Сезон прогулок босиком - Сьюзен Мэллери

Вернувшись на кухню, она обнаружила, что Джаред выкладывает на тарелки содержимое промасленных бумажных пакетов.

Запах ударил ей в ноздри, генерируя воспоминания – на этот раз хорошие.

– Ты ходил в «Арни»? – спросила она. Ее желудок заурчал впервые за недели, а то и за месяцы. Голод вытеснил неловкость. – Я не была там много лет. В старших классах мы торчали там постоянно.

Это было одно из немногих мест, где она бывала с друзьями. Большую часть времени она работала в отеле, но иногда все-таки забегала к «Арни».

Джаред вывалил на тарелки сэндвичи со свининой барбекю. Булочки уже пропитались соусом. Еще он купил тушеные бобы, капустный салат, жирные стейки и картошку.

Стол стоял в нише со скамьями по обе стороны. Мишель медленно, стараясь не потянуть бедро, втиснулась на скамью. Джаред наполнил водой высокие стаканы и положил лед. Мишель посмотрела на бутылку.

– Потом, – заявил он, усаживаясь напротив, и протянул ей воду. – Ешь.

Она хотела было посетовать на его диктаторские замашки, но решила, что не стоит тратить на это силы, и протянула руку за сэндвичем.

Булочки были теплые, соус барбекю испачкал ее пальцы. Она вонзила зубы в толстые ломти свинины. Вкус был лучше, чем ей помнилось: пряный и острый. Она прожевала и проглотила, потом откусила еще. Голод нарастал, и ей захотелось съесть до крошки все, что было перед ней.

Джаред глядел, как она ела, и почти не ел сам, но ей было наплевать. Пускай наслаждается этим шоу. Пока она пожирала сэндвич, он выложил ей на тарелку бобы, капусту и бо́льшую часть стейка с картошкой фри.

Она съела все. Всю капусту, все до единого бобы, весь стейк. Облизала пальцы, прежде чем вытереть их о салфетку, и залпом выпила стакан воды.

Мишель съела больше, чем за всю последнюю неделю, и под утро наверняка пожалеет об этом, но сейчас ей было плевать. Она откинулась на спинку скамьи и вздохнула.

– Ох, как хорошо. Спасибо тебе.

– На здоровье.

Он доел свой сэндвич, съел немного стейка с картошкой, но остальное оставил ей.

– Ты наелся? – спросила она. – Я тебя не обожрала?

– Я не буду есть, если даже ты вернешь мне съеденное.

– Справедливо, – засмеялась она. – Сколько я тебе должна?

– Это был сэндвич, Мишель. Не новая тачка. Я угостил тебя.

– О’кей. Очень признательна.

Снова начался дождь. Она повернула лицо к окну и смотрела, как водяные струи текут по стеклу. Дни в середине мая были все еще прохладные, хотя солнце садилось уже в восемь вечера.

– Как жизнь в отеле? – спросил он.

– Мы все больше и больше заняты, и это хорошо. Мне нравится, что я вернулась. – Она посмотрела на него. – В основном.

– И что тебе не нравится?

– Работать с Карли. Я знала ее и раньше.

– Я знаю, кто такая Карли Уильямс.

Она подняла брови:

– Можно мне спросить, как так вышло?

Может, у него с Карли что-нибудь было в прошлом? Не успела она решить, волнует ли ее это, как он встал и взял бутылку.

– Мы живем на острове. Я знаю тут всех.

– Так ты никогда…

– Ты спрашиваешь про мою интимную жизнь?

– Она есть у всех.

– Нет. С ней ничего не было.

– Почему?

– Почему тебе не нравится работать с Карли?

Мишель смотрела, как он наливает в стаканы водку. Она взяла свой стакан, но не спешила пить.

– Мы были подругами. Когда-то давно. Там все сложно. Мы поссорились, потом снова помирились. И после встретили этого парня. Аллена.

Мишель посмотрела на Джареда, но тот молчал.

– Я балдела от него. Он был таким красивым и обаятельным, а я – такой одинокой. Но потом узнала, что он встречался еще и с Карли, и это разбило мне сердце. Я сказала, что он должен сделать выбор. Я не сомневалась, что он выберет меня, но ошиблась. А позже узнала, что он выбрал ее, потому что она спала с ним.

– Почему же ты не спала, раз он был так важен тебе?

Она глотнула водку.

– Я была девственницей. Спать с парнем казалось мне слишком серьезным шагом. Карли не заморачивалась насчет этого, поэтому он бросил меня ради нее, а потом случилась помолвка.

– Ох.

– Да. Это был удар. Но тяжелее всего мне было не терять Аллена – на него я смотрела уже другими глазами. Мне было тяжело терять ее. Она все еще была моей подругой, но я каждый день, каждую секунду думала о ней и о проклятой свадьбе. Мысли об этом просто въелись мне в кожу.

Она понимала, что говорит много лишнего и все эти детали вряд ли интересуют Джареда, но не могла остановить поток слов. Говорят, что алкоголь срывает тормоза. Но водка ничто по сравнению с сэндвичами от «Арни».

– Моя мать ушла с головой в подготовку свадьбы, и это еще больше осложнило мне жизнь. Я должна была стать подружкой невесты. Мне было обидно.

Она замолчала, понимая, что не хочет продолжать. Но все-таки договорила до конца.

– За два дня до свадьбы Аллен явился ко мне. Он сказал, что ошибся – что на самом деле он любит меня и что с Карли у него все кончено. Он соблазнил меня, и я позволила ему и… – Она поглядела в окно. – Я была ужасно глупой.

– Ты была совсем юной.

– Ну, не очень. Карли застала нас, и Аллен наврал ей, что я виновата во всем. Что я обманом затащила его в постель.

Мишель до сих пор помнила, как он вскочил, совершенно голый, бросился к Карли и буквально зарыдал. Все было так убедительно. Мишель и сама чуть не поверила. Только вот она знала правду. Она чувствовала, что Карли тоже догадывалась, просто не хотела это осознавать. Карли винила во всем Мишель, Бренда тоже.

– В тот вечер я уехала в Сиэтл и записалась в армию. Мне хотелось оказаться где угодно, но только не там.

– Карли украла его у тебя, а ты забрала обратно. Вы квиты.

Она вытаращила на него глаза:

– Это не совсем так, как мне хотелось бы описать.

– Это не меняет того, что случилось.

– Может, и нет, но сейчас мне приходится с ней работать.

– Это случилось давным-давно. Теперь вы разные люди.

– Ты прав.

– По крайней мере, ты разрешила себе вернуться домой.

Она сделала глоток.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты ни разу не приезжала за эти годы. Наказывала себя. Раз ты вернулась, значит, все уже позади.

– Черт побери, какого хрена ты…

Зазвонил ее телефон, и Мишель замолчала. Она так удивилась, что просто тупо уставилась на него. Ей никто никогда не звонил. Она даже не знала, зачем носит с собой эту дурацкую игрушку. На экране высветился номер Лос-Анджелеса.