Ее звали Ева - Сьюзан Голдринг

– Нет, никого не видел. Кроме меня, во всей округе не было ни одного человека.

Робинсон поставил на стол чашку и пальцами принялся барабанить по глянцевым папкам с отчетами.

– Я и не представлял, как много у вас в доме антиквариата и прочих ценностей. Вам правда не страшно жить здесь одной?

– Пока было не страшно. Думаете, я должна чего-то бояться?

– Послушайте, я не пытаюсь вас напугать, но меня беспокоит, что вы постоянно одна в доме, который напичкан ценнейшими предметами.

Робинсон взял один из отчетов, полистал его:

– Одних ювелирных украшений на тысячи фунтов. А вы такая легкая мишень. Хоть бы в сейфе их хранили.

Сложить все мои драгоценности в одно место, чтобы тебе было проще их унести? Эвелин стояла спиной к полковнику, замешивая тесто:

– Я всегда как следует запираю дом на ночь и, когда ухожу, тоже. И еще у меня есть сигнализация.

– Ерунда. Случайных грабителей сигнализация, конечно, отпугнет, но, если кто-то вознамерится вломиться к вам с определенной целью, это их не остановит. Они сразу увидят, что вокруг ни души, кричи не кричи, и исчезнут задолго до приезда полиции.

– Но у меня и оружие есть.

Стивен рассмеялся – правда, отнюдь невесело. Иронически хохотнув, он с издевкой воскликнул:

– Ну это меняет дело! Правда, можно нарваться на неприятности, стреляя во все подряд. Бывали случаи, когда хозяев дома судили за нападение на грабителей.

– Я буду крайне осторожна. В Женском корпусе я прошла хорошую подготовку, да и потом, ружьем я владею, можно сказать, с детства. На фазанов охотилась и прочую дичь.

– Одно дело – стрелять в фазанов, другое – в людей. Это разные вещи, – Робинсон глотнул кофе. – Теперь я вас смутно припоминаю. Сначала не узнал, но постепенно вспомнил. В Бад-Нендорфе вы были робкой девчонкой, да? Я все гадал и гадал, кто ж вы такая, но теперь, кажется, вспомнил. Вы там служили недолго, да?

– Да, я довольно быстро уволилась. Не совсем по мне была работа. Я знала, что в другом месте смогу принести больше пользы.

А я все думала, когда же ты вспомнишь и что именно?

Эвелин глянула на подставку с ножами у плиты «Ага». Они все были недавно остро наточены. Ей не хотелось отходить от своего тщательно продуманного плана, но кто знает, к чему приведет эта беседа.

– Да, точно, – Стивен ткнул в нее пальцем. – Вас звали… ну-ка, ну-ка? – он щелкнул пальцами. – Ева. Как-то так. Не Эвелин. Точно Ева. Миниатюрная блондинка, задававшая слишком много вопросов по поводу нашей работы.

– Возможно.

– Вы ушли по какой-то мутной причине, да?

Значит, деталей он не помнил.

– Да нет, я просто заболела. Меня комиссовали по состоянию здоровья, – ответила она, кипятком заливая картофель.

– Да, да, припоминаю, – Стивен сочувственно посмотрел на нее. – Не каждый способен выполнять такую трудную задачу, которую перед нами поставили. Вы просто не годились для той работы.

– Да, наверное, – Эвелин отвернулась, глядя в окно на дубы, с которых наконец-то начали облетать листья. – Пожалуй, в следующий раз, когда вы приедете, я угощу вас блюдом из фазана. Для разнообразия. А то все говядина да говядина.

– Превосходно, – отозвался Робинсон. – А теперь скажите, вы внимательно изучили эти цифры?

Он постучал по разложенным перед ним бумагам. Эвелин села рядом с ним.

– Я пыталась, но немного запуталась. Столько всего нужно учитывать.

– Знаю, дорогая. Но я вам помогу. Давайте, может, начнем с тех вещей, которые вам не нужны или которыми вы больше не дорожите?

Он натянуто улыбнулся и потрепал ее по руке. Был уверен, что она согласится.

– Да, прошу вас. Начнем с них, – она тоже улыбнулась. – И что бы я без вас делала, Стивен?