На златом крыльце сидели… - Тамара Крюкова

– Какой кокос! У меня уже из ушей кокос лезет. Это разве еда?

– Голод утоляет.

Тимур удивленно вскинул брови:

– Слушай, ты железный человек. Еда – не надо, девушка – не надо. Может, ты инопланетянин? Или робот?

– Терминатор, – блеснул остроумием Валерка.

Самому ему шутка показалась совершенно невинной, но Тимур отчего-то обиделся. Он встал с песка и, глядя на Валерку сверху вниз, произнес:

– Зря гонор держишь. Тебе никто не нужен – ты никому не нужен, понял? Голова есть? Подумай.

Появление Тимура разрушило волшебство ночи, а после его ухода на душе остался неприятный осадок. Валерка чувствовал, что настроил кавказца против себя, точно так же, как и Гошу.

Последняя фраза красноречиво говорила, что при первой же возможности его выкинут из игры. Он и сам понимал, что не прижился и для всех словно бельмо на глазу. Чудо, что его не вышибли с острова сегодня. Он не знал, что у чуда было имя и даже должность. На его защиту встал Сиротин, главный режиссер реалити-шоу.

Вадим Юрьевич был главным вершителем судеб, серым кардиналом, который двигал историю. Свобода марионеток с экрана была иллюзией, как и восемьдесят процентов всего, что делается на телевидении. Для того чтобы шоу состоялось, его нельзя пускать на самотек.

Сиротин обожал свою работу. Здесь он был и главным режиссером и сценаристом. Изначально Вадим Юрьевич получал в свое распоряжение разношерстную группу жаждущих попасть в телевизор. Каждый был со своим характером и закидонами, а первые же сутки пребывания на острове делали все достоинства и недостатки участников шоу еще более выпуклыми. Сиротин любил наблюдать, как за двадцать четыре часа люди преображались. Кто-то раскисал и превращался в безвольную тряпку. В ком-то, напротив, пробуждались внутренние силы для борьбы. Причем никогда нельзя было предугадать, с кем какие метаморфозы произойдут. Тем интереснее было строить из разномастных деталей единую конструкцию.

Участники шоу не обладали актерским мастерством. Они умели играть только себя. Самое главное было нащупать их сильные и слабые стороны, а затем продумать основные линии шоу, где каждый остается самим собой и не подозревает, что повинуется умелой руке кукловода. Игрокам незачем знать, что за кадром существует некий сценарий. Каждый из них был уверен, что действует по собственной воле.

Конечно, случались ситуации, когда до неразумной паствы нужно было донести, в какую сторону «бросить кокос». Обычно это делалось ненавязчиво: либо через кого-нибудь из журналистов, служивших эдаким связующим звеном между внешним миром и отважными Робинзонами, либо через доктора.

Больше всего Сиротина забавляло, как после высадки на остров участники сплачивались против съемочной бригады, словно оказались вдалеке от цивилизации не по собственному желанию, а в результате козней телевизионщиков. Но доброго доктора Айболита игроки неизменно считали своим другом и союзником.

При этом в реалити-шоу всегда присутствовал элемент непредсказуемости – так было больше драйва. Красавчик Валерка был одним из таких сюрпризов. Даже на шоу он оказался не так, как все. На памяти Сиротина это был первый случай, когда участника взяли, попросту говоря, с улицы. Во время кастинга студию буквально осаждают страждущие попасть на экран, поэтому нет необходимости искать кого-то на стороне. Конечно, внешность у него броская, но мало ли красивых мальчиков.

На шоу Валерка продолжал оставаться загадкой. Он подчеркнуто держался особняком и, при его внешних данных, вообще не интересовался сексом. Аутсайдер привносил в игру интригу, поэтому в критический момент и режиссер, и продюсер сошлись во мнении, что его пока трогать не стоит. Добрый доктор исподволь донес эту информацию: мол, слышал, что было бы неплохо Валерия не трогать… Участники игры открыто бунтовать против телевизионного Олимпа не решились. Все отлично представляли, что любой из них может улететь с острова без обратного билета.

В общем, все шло гладко. Кто же мог предвидеть, что парень больше не оступится и дойдет до конца? В финале он стал доставлять организаторам шоу некоторое неудобство. По условиям игры в последнем состязании участвовали двое выживших охотников и столько же амазонок. Перед решающей битвой каждый должен был написать имя избранника или избранницы из противоположного племени. Записки победителей торжественно вскрывались, и если их пожелания совпадали, на острове праздновали помолвку, которая по прибытии Робинзонов на Большую землю должна была завершиться пышной свадебной церемонией с вручением счастливой паре ключей от квартиры и солидного денежного приза.

В случае с Тимуром все было ясно: там пара сложилась. А вот до Валерки нужно было донести, что, даже если он всю игру проходил евнухом, в последний момент он должен воспылать страстью к оставшейся девушке. До сих пор ему позволялось действовать по своему разумению, но пришло время надеть на него уздечку. На завершающем этапе Сиротин не хотел никаких сюрпризов. Свадебные колокола должны прозвонить в любом случае.

Сорок дней, проведенные на острове, показались Валерке одним мгновением. Оставался финальный рывок. Валерка не предполагал, что станет одним из двух претендентов на победу. Живя на острове, он не заглядывал так далеко. Ему было важно лишь продержаться в очередном туре и остаться в игре.

К Валерке подошла Валентина из группы журналистов. Компанейская, вечно облаченная в бесформенные одежды, с неизменной сигаретой во рту, она казалась человеком без пола и возраста. В сорок лет ее называли не иначе как баба Валя. Она относилась к этому с мягким юмором. Романы и влюбленности обошли бабу Валю стороной. С детства она была в компаниях мальчишек «своим парнем», и это амплуа настолько прочно приклеилось к ней, что она даже не подозревала, что какая-то часть ее женской души может проснуться при виде красивого парня.

С первого взгляда Валерка вызвал в ней щемящую нежность. Это была не романтическая влюбленность, а скорее, нерастраченная материнская любовь. Баба Валя несколько раз брала у него интервью. Разговорить его было нелегко, но за сдержанностью и немногословностью парня ощущалось что-то настоящее, без фальши. На этот раз Валентине предстояла сложная миссия – донести до него мнение режиссера.

– Слушай, Валера, я хотела поговорить с тобой без камеры. Ты кого собираешься выбрать?

– Никого.

– Ты бы вписал Оксану.

– Зачем?

– Юля с Тимуром. Остается Оксана.

– Ну и пускай остается. Я не собираюсь на ней жениться.

В душе бабе Вале было даже приятно, что Валерка отверг хорошенькую брюнетку. Словно ревнивая мамаша, она излишне критично относилась ко всем девицам в радиусе пяти метров от своего «дитятки». Но она долго проработала на телевидении и давно усвоила, что истинные чувства и то, что видится на экране – это совершенно разные вещи.

– Для шоу надо, чтобы в конце осталось две пары, – объяснила журналистка.

– А если она не моя пара?