Терпкий вкус тутовника - Маша Трауб

– Нет, они в Москве. С Сашкой. Я им позвонила. Сначала я позвонила дяде Володе, а он дал мне их телефон.

Екатерина Андреевна встала, повязала фартук и встала к плите – жарить пирожки, варить борщ. Алла собой гордилась.

Они раздевались в коридоре – тетя Регина и Сашка. Алла их рассматривала – тетя Регина совсем не изменилась. Зубов как не было, так и нет, живот стал еще больше, морщины на юбке и на лице лежали глубокими складками. Сашка стал долговязым молодым человеком. С говорком. Держался скованно. Тетя Регина с Екатериной Андреевной обнялись, расцеловались. Сели за стол. Сашка сразу накинулся на еду.

– Катьандревна, а я ваши пирожки помню. И борщ. Помните, вы нам варили? Такой вкусный, – говорил с полным ртом Сашка.

– Ешь, Саша, на здоровье.

Они поели, помыли посуду. Екатерина Андреевна постелила постели. Сашку положили в гостиной – на сдвинутых креслах. Екатерина Андреевна с Региной легли на полу – в Аллиной комнате. Лежали и разговаривали. Думали, что Алла уже спит. Алла лежала с закрытыми глазами и слушала.

Саша после школы поступил на юрфак в институт. Регина помогла – ее однокурсник стал деканом факультета. Но Сашка вылетел после первого курса. Не хотел учиться, хотел деньги зарабатывать. И уехал в Москву с другом.

– А почему он мне не позвонил? – спросила Екатерина Андреевна.

– Постеснялся. Хотел сам пробиться.

Они с другом сняли квартиру где-то в Капотне. Сашка подвизался сначала курьером, потом устроился в фирму – замороженными продуктами торговал. Уволился, бегал с работы на работу. А потом его то ли подставили, то ли обманули – долг повесили. Сашка испугался и вернулся домой, во Владикавказ. Армия ему не грозила – об этом Регина позаботилась. Энурез, плоскостопие, близорукость – Сашке сделали «белый билет».

– И что он? – спросила Екатерина Андреевна.

– А что он? Я ему предлагала в институт вернуться. Но он не захотел. Говорил, что если где и учиться, то в Москве. А откуда такие деньги?

– Ты не работаешь? – спросила подругу Екатерина Андреевна.

– Нет. Уволилась.

– А Володя?

– Так и вяжет свои кофточки. Я на рынке стою – продаю. Сашка помогал – возил из Москвы шмотки, постельное белье, продукты. Но ты же знаешь Володьку – только рисовать может, а как проблему разрулить – так его нет. Да и все равно в убытке были. Сашка накупит шмотье, а его у нас не берут. Вся квартира завалена. А потом эта появилась.

– Кто?

Сашка нашел себе девушку. На местной дискотеке. Русскую, с родственниками – теткой – в Питере. Жанку.

– Это же нормально. Взрослый парень, – сказала Екатерина Андреевна.

– Ничего нормального. Шалава местная. Тупая, гульная, три аборта к девятнадцати годам. Только задницей вихлять и умеет.

– А ты откуда знаешь?

– Так я все про нее узнала.

Тетя Регина ходила по Жанниным соседям, подругам, бывшим дружкам.

Стучала или звонила в дверь. Если спрашивали: «Кто?» – тетя Регина рявкала: «Милиция». Задавала вопросы: с кем Жанна ходила, куда ходила, во сколько возвращалась? Кто родители? Правда ли, что тетка в Петербурге?

– И зачем тебе это было надо?

– Как зачем? Я же должна знать, что за девка? А этот заладил – люблю, и все.

Собрав информацию, тетя Регина посадила перед собой Сашку и выложила факты: его возлюбленная – проститутка, сделала три аборта. Сказала, что Жанну на порог не пустит, пусть только попробует привести.

Но Сашка уперся. Поругался с матерью, хлопнул дверью и ушел к Жанне. Тетя Регина – майор милиции – не придумала ничего лучшего, чем спрятать паспорт сына под вязальную машину дяди Володи. Там точно никто искать не будет. Нет документа – нет брака.

Сашка искал паспорт, но не нашел. Поругался с матерью и опять ушел жить к Жанне.

Через неделю вернулся домой. Сказал матери, что они с Жанной расстались и он собирается в Москву – в институт попробует поступить. Друг для него место в съемной квартире держит, назад зовет. Там и работа какая-то намечается.

– А где мой паспорт? – спросил Сашка.

– Не знаю, поищи у себя, – ответила тетя Регина, вытащила документ из-под вязальной машины и положила на тумбочку. Сашка наткнулся на паспорт, сразу все про мать понял, но ничего не сказал. Взял паспорт и ушел – на вокзал билет покупать.

Вечером того же дня Сашка, жуя холодный фытчин, преподнес новость – он женился на Жанне. Положил на стол перед матерью паспорт с печатью.

– Как вас расписали? А заявление вы подавали? – Тетя Регина впервые за всю свою жизнь лишилась аппетита. Кусок фытчина в горло не лез.

– Так и расписали. По справке, – ответил Сашка.

– Какой справке?

– Из женской консультации. Жанна беременна. На шестом месяце. Девочка будет.

Тетя Регина схватилась за сердце.

На следующий день тетя Регина надела свою старую милицейскую форму и пошла в загс. Зашла в кабинет заведующей и подняла крик. Заведующая подняла документы – все по закону. Вот справка, вот заявление, вот подписи. Аннулировать нельзя.

Когда тетя Регина вернулась домой, за столом на кухне сидели Жанна с Сашкой. В коридоре стоял чемодан. Жанна ела холодный фытчин. Тетя Регина обозвала невестку проституткой и вышвырнула за порог Жаннин чемодан. Жанна расплакалась и убежала. Сашка убежал за Жанной. Тетя Регина стояла на лестничной клетке, и все соседи слышали, как она поливает Жанну отборным матом на двух языках – русском и осетинском.

– Ну зачем ты так? Только хуже сделала, – сказала Екатерина Андреевна.

– Вот пусть твоя в подоле принесет, тогда ты по-другому заговоришь, – огрызнулась Регина и подтянула одеяло.

– А что дальше?

Сашка приходил, пытался поговорить с матерью.

– Да это не твой ребенок. Залетела не пойми от кого, а тебя использует! – орала тетя Регина.

– Мама, это мой ребенок. Жанна меня любит. Ты ведь даже с ней не поговорила.

– А чего мне с ней разговаривать? Я все про нее знаю. И вот еще что, я к Кате в Москву поеду. Надо узнать, как сделать анализ на определение отцовства. Может, тогда у тебя глаза раскроются?

– А если окажется, что ребенок от меня?

– Не окажется. Ты мне лучше скажи, со свадьбой – это Жанка подстроила? Справку из консультации взяла, тебя домой отправила, чтобы ты паспорт забрал? Скажи, она придумала?

– Она.

Тетя Регина грохнула чашкой об стол.

– Змея, змеюка и есть. Ну ничего, я ее выведу на чистую воду.

Три месяца, пока Жанна беременность дохаживала, Регина ругалась с Сашкой. Но на сторону сына встали Володя и Лариса. Для Регины это стало последним ударом.