Один день мисс Петтигрю - Уинифред Уотсон

– В провинции ее носили на руках.

– В провинции! (Холодно.)

– Лондон на очереди. (Безразлично.)

– Лондон?

– Разумеется. За ней Фил Гольдберг. Звезда его новой программы. Она и Делисия Лафосс, большими буквами.

– А, как же, теперь припоминаю, – согласилась мисс Сомерс.

– Никогда не знаешь. Сегодня никто, а завтра на устах всего города.

– В самом деле. Пойду представлюсь.

Мисс Петтигрю принимала всех. Ее глаза блестели, лицо сияло, волосы понемногу высвобождались из плена – но деликатно, не теряя завивки. Сережки мерцали, источая утонченность; щеки покрывал румянец, на этот раз несомненно естественный; грудь вздымалась под напором сдерживаемого волнения.

Мисс Лафосс коснулась ее руки. Мисс Петтигрю отвернулась от очередного почитателя.

– Тони, – прошептала мисс Лафосс.

Мисс Петтигрю посмотрела в указанном направлении. Молодой человек среднего сложения, с темно-каштановой неприбранной шевелюрой, глазами как горячие угли, и общим выражением независимой самодостаточности.

«А! – подумала мисс Петтигрю с облегчением. – Вполне привлекательное лицо. Я думала… Я ожидала… смазливого повесу, наверное. Вот и верь после этого внешнему виду».

Мисс Дюбарри и Тони уже повстречались.

– Как дела, Тони? – беззаботно бросила мисс Дюбарри.

– Неплохая вечеринка, – миролюбиво откликнулся Тони.

Мисс Дюбарри прошла мимо. Очень сдержанная встреча, в современном духе, небрежная. После нее они друг друга избегали. Мисс Дюбарри была душой компании в углу, Тони – другой компании, в другом углу.

«Ага, – подумала мисс Петтигрю. – Но думают при этом друг о друге. Ведут себя напоказ. Какая жалость! Видно же, что они друг другу нравятся».

Мисс Дюбарри подошла чуть позже.

– Тони, – прошептала она.

– Я знаю, – сообщила мисс Петтигрю.

Она взглянула на мисс Дюбарри. Тони в этот момент смотрел в другую сторону, и мисс Дюбарри могла спокойно его разглядывать. На мгновение мисс Петтигрю показалось, что в ее глазах мелькнула тоска, но тут Тони повернулся, и мисс Дюбарри немедленно рассмеялась кому-то в ответ.

Мисс Петтигрю внезапно потеряла всякий интерес к окружающим ее людям. В конце концов, их она не знала, а мисс Дюбарри была ее другом. Она больше не могла чувствовать себя счастливой, зная, как страдает мисс Дюбарри.

Она осторожно отошла и выбрала себе свободный угол барной стойки. Там она нашла высокий табурет и уселась.

«Ох, – подумала она. – Надеюсь, этот молодой человек придет в себя. Было бы жаль, если бы мисс Дюбарри так и осталась несчастной. Молодость так быстро проходит».

К ней подошла мисс Лафосс.

– Джиневра, – объявила она, – это Тони, мой добрый приятель.

– Как поживаете, – сказала мисс Петтигрю.

– Как поживаете, – отозвался Тони.

– Вы поболтайте тут, – сказала мисс Лафосс и исчезла.

– Выпить? – дружелюбно предложил Тони.

– Благодарю, – сказала мисс Петтигрю, – не откажусь.

«Я уже выпила два бокала, – подумала она рассудительно, – и чувствую себя превосходно. Еще один мне не повредит, а утвердительный ответ, похоже, производит гораздо более благоприятное впечатление».

Тони посмотрел на нее оценивающе. Ему нравилось думать, что он хорошо разбирается в женщинах. Он внимательно оглядел мерцающие серьги, отметил крой платья, и принял решение.

– «Змеиный яд»?

– О… Хм. В самом деле? Впрочем, разумеется, – сказала мисс Петтигрю, слегка смущенная.

Тони вернулся со стаканом. Мисс Петтигрю одним глотком осушила его наполовину. Тони одобрительно хмыкнул.

На мгновение мисс Петтигрю показалось, что она и в самом деле приняла яд. Она замерла на своем табурете, не смея пошевелиться. В горле ее бушевало пламя. Комната качнулась у нее перед глазами. Потом зашатался и табурет. Однако вскоре окружающий мир снова успокоился. Оказалась, что комната никуда не двигалась, табурет стоял весьма прочно, а она все еще восседала на нем. Она рискнула немного повернуться, и не потеряла при этом равновесия. Мисс Петтигрю просияла.

Она чувствовала себя просто замечательно. Ее переполняла восхитительная уверенность. С презрением взирала она на свою прежнюю сущность. О, бесполезное создание! Страх! Возможно ли, что она когда-то была исполнена страха? Нет! Воинственные намерения пробуждались в ее груди. Далекий рог звал ее на битву, один на один с грозным врагом, для того лишь, чтобы, одержав победу, покрыть себя славой и доказать свою мощь. Она оглядела комнату, и в глазах ее пылал огонь войны. Найдется ли ей достойный соперник?

Тони робко стоял рядом. Похоже, что уходить он пока не собирался. Его поза пробудила в голове мисс Петтигрю неясные чувства. Потом его глаза поймали в толпе фигуру мисс Дюбарри. Мисс Петтигрю вспомнила. Очень медленно и осторожно она слезла с табурета.

– Ага! – сказала она громко. – Вы, стало быть, Тони?

Он вздрогнул.

– Ну да. К вашим услугам.

– Давно хотела с вами познакомиться.

– Очень любезно с вашей стороны.

– Нисколько. Меня всегда интересовали глупцы, вот и все.

– Что? – ахнул Тони.

– Глупцы, – повторила мисс Петтигрю.

– Это обо мне?

– Именно.

– Хм, – сказал Тони озадаченно. – Не думал, что вы меня так хорошо знаете.

– Слишком хорошо.

– Что ж так? – сказал он заинтересованно.

– Сомневаюсь, чтобы вы это поняли, – высокомерно сказала мисс Петтигрю. – У меня, знаете ли, чисто профессиональный интерес к неразумному поведению среди молодежи. Я, как видите, уже вышла из возраста, в котором обычно делают глупости, так что интерес этот не несет никаких последствий.

– А я тут при чем?

– А о вас я просто наслышана.

– Кто это вам рассказывал о моей глупости? – сказал Тони сердито.

Он помрачнел и нахмурился.

– Никто, – отрезала мисс Петтигрю. – Мои собственные выводы, на основании того, что я услышала.

– И что же это было?

– Мне недосуг вдаваться в детали, – сказала мисс Петтигрю значительно. – Просто пришла в голову мысль – как же глуп этот молодой человек, до того, что даже интересно было бы на него взглянуть. Теперь я вполне удовлетворена.

– Чем же?

– Правильностью своих выводов.

– Ничего себе! – воскликнул Тони. – С кем вы говорили? Я не потерплю, чтобы меня за глаза называли глупцом.