Туалетный утёнок по имени Стелла - Надежда Нелидова

Но это был единственный раз.

Во всех остальных кулинарных магазинах входы в туалеты были тщательно замаскированы, забросаны и заложены коробками и ящиками. Или просто задвинуты мусорной урной или столиком. На просьбу убрать баррикады, продавец кивала на залежи и резонно спрашивала: «А это куда девать? Видите ведь, не повернуться».

Уже спустя месяц я прочитала в газетах Великую Новость из Государственной Думы. Что депутаты отодвинули все важные-преважные дела. И чуть ли не за одну ночь сверхсрочно приняли актуальнейший, архиважный, мировой значимости закон, без которого страна просто дышать не может. Да, да об отмене туалетов в кулинариях! Видать, мощное кулинарное лобби заседает в Думе.

«Эх, эту бы прыть и оперативность да в мирных целях!». Я уже не одну пару башмаков стоптала, не одну железную ручку сломала, не один диктофон запорола, ходя по кабинетам, крича и бия тревогу на тему утилизации ядовитых ламп и градусников. Но этот эпохальный, в прямом смысле закон Жизни и Смерти, депутаты не могут принять десятки лет. Видать, мощное «ртутное» лобби тоже не зря протирает в Думе штаны.

Ну ладно, снова отвлеклась. Редактор эти лирические отступления безжалостно потом вычеркнет.

Город затянула сеть супермаркетов. В двух появились туалеты, аж трёх видов! Женский, мужской и для инвалидов! Правда, два последних тут же закрылись на ремонт – пожизненно.

Мужчины справедливо расценили данный факт как ущемление прав по гендерному типу. Поэтому в женском туалете через тонкий пластик, в двадцати сантиметрах от тебя, справляют нужду мужики.

То ли это высший расцвет равноправия, о котором мечтают европейские феминистки. То ли под крышей гипермаркета открылся легальный притон для вуайеристов и эксаудиристов…

А на автовокзале в туалетном «предбаннике» оживлённо стрекотали две моложавые пенсионерки. Из кабинок периодически выскакивали посетительницы с безумно вытаращенными, слезящимися глазами, задыхаясь, зажимая носы.

Крепким пенсионеркам в голову не приходило взять швабры, вёдра с водой и хлорку. Зато они исправно брали по 25 рублей за этот увлекательный и опасный аттракцион. Я бы зазывно назвала его: «Сколько ты можешь выдержать в газовой камере?» Или: «Тренажёр для начинающих токсикоманов».

Да, при этом пенсионерки забывали выдавать кассовый чек и клали деньги в карман.

Моё возмущение было писком вопиющего в пустыне. Пенсионерки переглянулись и, как в лучшие советские годы, грубо меня послали. А если мне не нравится, мол, иди и опростайся в кустиках.

Что ж, история сделал виток и вернулась в махровые советские годы, но уже в виде уродца-гибрида. Произошло сращение социалистического хамства с пофигизмом – и капиталистической алчности (двадцать пять рублей за возможность насладиться миазмами и лужами на полу).

Так, потерпите ещё совсем чуток. Остался гипермаркет в новом районе. Говорят, там не туалет – а лабиринт и какие-то навороченные супер-пупер светильники.

У входа в ретираду возвышалась архитектурная группа из троих моложавых мускулистых мужчин в красивой униформе. Они откровенно скучали и попинывали продуктовые корзинки на колёсиках.

– Дама, вы куда? – лениво вопросил один. – Вы в магазин – или так, мимо проходили? У нас гальюн только для покупателей.

Я не удостоила туалетных апостолов ни взглядом, ни словом.

Светодиодные светильники реагировали на движения, пожалуй, даже слишком чутко. Он, то вспыхивали, то гасли, так что я едва на ощупь нашла кабинку в сложных лабиринтах.

В потёмках треснулась и набила шишку о коробку воздушного полотенца. Оттуда вырвалось обжигающее ЗмейГорынычево дыхание: оно вздыбило, своротило набок и напрочь испортило мою свежую укладку.

– У вас в туалете лампочки нужно поменять, – сказала я трём могучим катальщикам проволочных корзинок.

Пока гуляла по торговому залу, пока набирала продукты, пока расплачивалась на кассе… Выходя, кинула взгляд на туалет. Он был на замке!

На дверях красовалось объявление: «Туалет закрыт по техническим причинам». Три бугая так же сидели, покатывая корзинки…

Спорим: чтобы поменять лампочки, им понадобится не меньше месяца? Война чистильщиков и «гадёнышей» продолжается.

И вот я, наконец, добралась до Короля городских туалетов – железнодорожного.

Недавно вокзал капитально отремонтировали – скорее, заново отстроили. Эпопея длилась двадцать лет. Сначала пять лет говорили-говорили, потом пять лет искали деньги, потом пять лет проектировали, потом пять лет строили-строили…