Слева от солнца - Олег Раин

— Ге-ена! — тоненько протянул Степчик. — Слыхал. Мишань? У нас Гена тут объявился. Гена-Геночка…

— Пошли, — Варя все настойчивее тянула Генку.

— Штиблеты не забудь, Генаша! — детина с майкой в руках громко заржал.

Варя сама подхватила с земли Генкины сандалеты.

— Пошли, Ген, не связывайся.

— Иду… — он наклонился, чтобы забрать авоську.

— Спокуха! — Степчик остановил его движением руки, хозяйственно заглянул в сумку. — Что там у нас? Ого, сахарок! Нормально!

— Совсем сдурел? — Варя подскочила к детине, попыталась вырвать авоську, но силой ей было с ним не сравниться. Генка же продолжал столбом стоять на месте и лихорадочно искать выход. Ничего не придумывалось. О честной потасовке он и не мечтал, — поломали бы как прутик. Если бы хоть каменюку какую-нибудь, но кроме шишек под ногами ничего не валялось.

— А если я заявлю в милицию! — все-таки брякнул он. — Не боитесь?

— Чё?! — удивился Степчик. — В ментовку? Да ты у меня раньше в пруд полетишь. Сявка мозглявая!

Он шагнул к Генке, и парнишка невольно отпрянул. Упоминание о пруде парнишку всерьез напугало.

— В ментовку он заявит!.. На, фуфел, лови свое барахло!

Авоська полетела Генке в руки.

— А сахар?

— Сахарок, извини, мы сами любим. Так что гуляй, фуфел! И радуйся, что цел…

На негнущихся ногах Генка двинулся следом за Варей. Разгром и унижение были полными. Лицо его горело, мысли плавились от ярости, но поделать он ничего не мог. Во всяком случае, пока…

* * *

С тропки они выбрались на дорогу, и ноги заскользили в бархатной пыли.

— Вот уроды! — распалял себя Генка. — Ничего! Я им это припомню…

— Да ладно тебе! Это же Степчик с Мишаней. Они у нас тут давно колобродят. И никого не боятся. Разве что Огорода.

— Какого Огорода?

— Сосед наш — Валера Огородников.

— Он случайно не водитель грузовика?

— А ты его откуда знаешь?

— Подвозил меня сегодня от станции.

— С ним вообще-то опасно ездить. Он же лихач! Гоняет, как сумасшедший.

— А милиция?

— Милиция далеко. Ближайший телефон — на станции, оттуда и надо звонить. А кто пойдет в такую даль!

— Зачем же ходить… — Генка потянулся в карман за мобильным, но тут же поморщился. — Ну да, вы же тут вне зоны покрытия.

Зашуршали кусты, на свет божий выбрался Юрашка. Вид у него был как у побитой собаки, в глазах поблескивала влага.

— Ничего, что я убежал? — слезливо пропищал он.

— Конечно, ничего, — Варя распахнула руки. — Иди сюда, богатырь!

— Я не богатырь. — Юрашка бросился к ней, прижался лицом. — Я струсил.

— Ты маленький, а они большие.

— Они дураки!

— Они — хуже. Поэтому не реви, ясно?

Юрашкина голова согласно дернулась, в запрокинутом лице тут же сверкнула радость. Все равно как отсвет на дне колодца.

— Зато я муравейник нашел! Чуть даже не налетел на него. Я им соломинку сунул, а потом облизнул. Кисленькая! Я сразу и плакать перестал.

— Вот и молодец, что перестал!

— Ну да, я же уже большой! И часы у меня есть…

Глядя на малыша, Генка ощутил легкую зависть. Хорошо все-таки детям! Можно биться об заклад, что уже к вечеру Юрашка напрочь забудет о сегодняшнем эпизоде. И снова будет счастливым. Несмотря на отсутствие родителей, нищету и полную неопределенность будущего. Сам Генка нищим себя бы не назвал. Однако и счастливым назвать тоже не мог. Вот и этих двух обормотов он будет помнить долго. И Окулиста с участковым, и злосчастный пруд, и свое постыдное бегство.

Он хотел было брякнуть словцо покрепче, но в этот момент глаза его опустились к ногам Вари, и он поперхнулся. Теперь, когда она шагала рядом с ним, стало отчетливо видно, что левая нога у девочки заметно короче. Оттого и двигалась Варя, чуть прихрамывая, стараясь ступать на пальцы больной ноги. Генка снова отвернулся…

Издалека накатило рокотом, и сдвоенно громыхнул гром. Посмотрев вверх, ребята ахнули. Еще недавно чистое небо стремительно заволакивали тучи. Одна из наиболее темных и шустрых, словно пиратская шхуна, на всех парусах торопилась к солнцу. И ясно было, что именно ее пушки постреливают по сторонам, а вскоре добавят к грохоту водной картечи.

— По-моему, сейчас польет!

— Или даже град вдарит, — испуганно предположил Юрашка.

— Очень может быть, — кивнула Варя. — У нас тут на прошлой неделе так же было: сначала чисто и тихо, а потом вдруг как началось! И град брызнул — аж с голубиное яйцо! Юрашке вон по затылку попало.

— Тогда побежали? — предложил Генка.

— Побежали! — завопил Юрашка, и все трое помчались по дороге. Насчет града они, по счастью, ошиблись, а вот с дождем туча их не обманула. Видя, что троица убегает, небесные пираты выдали еще один залп, и первые капли немедленно ударили по земле.

— Ой, вымокнем! — крикнула Варя.

— Не мы одни! — Генка на бегу рассмеялся. — Эти упыри тоже вымокнут. Хоть дождик за нас отомстит!

— Ура! — заблажил Юрашка. — А еще гром по ним вдарит! По всем их бутылкам!

— Да уж, пикничок у них точно сорвется… — Варя перешла на шаг. — Слушайте! Вроде и не капает уже. Неужели кончился?

— И ничего не кончился, — Юрашка указал пальцем назад.

Он был прав. Дождь вовсю полосовал лесную листву, мял и полоскал кустарник. Стена дождя вставала всего-то шагах в сорока от компании и, судя по всему, продолжала свое неукротимое движение.

— Пожалуй, мы зря остановилась…

Они вновь припустили бегом.

— Капнуло! — заверещал Юрашка. На плечи капнуло!

Генка тоже ощутил прямое попадание. Туча шла по пятам, как в детской игре в ляпы. То отставала, то вновь настигала. А вот тем двоим у пруда, видимо, досталось по полной программе. Лес даже стал серым, потонув в хлещущих струях…

— Радуга! — крикнул Юрашка и вскинул над собой руку. Прямо как коромысло!

Все трое остановились, и Генка второй раз за день испытал нечто похожее на восторг. Правда, на коромысло радуга, по его мнению, как раз не походила. Но в месте, где она прорастала из леса, сочными разноцветными бивнями возносясь к небесам, казалось, и земля сама должна моментально перекраситься. Конечно, иллюзия, но какая!..

— Первый раз вижу, — признался он.

— Первый? — изумилась Варя.

— Ага. То есть, на снимках и в интернете много раз видел, а вот чтобы так — вживую…

— А я раз сто уже видел! — похвастал Юрашка. — Даже тысячу!