Порабощенные - Анна Сандэмо

– Духотень! – воскликнула я и стянула с себя толстовку, оставшись в майке. Пришлось свернуть кофту и положить ее в рюкзак. Я опомнилась и, спохватившись, начала искать нож. Если он выпал после приземления или во время полета, то это очень скверно. Но я вмиг успокоилась, обнаружив его в кармане джинсов. Видимо, рефлекторно засунула его туда. Водрузив на себя немного потяжелевший рюкзак, я направилась дальше, пытаясь разглядеть хоть какой-нибудь спуск. Только оказавшись в самом низу, я смогу прийти обратно к скале, с которой упала. По воздуху перебираться было бы куда удобнее и быстрее, но, я думаю, стая птеродактилей больше не захочет заниматься грузоперевозками. К тому же я их поблизости и не видела.

В ушах моих постоянно стоял непрекращающийся гул, который порой начинал раздражать. Как они живут в таких первобытных условиях? Здесь совершенно нечем дышать, жарко, душно, нет естественного света, шумно и вообще как-то некомфортно. Хотя я ведь человек, и подобная обстановка не подходит именно живым людям, но не баггейнам. Они же совершенно по-другому устроены, они отлично приспособлены для такой жизни. Ведь на поверхности баггейнам будет так же плохо, как и любому человеку глубоко под землей. Я все же слишком мало еще знаю об их истинной природе…

Я шла по помосту бесконечно долго, нарезая постепенно понижающиеся по спирали круги. От такого марафона я буквально вымокла. Сил оставалось слишком мало, к тому же я, кажется, была обезвожена. Как назло, я взяла все, кроме элементарной бутылки воды. Когда я взглянула в очередной раз на электронные часы, мне захотелось остановиться, чтобы просто побиться головой о стену. Уже было пять часов утра. Я продвигалась вперед со средней скоростью два часа, но, казалось, ни на метр не спустилась ниже. Какой же высоты тогда эта гора? Либо это я такая маленькая, либо тут какой-то фокус, но, я думаю, это все же связано с габаритами скалы. Я обессиленно припала спиной к едко обжигающей шершавой поверхности горы. Не было слов, чтобы описать, как я устала. Казалось, что еще чуть-чуть, и я добровольно переберусь через маленькую деревянную оградку и сброшусь в пропасть. Это было выше всякого терпения и любой выносливости. Я сползла вниз, усевшись на доски. Упершись локтями в колени, я стала придерживать тяжелую в гудящую голову. Я бы так и сидела себе дальше, если бы не услышала отдаленные голоса и шаги, которые приближались ко мне сверху. Скорей всего, это баггейны. Ну, а чего я ожидала? Наверху после падения я уже натолкнулась на какое-то существо. Нельзя же было наивно полагать, что он тут один. И куда мне прятаться? Это я не продумала. Здесь же такой узкий проход, что невозможно не заметить случайного живого человека с поверхности!

Я судорожно начала метаться, и тут мне вновь пригодился мой рюкзак. Раньше мы с мамой пробовали посещать занятия по скалолазанию, но продлилось это недолго. Я предполагала, что нам с Дианой придется выбираться из каких-нибудь заброшенных шахт, поэтому и прихватила с собой пару необходимых штучек. Несмотря на то, что мои ожидания касательно города баггейнов не оправдались, снаряжение идеально подошло для данной ситуации. Спускаться, конечно, с таким ограниченным наборчиком не получилось бы, иначе я бы давно уже воспользовалась этой возможностью, которая точно ускорила бы мой спуск. Но вот я могла на время свеситься с уступа, чтобы баггейны меня не увидели. Голоса с шагами стремительно приближались. Однако мне не стоило удивляться скорости их передвижения. Я кое-как нацепила на себя обвязку, закрепила шлямбурное оборудование, прикрыв крепление краем доски, и осторожно спустилась вниз, ловко ухватившись за динамическую веревку. Напряжение мое нарастало по мере усиления безумных голосов. Видимо, всех баггейнов объединяла поголовная дикость в голосе. Это уже было закономерностью и одновременно отличительной чертой. Я нервно дышала, лихорадочно поглядывая наверх. Когда существа спустились до моего уровня, я начала про себя молиться. По доскам, лежащим на горном выступе, стала проноситься сильная топочущаяся вибрация, словно сюда вели целого слона. Я сильно удивилась, когда от этого топота начала сильно дрожать веревка, на которой я висела. Складывалось впечатление, что здесь сейчас проходит цыганский табор с лошадьми. Сколько же их?

– Что бы этот идиот там ни втирал всем, ну не верю я, что сюда мог проникнуть человек. Это в принципе невозможно! По крайней мере, пока он жив, ха! – злостно проговорила какая-то женщина тягучим и довольно низким жестким голосом.

– Все-таки проверить стоит… Мало ли, – у второй женщины голос был более тихим и елейным.

– Только зря время потеряем! Ну не мог человек раньше нас спуститься в город! Не мог! – вспыльчиво причитала первая. – Мы сюда со всех ног неслись!

– Замолчи, – в какой-то скрытной манере прошелестела вторая женщина.

– Что?! – взбесилась ее собеседница.

– Да помолчи же ты! – не выдержала та, прикрикнув. – Чуешь? Человеком пахнет…

Первая громко принюхалась и медленно, вожделенно выдохнула, издав какой-то хищный рык.

– Вкусный живчик… Значит, прав был этот безумец. Наверное, этот человечишка испугался и бросился вниз. Что ж, если он и добрался каким-то чудом до города, то там наши его точно схватят. Далеко не уйдет все равно. Идем! Надо спешить! – нетерпеливо затрещала первая женщина. – И скинь эту свою тряпку! Она только мешает передвигаться!

– К черту, – согласилась она коварным, но дрожащим от какого-то нестерпимого чувства голосом, что-то с себя сбросив. – Я так хочу хотя бы кусочек плоти! Такого аппетитного человека я давно не чуяла.

Я сконфузилась и прыснула от отвращения, скривив театрально рожу. Какие-то две дамочки с явными наклонностями каннибалов обсуждают то, как хотят отведать меня. Господи… куда я попала? Дурдом, а не подземелье!

Когда я услышала, как топот копыт поспешно удалился, я довольно неуклюже выбралась обратно наверх, туда, где еще недавно стояли эти две сумасшедшие. Передо мной лежал громоздкий старомодного вида плотный черный плащ с широким капюшоном. Я подняла его – он оказался довольно тяжелым, словно я взяла в руки толстую кольчугу. Полбеды, что он был неподъемным, так от этой тряпки воняло так, что я готова была расплакаться. У меня и вправду начало резать в глазах, когда я поднесла вещь поближе. Разило чем-то вроде очень концентрированного козьего помета в сочетании с запахом тухлых яиц. По-моему, эти барышни явно не знали о прекрасном слове – гигиена.

– Что за смрад?! – отбросив плащ в сторону, зажала я рукой нос и отвернулась. – Ох, черт… А!

Когда я отдышалась и подавила позыв к рвоте, я вновь брезгливо взглянула на плащ. Я знала, что я очень не хочу этого делать и что в другой ситуации я не сделала бы этого никогда, но это был единственный способ не попасться в руки баггейнам, когда я спущусь вниз. Да, эта мысль зародилась во мне сразу, но я не хотела признавать ее, так как просто не представляла, как я смогу пережить близость подобного амбре. Зловоние Вадима показалось мне ароматом свежих роз по сравнению с этой тряпкой.

– Господи, ну зачем ты создал их такими вонючками? – чуть ли не плача, стала ворчать я на Бога, постепенно приближаясь к плащу.