Только сияй - Елена Филон

«Спокойно. Не поддавайся, Тейт. Всё в порядке. Он скоро уйдёт».

– Только перед тем, как задашь мне вопрос, ты должен ответить на мой. Разве не так по правилам? – осведомилась я.

Шейн усмехнулся, растягивая губы в хитрой улыбке и опуская свою руку всё ниже – теперь поглаживая горячими пальцами мою шею, заводя ладонь назад к затылку, слегка затрагивая волосы, которые тут же вставали дыбом, и спускаясь к плечу.

– А ты входишь во вкус! – Его грудь приподнялась в беззвучном смешке, и его слова прозвучали до чёртиков двусмысленно. Он следил за моей реакцией на его прикосновения, я видела это. И ему нравилась моя реакция, потому что я не могла бороться со своим телом.

Я не ответила. Всё, на чём могла концентрироваться, так это на кончиках его пальцев, рисующих дорожки пламени по моей пояснице и позвоночнику.

С трудом сглотнула и с силой закрыла глаза, надеясь, что это хоть как-то отрезвит разум.

– Спроси ещё раз, – произнёс Шейн. Его ладони двигались вверх по моей спине, проникали под майку и касались лопаток.

– О том, что ты притворялся? – Мой голос дрожал.

– Да.

– Я знаю, что ты притворялся. – Слабо улыбнулась.

– А сейчас? – усмехнулся Шейн в ответ.

Я сжала ладони в кулаки:

– Ты мне ответь.

– Тогда это будет уже второй вопрос. И тебе придётся снова делать выбор.

– Ты ещё на первый не ответил.

Новая усмешка Шейна:

– Да.

– Это ответ? Изображал из себя бесчувственную скотину?

– Да. – Теперь он выглядел серьёзным.

– А сейчас? – Я приподняла брови, всё ещё пытаясь игнорировать действия рук Шейна и всем своим видом демонстрировать, что мне плевать. Не потакать его божественной самоуверенности.

– Это второй вопрос, – томно улыбался Шейн.

– Ответь на него.

– Тогда мы сыграем ещё раз.

Новая волна огненных мурашек пронеслась по телу. О боже… Этот его низкий голос с хрипотцой… С силой прикусила губу, рассчитывая, что боль всё ещё способна помочь. Но ничего не помогало.

– Ладно, – кивнула я. – Отвечай. Сейчас тоже играешь?

Шейн наклонил голову набок, приблизился и легонько коснулся губами мочки моего уха:

– Нет.

Не дрожать.

Не дрожать.

Не дрожать.

– Задавай свой вопрос! – сглотнув, сказала я, желая поскорее с этим разделаться.

Шейн провёл носом по моему уху и вновь коснулся мочки губами:

– Ты всё ещё чувствуешь это? Когда я касаюсь тебя… Чувствуешь жажду? Чувствуешь, как она обжигает? Страстная, невыносимая, мучительная… Такая, что становится больно…

Я знала. Чёрт возьми, я знала, что спьяну именно этот вопрос он и задаст! Что ещё может спросить у полуголой девушки бухой мужик?!

Ничего, кроме секса!

Шейн слегка прикусил губами мочку моего уха, и тут я поплыла…

– Ты хоть раз пожалела о том, что ушла? – задал Шейн ещё один вопрос и на этот раз твёрдо заглянул мне в глаза.

– Разве это не другой вопрос? – подрагивающим от напряжения голосом поинтересовалась я, потому что пальцы Шейна уже пробирались под слабую резинку моих безразмерных пижамных штанов.

– Ответь на два, и ты снова ходишь, – прошептал Шейн, проводя губами по линии моего подбородка и слегка прикусывая кожу зубами.

Нет… Это выше меня. Дышать не могу. Стоять не могу. Только дрожать могу и слушать, как в голове завывает спасительная сирена: «Он трахает Дани! Трахает Дани!»

– Ответь.

– Да, на оба вопроса, – пропыхтела я, и Шейн замер, а я наконец вдохнула полной грудью и слегка отстранила от него голову.

– Ты ведь тоже это чувствуешь, – добавила утвердительно.

Шейн не отвечал. Будто завис где-то между миром правды и лжи. Притворства и искренности. Не зная, не понимая, в какую сторону теперь делать шаг.

– Только это ничего не меняет, – сухо произнесла я. – И никогда не изменит.

Кадык Шейна нервно дёрнулся, взгляд вдруг показался диким, но следующие слова прозвучали более чем спокойно:

– Потому что ты теперь с ним?

Я не отвечала. Не вижу смысла втягивать в это Калеба. Я с ним ещё даже поговорить не успела после того, что услышала. И из-за Шейна теперь буду чувствовать себя последней тварью при нашей следующей с Калебом встрече.

– Какая тебе разница? – ответила я наконец, чувствуя в голове долгожданное облегчение.

Шейн будто яд на вкус попробовал, так выглядело его лицо.

– Так понравился его ответ, Миллер?

– А это уже третий вопрос, – жёстко бросила я. – Но сейчас моя очередь.

Это был мой шанс прийти в себя! Сейчас или никогда!

Максимально отодвинулась от него и решительно посмотрела в глаза:

– Правда или желание, Шейн?

Шейн выдержал многозначительную паузу, мрачно усмехнулся, слегка наклонив голову и с лёгкой улыбкой произнёс:

– Желание.

Я скинула руки Шейна со своего тела и решительно шагнула к двери, открыв её настежь:

– Тогда проваливай отсюда, – сказала, тяжело дыша и в полной уверенности. – Это моё желание, Бенсон.

* * *

Уснуть удалось только под утро. Не знаю, сколько я проспала в общей сложности, но, видимо, очень мало, потому что чувствовала себя просто отвратительно. Однако даже за этот короткий период сна мне успел-таки присниться Бенсон и всё то, что могло вчера между нами случиться, если бы я не набралась смелости и не выставила его вон.

До сих пор вижу его лицо в тот момент, когда он переступал порог моего номера. Без улыбки, без ненависти в глазах. Он выглядел… опустошённым. И пьяным, но это само собой.

День обещал быть жарким. Наспех привела себя в порядок, влезла в узкие джинсы и в первую попавшуюся рубашку, высушила волосы, стянула в узел на затылке, взяла гитару и покинула отель.

А дальше – закружилась-завертелась самая безумная карусель на свете!

Из-за ускоренного графика всё, что происходило со мной в этот день, у других стажёров могло длиться неделями или даже месяцами!

Мне выдали расписание на первую неделю, и знаете что, в нём даже не было времени, чтобы позвонить Николь и как следует обсудить то, что со мной происходит! А обсудить хотелось много чего. Но всё время было забито вплоть до минутки на посещение туалета! На сон – пять-шесть часов, а это не выгодно для здоровья. Подъём в шесть утра и до часу ночи в Victory Records.

Уже в первый день меня отвели к стилистам для подбора сценического образа. Хорошо хоть фанатам Шейна понравился новый цвет моих волос, даже больше, чем предыдущий, так что его решили оставить, лишь немного освежили цвет и подравняли концы. Пытались уговорить меня на чёлку, но я наотрез отказалась, угрожая тем, что перед каждым выходом на сцену буду завязывать её в нелепый хвостик до тех пор, пока не отрастёт. После этого причёску решили не менять.