Игра ангела - Карлос Руис Сафон

— Вы следуете этому принципу, дон Педро? Не выделятьсяв общине?

— А мне это не нужно, Давид. Я их кормлю. Чего ты тоженикогда не понимал.

— Вы бы удивились, узнав, как быстро я постигаю науку.Но не беспокойтесь, поскольку все эти рецензии не имеют ровным счетом никакогозначения. Так или иначе, завтра никто о них и не вспомнит: ни о вашиххвалебных, ни о моих разгромных.

— Тогда в чем проблема?

— Пусть все идет своим чередом.

— Эти два сукиных сына? Барридо со своим стервятником?

— Забудьте, дон Педро. Как вы сказали, я сам кругомвиноват. Больше никто.

Возник maitre[26] с вопрошающим выражением вглазах. Я в меню не заглядывал и даже не собирался.

— Как обычно, на двоих, — распорядился дон Педро.

Maitre с поклоном удалился. Видаль посмотрел на меня точнона хищного зверя, посаженного в клетку.

— Кристина не смогла прийти, — проронил он. —Я принес вот это, чтобы ты ей надписал.

Он положил на стол экземпляр «Шагов с неба», обернутый впурпурную бумагу с печатью магазина «Семпере и сыновья», и подтолкнул ко мне. Яне прикоснулся к книге. Видаль побелел. Яростная стычка и ее оборонительныйхарактер заставили трубить отбой. Теперь настала пора сделать выпад.

— Скажите мне без промедления что должны сказать, донПедро. Я не кусаюсь.

Видаль осушил бокал вина.

— Мне хотелось бы сказать тебе две вещи. И они тебе непонравятся.

— Я начинаю привыкать к дурным новостям.

— Первая касается твоего отца.

Я почувствовал, как ядовитая ухмылка растворяется у меня нагубах.

— Я хотел признаться тебе в течение многих лет, но мнеказалось, что правда не принесет добра. Ты решишь, будто я молчал из трусости,но я клянусь, клянусь чем угодно, что…

— Что? — перебил я его.

Видаль вздохнул.

— В ту ночь, когда умер твой отец…

— Когда его убили, — поправил я холодно.

— Произошла ошибка. Твоего отца убили по ошибке.

Я тупо смотрел, не понимая, что он силится сказать.

— Тем людям был нужен не он. Они обознались.

Я вспомнил глаза наемных убийц, вынырнувших из тумана, запахпороха и темную кровь отца, струившуюся меж моих пальцев.

— Они хотели убить меня, — сказал Видаль едваслышно. — Старинный компаньон моего отца узнал, что мы с его женой…

Я зажмурился, прислушиваясь к глухому рокочущему смеху, рождавшемусяв груди. Моего отца изрешетили пулями из-за любовной интрижки великого ПедроВидаля.

— Скажи что-нибудь, пожалуйста, — взмолилсяВидаль.

Я открыл глаза.

— А какую вторую вещь вы собирались мне сказать?

Я никогда прежде не видел Видаля испуганным. Зрелище было всамый раз.

— Я попросил Кристину выйти за меня замуж.

Повисло молчание.

— Она согласилась.

Видаль потупился. Официант принес закуски и накрыл на стол,пожелав Bon appetit.[27] Видаль не смел смотреть в мою сторону.Закуски остывали на блюде. Помешкав немного, я взял томик «Шагов с неба» иушел.

В тот день, оставив за спиной ресторан «Maison Doree», явдруг обнаружил, что иду вниз по бульвару Рамбла с романом «Шаги с неба» подмышкой. У меня задрожали руки, когда я приблизился к углу, откуда начиналасьулица Кармен. Я остановился у витрины ювелирного магазина «Багес»,притворившись, будто разглядываю золотые медальоны в форме виньеток и цветов,усыпанных рубинами. На расстоянии нескольких метров от того места вздымалсяпышный барочный фасад магазина «Эль Индио», который со стороны больше напоминалярмарку чудес и диковин, а не обычную текстильную лавку. Я приблизился к зданиюи вошел в вестибюль, предварявший входную дверь. Я знал, что она не узнаетменя, и, возможно, я сам ее не узнаю, однако простоял там неподвижно минутпять, прежде чем отважился переступить порог. И когда я все-таки вошел в зал,мое сердце колотилось как бешеное, а руки вспотели.

Стены были уставлены стеллажами, ломившимися от рулоновразнообразнейших материй. Продавцы, вооруженные сантиметровыми лентами ипортновскими ножницами, прикрепленными к поясу, демонстрировали на столахблагородным дамам с эскортом служанок и закройщиц дорогие ткани так, словнопоказывали все сокровища мира.

— Вам помочь, сеньор?

Продавец был мужчиной дородным, с голосом как из бочки.Фланелевый костюм сидел на нем так плотно, что казалось, будто он в любоймомент может лопнуть, разлетевшись по торговому залу вихрем шерстяных обрывков.На меня он смотрел снисходительно, с натянутой неприязненной улыбкой.

— Нет, — пробормотал я.

И тут я ее увидел. Моя мать спустилась с лестницы с охапкойлоскутов. Она была в белой кофточке, и я узнал ее сразу. Фигура матери немногорасплылась, а на лице, густо накрашенном, оставили легкий след усталость, скукаи разочарование. Раздраженный продавец продолжал что-то мне втолковывать, но яедва его слышал. Не отрываясь я смотрел, как она приближается и проходит мимо.На миг наши взгляды встретились, и она, заметив, что я за ней наблюдаю,заученно улыбнулась, как улыбаются клиенту или начальнику, а затем пошла дальшепо своим делам. У меня перехватило горло, так что я с трудом нашел в себе силыразлепить губы, чтобы утихомирить приказчика, и едва успел ретироваться, чтобыскрыть навернувшиеся на глаза слезы. Выбравшись из здания, я пересек дорогу инаправился в кафе. Сев за столик у окна, откуда были хорошо видны двери «ЭльИндио», я приготовился ждать.

Примерно через полтора часа из магазина вышел продавец,занимавшийся мною, и опустил решетку, закрывая вход. Вскоре начал гаснуть свет,магазин стали покидать служащие. Я встал и вышел на улицу. Неподалеку от дверисидел парнишка лет десяти и глазел на меня. Я поманил его. Он подошел, и япоказал ему монету. Мальчик заулыбался во весь щербатый рот.

— Видишь сверток? Я хочу, чтобы ты передал его даме,которая скоро появится. Скажешь, что это подарок от сеньора, но не говори, чтоот меня. Понял?

Паренек кивнул. Я вручил ему деньги и книгу.

— Давай теперь подождем.

Долго караулить не пришлось. Она показалась через три минутыи двинулась в сторону бульвара Рамбла.

— Вот эта сеньора. Видишь?

Мать на мгновение остановилась у портала церкви БогоматериВифлеемской, и я махнул парнишке, чтобы он поспешил к ней. Я наблюдал засценкой на расстоянии и не мог слышать слов. Ребенок протянул ей сверток, и онавзглянула на него с удивлением, явно сомневаясь, брать или нет. Паренек неотступал, и она взяла сверток, глядя вслед убегавшему мальчишке. Она растеряннопосмотрела по сторонам в поисках ответа на немой вопрос, прикинула вес посылки,заинтересованно изучила пурпурную обертку. Потом любопытство одержало верх, иона вскрыла пакет.