на его лице усмешку.

– Инстинкт полицейского, дорогая моя, – пояснил он, вертя между пальцами обгоревший предохранитель.

Толпе было достаточно его полицейского значка, чтобы разом присмиреть.

– Не исключено, что дамочка права, – сказал он, наслаждаясь молчанием, к которому принудил всех вокруг. – Я инспектор Пильгес из криминальной полиции Сан-Франциско. Попрошу всех вас отойти, у меня боязнь замкнутого пространства. Никто не послушался. Манча крикнул с эстрады:

– Что вы тут делаете, инспектор?

– Мешаю вашим друзьям совершить глупость и угодить в ловушку, выражаясь словами мисс!

– Вам-то какое дело?

– Большое! – И Пильгес поднял руку, показывая предохранитель.

– Что это такое? – спросил Манча.

– Эта штучка могла бы не позволить вырубиться свету в трюме, куда свалился Гомес!

Все обернулись к Манче. Тот еще больше повысил голос.

– Не вижу, куда вы клоните, инспектор.

– Вот и я о том же, старина! Гомес в трюме тоже не видел ни зги.

Медный цилиндрик описал дугу над головами докеров. Манча поймал его на лету.

– Несчастье с вашим товарищем произошло по злому умыслу других людей, – продолжил Пильгес. – Этот предохранитель в десять раз слабее, чем положено, можете сами убедиться.

– Зачем надо было это делать? – спросил кто-то.

– Чтобы подбить вас на стачку! – коротко ответил Пильгес.

– Этих пробок на корабле не сосчитать! – возразил кто-то.

– То, что вы говорите, противоречит отчету комиссии по расследованию, – добавил другой докер.

– Тихо! – прикрикнул Манча. – Предположим, вы правы, – обратился он к Пильгесу. – Кто мог это подстроить?

Пильгес покосился на Софию и, вздохнув, ответил профсоюзному боссу:

– Эта сторона дела пока еще недостаточно исследована.

– Тогда проваливай отсюда вместе со своими сказками! – гаркнул докер, явившийся на собрание с лапчатым ломом.

Рука полицейского сама по себе поползла к кобуре. Грозная толпа надвигалась на него и на Софию, как неумолимый прилив. Рядом с эстрадой, у открытого контейнера, стоял человек, не сводивший глаз с Софии. Она узнала его.

– Я знаю заказчика преступления!

Голос Лукаса заставил всех до одного докеров обернуться. Он толкнул дверцу контейнера. Раздался скрип – и всем взорам предстал стоявший рядом с контейнером «Ягуар». Лукас показал пальцем на водителя, судорожно пытавшегося завести двигатель.

– Участки, на которых вы вкалываете, стоят больших денег. Их купят после вашей забастовки. Спросите у покупателя. Вот он!

Херт включил наконец задний ход, покрышки заскользили по асфальту, и служебная машина вице-президента «Эй-энд-Эйч» заметалась между крановых опор, спасаясь от пролетарского гнева.

Пильгес потребовал, чтобы Манча утихомирил своих людей:

– Поторопитесь, пока здесь никого не линчевали!

Профсоюзный босс скорчил гримасу и потер колено.

– Признаться, у меня ужасный артрит, – простонал он. – В порту невозможная влажность! Ничего не поделаешь, такая работа…

И он захромал в сторону.

– Вы, оба, никуда не уходите! – приказал Пильгес Лукасу и Софии и побежал туда же, куда бросились перед этим рабочие. Лукас проводил его взглядом

Когда тень инспектора исчезла позади трактора, Лукас шагнул к Софии и взял ее руки в свои. Она поколебалась и спросила полным надежды голосом:

– Вы ведь не Контролер?

– Нет, я даже не знаю, о чем вы говорите!

– К правительству вы тоже не имеете отношения.

– Скажем, я работаю на… сопоставимую с ним структуру. Но этим мои объяснения не исчерпываются.

Издали донесся железный грохот. Лукас и София переглянулись и дружно бросились туда, откуда долетел шум.

– Если они его поймают, я недорого дам за его шкуру! – бросил Лукас на бегу.

– Раз так, молитесь, чтобы этого не произошло, – ответила София, догоняя его.

– Давайте наперегонки! – предложил Лукас, снова ее опережая. София тут же восстановила равенство.

– У вас отлично поставлено дыхание!

– Не жалуюсь!

Он прилагал все усилия, чтобы обогнать ее в узком лабиринте между контейнерами. София поднажала, срывая его попытку.

– Они там! – крикнула она, запыхавшись, но не отдав первенства.

Лукас подбежал к ней. Из-под капота «Ягуара», пробитого вилкой погрузчика, валил белый дым. София глубоко вздохнула и снова сорвалась с места, догоняя враз ушедшего в отрыв соперника.

– Я займусь им, вы берите на себя докеров! Когда догоните, конечно. – И она снова унеслась вперед.

Она обогнула плотную толпу, окружившую поврежденный автомобиль, не желая оборачиваться, чтобы ни на секунду не замедлять свой победный бег. Она представляла, с какой физиономией тащится у нее за спиной Лукас.

– Не дурачьтесь, мы не на соревновании! – донесся до ее ушей его стон.

Столпившиеся молча разглядывали пустую машину. Рабочий, посланный на разведку, вернулся с сообщением, что мимо охранника никто не пробегал. Это значило, что Эд остается пленником пристаней и прячется в каком-нибудь из контейнеров. Докеры рассыпались по порту, каждый горел желанием первым сцапать беглеца. Лукас подбежал к Софии.

– Не хотелось бы мне очутиться на его месте!

– Вижу, что вы увлечены происходящим, – недовольно ответила она – Лучше помогите мне найти его раньше, чем это сделают они.