Снафф - Чак Паланик

— Один опрометчивый шаг, — говорит номер 137, — может испортить тебе всю жизнь…

Он спрашивает, видел ли я такой фильм, «Три дня кондома». Он говорит:

— Этот фильм оплатил мне машину. Долг по кредитной карте остался, но мне не пришлось отдавать машину.

Он не думал, что этот фильм кто-то увидит. В то время он глухо сидел без работы. И только спустя десять лет у него случился великий прорыв. Роль в сериале «Дэн Баньян, частный детектив».

Но тот фильм про гондон, с тех пор он висел над ним, словно дамоклов меч.

— Сняться в гейском гэнг-бэнге — на такое пойдешь только от окончательной безысходности, — говорит он, махнув рукой, и обводит взглядом помещение. — Каждый из нас В этой комнате, и ты сам, и все остальные… не важно, что ты будешь делать там, наверху… скажешь Касси Райт, что ты ее любишь, или трахнешь ее, или сделаешь и то и другое… потом можешь не ждать, что когда-нибудь тебя пригласят заседать в Верховном суде.

Он говорит, съемки в порно — это такая работа, за которую берешься, когда никаких других надежд уже не остается.

Дэн Баньян говорит, что половина парней, собравшихся здесь сегодня, — они пришли по совету своих агентов, чтобы «засветиться» на этом проекте. Все, кто причастен к порноиндустрии, все ждут, что сегодня Касси Райт умрет, и для актеров, которые были участниками событий, это вроде как станет хорошим трамплином для начала карьеры. Ну или для продолжения забуксовавшей карьеры.

— Только между нами, малыш, — говорит Дэн Баньян и показывает на меня, а потом на себя, — когда твой агент отправляет тебя трахать мертвую женщину, это значит, что твою карьеру уже можно спускать в унитаз.

Чуть в стороне от нас мистер Бакарди жмет пальцами себе на живот и говорит:

— Может быть, если как следует подкачать ноги…

Он подносит к лицу растопыренные ладони, смотрит на них, поворачивает тыльной стороной вверх. Смотрит и говорит:

— Сейчас в каждом салоне можно сделать микродермабразию, чтобы кожа снова была молодой.

Оттянув кожу над тазовой костью, он говорит:

— Может быть, стоит подумать о липосакции. Об имплантации икроножных мышц. И пекторальных мышц тоже…

Дэн Баньян поднимает своего пса, смотрит в его пуговичные глаза и говорит:

— С собой всегда можно договориться.

На телеэкранах вверху — сцена, в которой мистер Бакарди вставляет моей маме сзади. При каждом толчке его дряблые, отвисшие яйца пожилого коня раскачиваются и бьются о выбритую полосу кожи между влагалищем и анальным отверстием моей мамы. Об эту ничейную землю. О нейтральную полосу.

Парень, который был Дэном Баньяном, он говорит, что единственный способ вытерпеть съемки в гейском гэнг-бэнге, когда толпа мужиков поочередно протягивает тебя в зад, — это расслабиться. По-настоящему. Дыши глубже, расслабься. Забудь о том, как тебя приучали в горшку. Представляй себе милые картинки с котятами и щенками. Он говорит, ты стоишь на коленях на краю кровати, а к тебе подходят пять здоровенных парней и заправляют тебе в карий глаз, по несколько фрикций каждый. Эти пятеро поочередно спускают тебе на спину. Потом подходят еще пятеро парней. И еще, и еще. На самом деле он не считал, сколько их было. Сначала начал считать, а потом сбился со счета. Он принял неслабую дозу кетамина, и это ему помогло.

Моя мама, там, наверху, за этой запертой дверью, под светом ярких прожекторов.

Дэн Баньян снова глядит в потолок и смеется.

Он говорит:

— Это не так романтично, как кажется.

Он говорит, что даже теперь, по прошествии стольких лет — засунь ему что-нибудь в задницу, и он с ходу определит, что это было. «Trojan» или «Sheik». Резина, латекс или шкурка ягненка. Не глядя, лишь по тактильному ощущению, он сможет назвать даже цвет презерватива.

— Я мог бы работать экспертом для подтверждения качества продукции, — говорит Дэн Баньян. — Мог бы давать представления «Экстрасенс, чующий жопой»…

Он говорит, что подъемник — это такой специальный человек в команде, снимающей порно, который отвечает за восстановление сил актеров-мужчин. Который отсасывает у них или дрочит, чтобы у них встало перед съемкой.

Не знаю.

— Но самый смех в том, — говорит Дэн Баньян, — что большинство тех парней, которые снимались со мной в этом фильме, были стопроцентными натуралами. Просто они тоже нуждались в деньгах.

Он говорит, что когда он об этом узнал, такое внимание ему не польстило ни разу.

На телеэкранах вверху моя мама кладет в рот огромные фальшивые бриллианты. Лижет их и сосет. Ее губы и бритая щелка в этом фильме — они совсем не похожи на те, которые спрятаны у меня дома. Они совсем не такие, как те, что я выписывал по Интернету.

Мистер Бакарди смотрит себе под ноги, качает головой и говорит:

— Кого я обманываю?

Он смотрит на свои ноги, только глаза у него закрыты. Смотрит с закрытыми глазами и говорит:

— Я растратил впустую бесценный дар жизни. Прикрывая закрытые глаза ладонью, он говорит:

— Да, бесценный дар жизни. А я так бездарно им распорядился. Просто-напросто вылил в помойную яму, вместе со струями спермача.

Дэн Баньян оборачивается к нему и говорит:

— Господи! Да перестаньте уже рыдать. Тоже мне, Элизабет Кюблер-Росс![5]

Когда он был в моем возрасте, говорит Дэн Баньян, он смотрел «Шлюха идет на войну: Первая мировая», и, может быть, даже видел мое зачатие, но сейчас речь не о том. Он смотрел фильм, смотрел, как Касси Райт принимает сначала французского солдата, потом — немецкого солдата, потом — американского пехотинца, и думал: «Черт, я тоже хочу стать таким же востребованным и известным…» Но на всех кинопробах он был просто еще одним молодым человеком среди тысяч таких же. На пробах для телерекламы. Для полнометражных художественных кинофильмов. Ему не перезвонили ни разу. Ему еще не исполнилось и двадцати одного года, а агенты по кастингу уже говорили, что он несколько староват. Что ему оставалось? Только одно: взять билет на автобус и вернуться домой в Оклахому.

Дэн Баньян открывает свой пузырек с таблетками и вытряхивает на ладонь одну штучку. Смотрит на нее и говорит:

— Мой агент считает, что если я засвечусь в этом проекте, это докажет, что я натурал. Ну или скрытый натур ал. Как минимум бисексуал.

Дэн Баньян смотрит на голубую таблетку у себя на ладони. Его лоб — темно-красного цвета. На лбу вздулись вены. Его лицо напоминает сырой мясной фарш. Под кожей пульсируют и извиваются вены.

У его агента уже готов пресс-релиз — дожидается своего часа. Заголовок крупными буквами: «Дэн Баньян снова на высоте!» В самой статье говорится о недавней трагической смерти одной из американских порнозвезд первой величины. Но большая часть пресс-релиза посвящена официальному заявлению Дэна Баньяна, который категорически отрицает все слухи о том, что в трагической гибели моей мамы виноват его мощный железобетонный стояк и неудержимый животный темперамент.