Пятая Салли - Дэниел Киз

Стэн приложился к биноклю, окинул взглядом рысаков.

– Нет. Четыре лошадки недурны, только у них шансы почти равные, ставить пока не вижу смысла. Подождем второго забега. Звякни мне.

Голос у Стэна оказался ровный, тусклый, интонации никакие, что вполне сочеталось с его застывшим, как маска, лицом. Мисс Энглвуд отвлеклась от журнала ровно на столько, чтобы выпустить нас и запереть за нами стеклянную дверь.

– Ну и что это было, Тодд?

– Стэну всего двадцать шесть. Он – самый молодой комментатор рысистых бегов. И вдобавок – один из лучших судей. Мало кто знает, что комментирование для него – только дополнительная работа. Настоящие деньги Стэн делает, отслеживая иноходцев и рысаков по всей стране.

До меня стало доходить.

– А вы делаете ставки за Стэна…

Тодд улыбнулся и кивнул.

– Ему запрещено ставить на бегах, которые он же и комментирует. За скромное вознаграждение в пять процентов я оказываю Стэну эти услуги. Либо здесь, либо по телефону, через моего букмекера. У меня репутация игрока, поэтому персонажи, от которых что-то зависит, ничего не подозревают.

Мы вышли из лифта. Официант проводил нас к столику в вип-зале, принял заказ и принес нам программу бегов заодно с рекомендациями насчет ставок.

– Тодд, мне неловко, что вы за меня платите, – сказала я, когда принесли напитки.

Он тряхнул головой.

– Успокойтесь, это же не из моего кармана. Ужин с напитками полагается Бетти Уинз, таковы наши правила.

– Тогда ладно. – Я подняла бокал с коктейлем «Александр». – Ну, за приятный вечер!

Тодд чокнулся со мной.

– За приятный вечер с самой восхитительной и волнующей женщиной из всех, кого я встречал.

Честное слово, Тодд был очень мил. Казалось, мы сто лет дружим. Из динамика донесся голос – сочный, глубокий, проникновенный. Неужели это Стэн?

В зале прибавилось людей. Все они знали Тодда.

– Ну что, Стэн кого-нибудь выделил в первом забеге? – спросил краснолицый тип с огромной сигарой и бриллиантовыми кольцами на трех пальцах.

Тодд покачал головой.

– Может, ко второму забегу определится.

– Черт! – рассердился краснолицый. – Я рассчитывал, Стэн сразу победителя назовет.

Тодд вручил мне двадцатидолларовую купюру.

– Это еще зачем?

– Чтобы вы сделали ставку, Салли.

– Разве мы ставим в первом забеге?

– Я и Стэн – нет. Стэн – вообще не игрок. Он – судья, а это серьезно меняет дело. Персонажи вроде Стэна ставят только для того, чтобы выиграть. Обычный игрок ставит ради адреналина, как я уже говорил. Вот вы и сделайте ставку. Может, и мне вашего адреналинчика перепадет.

– На какую лошадь мне поставить?

– Воспользуйтесь вещим сном Джейсона. Поставьте на Принца Индии.

Я сделала, как советовал Тодд. Несмотря на то что я вся извелась, а Тодду действительно перепало моего адреналина, Принц Индии несколько раз останавливался и в итоге пришел предпоследним.

Перед вторым забегом Тодд позвонил Стэну. Не успел он повесить трубку, как его окружили четверо пижонов во главе с краснолицым любителем толстых сигар.

– Ставьте на Истинного Маккоя, – объявил Тодд.

Каждый из четверых сунул Тодду двадцатку, и все они направились к Джейсону, чтобы сделать ставки. Одну из двадцаток Тодд дал мне.

– Видите, как легко деньги зарабатывать? Ну же, поставьте двадцать баксов на Истинного Маккоя!

Пока я шла к окошечку букмекера, в голове у меня крутилась песенка из «Парней и куколок», про жеребца по кличке Пол Ривер, который придет первым, если ветра не будет. Тодд поставил на Истинного Маккоя пятьдесят баксов. От лица Стэна, конечно.

Забег начался. Никогда в жизни я так не кричала! Истинный Маккой стабильно держался третьим, пока лошади не вышли на последний круг. Тут-то Истинный Маккой и показал, на что способен. Финишировал с триумфом. Мы победили. Мне за мои двадцать долларов полагалось впятеро больше, то есть сотня. Пока я обналичивала билеты, руки у меня тряслись. Кассир отсчитал сто баксов, я поспешно спрятала деньги в сумочку. Вот это жизнь! Настоящая! Истинная! Тодд получил четыре пятидесятидолларовые купюры для Стэна.

– Выигрыш ваш, – сказала я, протягивая деньги Тодду.

Тодд покачал головой.

– Ни за что не возьму. Вдруг дойдет до моих друзей – анонимных игроков?

Следующая лошадь, выбранная Стэном, пришла третьей, но, кроме нее, были и другие, так что к восьмому забегу я успела выиграть четыреста семьдесят долларов тридцать пять центов.

– Ну и на кого мне теперь поставить, Тодд?

– Не знаю. И Стэн не знает. Сегодня очень сильный состав. А вам, Салли, еще работа предстоит.

Тогда я вспомнила, зачем, собственно, пришла. Нужно задействовать Беллу – только сделать так, чтобы она не пронюхала про деньги. Я огляделась. Вокруг была целая толпа народу.

– Мне бы уединиться на пару минут, Тодд. Для настройки.

– Сразу за секретариатом есть раздевалка. Там, кстати, жокейский костюм. А я пока отдам Стэну выигрыш.

Я быстро переоделась, спрятала деньги в бюстгальтер, причесалась и вызвала Беллу.

– Вот еще! – скисла Белла, выслушав меня. – Чтобы я в жокейском костюме танцевала? Поищи другую клоунессу.

– Белла, я же Тодду обещала!

– Ты обещала – тебе и выполнять.

В дверь постучали.

– Салли, вы скоро? – крикнул Тодд.

– Минутку!

– Вас водитель ждет!

– Слушай, Белла. Я поделюсь с тобой выигрышем, если ты за меня споешь. Я выиграла сегодня четыреста семьдесят баксов.

– Я согласна на половину суммы, и чтобы ты не вздумала задвигать меня после песен. Остаток вечера – мой.

– Белла, побойся бога. Это грабеж.

– Нет, это – шоу-бизнес. Не нравится – найми кого другого.

– Ладно, будь по-твоему. Твоего персонажа зовут Бетти Уинз.

Прежде чем отключиться, я успела подумать: ничего, Белла, когда-нибудь я с тобой поквитаюсь.

* * *

Белла взглянула в зеркало, накрасила губы, надела красный шелковый шарфик, который обнаружился в шкафу.

– Значит, нас ждут! Ладно, Бетти Уинз. Пойдем, устроим им шоу.

Вместе с Тоддом под дверью раздевалки торчал еще какой-то тип. Белла приложилась к Тоддовым губам, чего он явно не ожидал, и пропела:

– Увидимся позже, милый.

– Господи! – пробормотал Тодд.

– Я не подведу, – хихикнула Белла и пошла за водителем, отчаянно виляя бедрами.