Дарующий звезды - Джоджо Мойес

– Бет Пинкер, ты что, пытаешься пристыдить меня за мой образ жизни? Не дождешься! Скорее небо упадет на землю.

– Эй! – отозвалась Бет. – Если бы меня обхаживал такой же красавчик, как Свен Густавссон, то я заимела бы кольцо на пальце так быстро, что парень не успел бы понять, как очутился в церкви. Если предпочитаешь надкусить яблоко, прежде чем положить его в корзинку, дело твое. Только смотри держи корзину покрепче.

– А что, если мне не нужна корзина?

– Всем нужна корзина.

– Но только не мне. Не нужна была и не будет нужна. Никакой корзины.

– О чем это вы толкуете? – захихикала Элис.

– Они считают, я сохну по мистеру Гислеру, – тихо рыгнув, заявила Иззи. – Боже правый, я чувствую себя потрясающе! Последний раз мне было так хорошо, когда я каталась на чертовом колесе на ярмарке в Лексингтоне. Правда… Нет. Тогда все как-то не слишком хорошо закончилось…

Элис наклонилась к Иззи, положив руку ей на плечо:

– Иззи, мне действительно очень жаль, что я порвала твой ремешок. Я, честное слово, не нарочно.

– Ой, да не волнуйся ты! Я просто попрошу маму купить мне новую сумку.

По какой-то непонятной причине эта идея обеим показалась смешной до колик.

София посмотрела на Марджери, укоризненно подняв бровь.

Марджери, с трудом сдерживая улыбку, зажгла стоявшие на полках керосиновые лампы. Она в принципе не любила компании, но ей было хорошо в обществе этих девушек, ей нравились веселье и шутки, а еще то, что она буквально видела, как в комнате пробиваются зеленые ростки настоящей дружбы.

– Эй, девчонки! – окликнула их Элис, справившись с приступом смеха. – А что бы вы сделали, если бы могли делать то, что заблагорассудится?

– Навели бы порядок в библиотеке, – пробормотала София.

– Нет, я серьезно. Если бы вы могли делать все, короче, все, все, что душе угодно?

– Я бы отправилась путешествовать по миру, – заявила Бет, устроившая себе спинку из книг, а теперь сооружавшая подлокотники. – Поехала бы в Индию, и в Африку, и, быть может, в Египет, чтобы немного осмотреться вокруг. Я не собираюсь торчать здесь всю оставшуюся жизнь. Братья заставят меня ухаживать за папашей, пока тот не отбросит коньки. Я хочу увидеть Тадж-Махал, и Великую Китайскую стену, и то место, где строят маленькие круглые хижины из ледяных блоков, да и вообще кучу других мест, о которых пишут в энциклопедиях. А еще я собиралась поехать в Англию, чтобы встретиться с королем и королевой, но ведь у нас есть Элис, а значит, теперь в этом нет необходимости, – закончила Бет, и все дружно засмеялись.

– Иззи?

– Ой, это ужасно глупо.

– Глупее, чем желание Бет посетить Тадж-Махал?

– Ну давай же! – Элис шутливо пихнула Иззи локтем в бок.

– Я бы… Ну, я стала бы певицей, – ответила Иззи. – Я бы пела по радио или на студии звукозаписи. Как Дороти Ламур или… – Иззи покосилась на Софию, которая с трудом сдерживалась, чтобы не закатить глаза, – Билли Холидей.

– Твой папочка наверняка сможет это устроить. Ведь он знает всех и вся, да? – заявила Бет.

– Но почему? – спросила Марджери. – Кто мешает тебе петь?

– Довольно, – сказала Бет.

– Ты знаешь, о чем я, – нахмурилась Иззи.

Марджери пожала плечами:

– А мне казалось, для того чтобы петь, нога вроде бы не нужна.

– Но люди не станут меня слушать. Они только и будут делать, что смотреть на мои брейсы.

– Иззи, детка, ты себе льстишь. Куча людей носит брейсы, и тут ничего такого нет. Или можешь… – Марджери сделала паузу, – просто надеть длинное платье.

– А что вы поете, мисс Иззи? – спросила София, составлявшая книги в алфавитном порядке.

Иззи сразу протрезвела и слегка зарделась:

– Ой, я люблю церковные гимны, блюграсс^[1], блюзы – все, что угодно. Я как-то даже попробовала петь оперные арии.

– Тогда ты должна нам спеть. – Бет прикурила сигарету, быстро задув спичку, чтобы не обжечь пальцы. – Ну давай же, девочка! Покажи нам, что ты умеешь.

– Нет-нет, – застеснялась Иззи. – Я пою только для себя.

– Тогда у тебя будет пустоватый концертный зал, – заметила Бет.

Иззи посмотрела на девушек, затем с трудом поднялась на ноги, судорожно вздохнула и запела: