Семь дней творения - Марк Леви

София оставила машину у стоянки и поблагодарила молодого служащего в красной ливрее за жетон.

– Хотелось бы мне быть вашим партнером за сегодняшним ужином! – признался парень.

– Большое спасибо! – пробормотала она, вспыхнув от смущения и удовольствия.

Вращающаяся дверь переправила Софию в холл После закрытия офисов для публики оставались открыты только бар на первом этаже и панорамный ресторан на последнем Она решительным шагом направилась к лифту, ощущая во рту незнакомую прежде сухость. Впервые София испытывала жажду. Она посмотрела на часы: у нее в запасе было еще десять минут. Увидев за витриной кафе заманчивое мерцание барной стойки, она изменила направление. Она рке собиралась войти, когда узнала профиль Лукаса, увлеченного беседой с главой портовых служб недвижимости. Она испуганно попятилась и вернулась к лифту.

Чуть позже метрдотель подвел Лукаса к столику, за которым его дожидалась София. Она встала, он поцеловал ей руку и предложил сесть так, чтобы ей открывался самый лучший вид.

За ужином Лукас засыпал Софию вопросами, она отвечала тысячью своих. Он отдавал должное лакомствам, она ни к чему не притрагивалась, аккуратно отодвигая тарелки. Когда официант прерывал их разговор, им казалось, что перерыву не будет конца. При приближении официанта с метелкой для сметания крошек, похожей на зазубренный серп, Лукас поспешно сел рядом с Софией и сильно дунул на скатерть.

– Вот я и навел чистоту. Можете не беспокоиться, большое спасибо, – бросил он официанту.

Беседа возобновилась. Лукас закинул руку на спинку банкетки, София почувствовала затылком тепло его руки.

Официант появился снова, вызвав у Лукаса негодование: он положил перед ними ложки и поставил на столик шоколадный мусс Ловко крутанув тарелку, демонстрируя клиентам всю прелесть десерта, официант выпрямился и гордо произнес его название.

– Правильно сделали, что уточнили, – не выдержал Лукас. – Вдруг мы бы спутали мусс с морковным суфле?

Официант с достоинством удалился. Лукас наклонился к Софии.

– Вы ничего не ели!

– Я очень мало ем, – ответила она, опуская голову.

– Доставьте мне удовольствие, попробуйте хотя бы это! Райский вкус, пальчики оближете!

Он не оставил ей выбора: зачерпнул горячего мусса, поднес ложку к ее рту и оставил горячее кушанье у нее на языке. Трепет в груди у Софии стал еще сильнее, и она со страхом уставилась Лукасу в глаза

– Одновременно горячо и холодно, – сообщила она. – Вкусно!

Поднос в руках у сомелье чуть накренился, рюмка с коньяком заскользила к краю, опрокинулась, упала на пол и разбилась на семь одинаковых осколков. Зал притих, Лукас чихнул.

София прервала молчание: у нее оставалось к Лукасу еще два вопроса, и она взяла с него обещание ответить на них без уверток.

– Что вы делали в обществе директора служб недвижимости порта?

– Странно, что вы об этом спрашиваете.

– Мы условились: без уверток!

Лукас пристально смотрел на Софию. Ее рука лежала на столе, он придвинул к ней свою.

– Это была встреча по профессиональному поводу, как и предыдущая.

– Это все равно не ответ. Вы догадываетесь, каким будет второй вопрос. Чем вы занимаетесь? На кого работаете?

– Можно сказать, что я при исполнении задания. Он часто забарабанил пальцами по столу.

– Что за задание? – не унималась София.

Лукас отвел глаза от Софии, потому что почувствовал на себе другой устремленный на него взгляд. В глубине зала сидел с хитрой усмешкой на губах Блез.

– Что случилось? – спросила София. – Вам нехорошо?

Лукаса было не узнать. Это был уже совсем не тот человек, с которым она провела вечер, полный тонких, неизведанных чувств.

– Больше никаких вопросов! – прикрикнул он. – Ступайте в гардероб, заберите свой плащ и поезжайте домой. Я свяжусь с вами завтра. Извините, сейчас я ничего не могу вам объяснить.

– Да что с вами? – испуганно ахнула она.

– Немедленно уходите!

Она встала и пересекла зал. До ее слуха отчетливо доносился каждый, даже самый слабый звук: падение прибора, соприкосновение бокалов, шорох старого платка, которым пожилой посетитель, ровесник платка, вытирает себе верхнюю губу, вздох безвкусно одетой дамы, заранее пожирающей взглядом пирожные, молчание бизнесмена, даже в ресторане не отвлекающегося от дела и читающую деловую страницу газеты, любопытство затаившей дыхание пары… Она прибавила шаг. Наконец-то двери лифта скрыли ее от непрошеных взглядов. В ней бушевали противоречивые чувства.

Она выбежала на улицу, где задохнулась от ветра Машина унесла ее прочь вместе с дрожью и печалью.

Когда Блез опустился на место Софии, Лукас сжал кулаки.

– Ну, как наши делишки? – прозвучал игривый вопрос.

– Чего вам здесь надо? – Лукас даже не пытался скрыть свое раздражение.

– Я отвечаю за внутренние и внешние коммуникации. Вот и решил пообщаться с вами!

– Не собираюсь перед вами отчитываться!

– Лукас, Лукас, остыньте! Какие отчеты? Простая забота о здравии моего жеребчика! Как я погляжу, он отменно себя чувствует. – Приторный голос Блеза был полон неискреннего дружелюбия. – Я знал, что вы молодец, но все равно вынужден сознаться, что недооценивал вас

– Если это все, что вы собирались мне сказать, то я попросил бы вас удалиться.

– Я наблюдал, как вы баюкаете ее своими серенадами. Признаться, во время десерта я чуть не зааплодировал! Честное слово, старина, это было гениально!

Лукас внимательно наблюдал за Блезом, силясь понять, что привело эту тупую скотину в такой восторг.

– Конечно, вы не перл мироздания, Блез, но не отчаивайтесь. Когда-нибудь к нам в лапы обязательно угодит грешница, проступок которой будет достаточно омерзителен, чтобы ее приговорили провести несколько часов в ваших объятиях.

– Не надо ложной скромности, Лукас, я все понял и одобряю вас Ваш ум не перестает меня удивлять.

Лукас отвернулся и жестом потребовал счет. Блез подал метрдотелю кредитную карточку.

– Я заплачу!

– Чего вы, собственно, добиваетесь? – спросил Лукас, забирая счет из потной руки Блеза.

– Вы могли бы доверять мне чуть больше. Надо ли напоминать, что эту миссию вам доверили благодаря мне? Не будем валять дурака, ведь мы оба в курсе дела!

– В курсе чего? – спросил Лукас, вставая.

– Кто она!

Лукас медленно сел, не сводя глаз с Блеза.

– Кто же она?

– Она и есть та, другая, милейший… Ваша соперница!