Расслабься, крошка! - Георгий Ланской

Димка стиснул зубы от злости, подавив желание стукнуть Галахова по носу, и снова сделал попытку пройти, но тот не дал.

— Ну ладно, — примирительно сказал Галахов. — Чего ты? Тебе же понравилось со мной. Так почему бы нам не стать друг другу чуть ближе?

— Оно мне надо? — процедил Димка сквозь зубы.

— Я кое-какой вес имею. Пробью тебе эфиры по льготному тарифу, а то и вовсе даром. Подумай.

Сверкнув белозубой улыбкой, Галахов выжидающе уставился на Димку, а тот, задыхаясь от бессильной злости, хотел уже пихнуть телезвезду в грудь, да так, чтобы тот впечатался спиной в грязную стенку, а еще лучше — шмякнулся на пол, в пыль!

Но волшебное слово «эфиры» остановило, помахав перед глазами предупреждающим шлагбаумом.

Эфиры. Льготный тариф. Или вообще бесплатно.

Если, конечно, постараться.

Когда-то уже озабоченный своим здоровьем Люксенштейн начал подкладывать Димку в постель к совершенно незнакомым мужикам, занимавшим высокие должности на телевидении и даже в правительстве. Наверное, он по-своему любил молодого неопытного артиста и, предполагая, что скоро умрет, стремился подстраховать любимчика.

Никакой благодарности за это Димка не испытывал.

После смерти Люксенштейна ни один из потных волосатых мужиков, которых он ублажал в койке, на помощь так и не пришел. Хорошо еще, что Инна вовремя подвернулась…

Мысль, что ему придется снова кувыркаться в постели с мужчиной, в восторг не приводила. Ладно, тогда он был пьян, но теперь…

Эфиры. Главный канал страны.

Кремлевский дворец. «Голубые огоньки».

Через полтора месяца начнется новый сезон — сумасшедшая гонка. В октябре-ноябре — повальные съемки к новогодним праздникам. Если Галахов озлобится, он запросто выкинет Димку из эфиров. Характер у него пакостный, это все знают…

Что там говорил Егор про судью Крикса? Что сказала ему донна Роза Дальвадорес?

«…Я тебя поцелую… Потом… Если захочешь…»

Эфиры придется отрабатывать.

Подчиняться чужом графику, прогибаться и терпеть, а ведь он уже не мальчик.

Он — звезда!

Вот только Галахов тоже звезда, и в его власти вышвырнуть Димку отовсюду, состряпать пару сюжетов и погубить его карьеру…

Ну почему им вечно помыкают?!

Никто никогда не посмел бы подойти с таким предложением к Егору и предъявить ему ультиматум. Дело даже не в папе-олигархе, просто Егор так себя держит, что не подступишься. А если кто-то его не устраивает — вышвыривает из своей жизни, щелчками, как шашки во время игры «в Чапаева».

Год назад Димка и Егор работали в мощном чёсе по просторам страны. В одном из паршивых отелей где-то в провинции, от скуки, они играли найденными шашками «в Чапаева». Димка признался, что понятия не имеет, кто такой Чапаев и его верный Петька. Вроде бы герои анекдотов, как канувшие в Лету «новые русские» в вечно малиновых пиджаках…

Егор был шокирован.

— Ты еще более дремуч, чем я думал! — воскликнул он и тремя щелчками разбил Димкину армию.

От людей в своей жизни Егор избавлялся так же.

Щелк-щелк — и нет бывшего друга Антона, бывшей девушки Аллы. Слетели с доски в забвение. Больше о них Егор никогда не вспоминал, во всяком случае, при Димке.

Как бы ему хотелось уметь вот так… Щелк! И нет Галахова с его лоснящейся мордой. Но эфиры, эфиры… Кому ты нужен без эфиров? Провинциальным домам культуры? Зрители с букетами ромашек и бархатцев, выдранных из колхозной клумбы, девчонки с застиранными лицами, блеклыми волосами и ресницами, орущие под окном гостиницы. В номере нет горячей воды, праздник, если есть холодная…

— Ну, малыш, что ты дуешься, — тихо сказал Галахов и провел ладонью по Димкиной щеке. От пальцев несло французским одеколоном и лихорадочным жаром.

Димка содрогнулся.

«Эфиры! — пролепетал умирающий здравый смысл. — Деньги! Сумасшедшие деньги за участие во всех рейтинговых передачах!»

Нет уж!

Он хотел ударить Галахова, но тут наверху зацокали каблуки, и в голову пришла спасительная мысль, а перед глазами возникла грузная фигура бразильской псевдомиллионерши с кувшином в руке и ее трогательное танго.

«Я поцелую тебя… Потом… Если захочешь…»

Воспользовавшись моментом, Димка ловко проскользнул мимо Галахова, сообразив, что ему можно просто не отвечать.

По крайней мере сейчас.

В последний конкурсный день, выпавший на воскресенье, Димка пребывал в омерзительном настроении. Мало того что Галахов продолжал преследовать его, то названивая на сотовый, то словно невзначай оказываясь рядом на вечеринках, так еще и оказалось, что Димка остался без денег.

Бумажник с кредитками пропал.

Обнаружилось это утром, когда Димка, позавтракав в отеле, попросил к вечеру прислать ему счет. Большинство артистов предпочли улететь в понедельник, на более удобном рейсе, в компании миллиардера Мутаева. По слухам, кое-кому Мутаев уже пообещал некие прожекты, отчего остальные скрипели зубами и удваивали усилия по охмурению денежного мешка. Если бы в Юрмалу приехала Инна, Димка наверняка ввязался бы в эту гонку, но в одиночку льстить Мутаеву он не отваживался, боясь ляпнуть какую-нибудь глупость.

К Егору Мутаев подошел сам, когда он, Алина и Димка завтракали в ресторане, дружески пожал руку и даже по плечу хлопнул, Алине кивнул царственно, на Димку даже не посмотрел.

— Как отец? — спросил Мутаев.

Егор пожал плечами:

— Да что ему сделается? Качает бабло.

— Молодец, — похвалил Мутаев, улыбаясь крокодильей улыбкой. — Буду в Москве, заскочу. Ты, я слышал, жениться собрался?

Егор улыбнулся, накрыл руку Алины своей и кивнул.

— Ну, подарок за мной, — сказал Мутаев.

Осмелев, Димка вдруг решил подать голос:

— А вы когда же? Тут столько желающих. Одна только Аксинья чего стоит…

— Мне давно известно, сколько стоит Аксинья, — холодно ответил Мутаев и ушел.

Димка покраснел и начал теребить под столом пальцы, обрывая заусенец. С ним уже давно никто не разговаривал вот так — с холодным презрением, указывающим на его ничтожество. Отец Егора, миллионер Боталов, тоже всегда смотрел на Димку как на грязного кота, случайно попавшего в дом…

Хорошо Егору, подумал Димка с внезапной завистью. А ведь Димка популярнее его и за концерты получает куда больше, чем Егор за корпоративы! Вот только Егору не надо платить зарплату музыкантам, не надо тратиться на клипы и запись песен. Что заработал — то его, белым или, что гораздо чаще, черным налом, в конвертике. Откатался полгода на «Лексусе» и уже собирается покупать новую машину, о чем сообщил с легкой небрежностью. Димке хотелось «Лексус» или «Майбах», но ездить приходилось на «БМВ» не самой последней модели, взятой в кредит. Хорошо, что квартира в Москве теперь есть, большая, просторная. Правда, мебели раз-два и обчелся, да и та вся из «Икеи». Никаких излишеств. Никаких Людовиков XIV, кресел в стиле ампир и кроватей с балдахином по заоблачной цене…