Желание исчезнуть - Константин Куприянов

– Ну ладно, Катюх. Ты уж извини, если перегнул. Кузьма попросил тебе оказать «максимальное содействие», понимаешь, вот я и…

– Понимаю, спасибо!

Он подошёл к ней, пытаясь обнять и поцеловать в щёку, но девушка отпрянула уже с настоящим испугом. Стрельцов с любопытством глядел на них, но в этот момент официант принёс кофе, закрыв от него парочку, и спросил, хочет ли он заказать еды.

– Нет-нет, спасибо, вот, – Стрельцов кинул на стол две сотни и поднялся. За эти несколько секунд парень куда-то подевался, а девушка шла прочь от кафе.

Стрельцов поспешил за ней.

– Простите, – сказал он, – простите! Постойте, пожалуйста!

– А? Да? – девушка глядела на него затравленно.

– Извините, я случайно услышал часть вашего интервью с тем парнем.

– А, это, – она покраснела. – Да не берите в голову.

– Нет, вы не понимаете, я сам оттуда.

– Оттуда?

– Да. Я слышал, вы говорили про Кузьму.

Девушка часто водила по волосам рукой и смотрела не вполне сфокусированным взглядом, но постепенно её глаза остановились на его лице и стали смотреть в него осмысленно, будто узнавая что-то. Она приходила в себя.

– Да, мы говорили про Кузьму, – признала она.

– Я служил там же, на той войне. Я приехал вчера, чтобы найти его. Можете мне рассказать немного о нём?

– Вот как, – Катя слабо улыбнулась.

– Да, я собираюсь с ним скоро встретиться, – Стрельцов поспешил улыбнуться в ответ. – Кстати, меня зовут Артём.

– Очень приятно, а я Катя.

– Рад познакомиться.

– Пойдёмте чуть дальше, я не хочу, чтобы он нас увидел.

– Хорошо.

Они свернули в проулок, ушли подальше от кафе. Внезапно Стрельцов почувствовал, что за ними кто-то наблюдает, но решил не подавать виду. Может быть, просто паранойя из-за слов Марины?..

– Хороший мальчик, – сказала тем временем Катя, убедившись, что вокруг никого нет, – но явно с приветом. Рассказывает с наслаждением практически, как убивал, сжигал, калечил, понимаете? Я надеюсь, вы не такой? Вы выглядите нормальным.

– Я нормальный, – улыбнулся Стрельцов. Про себя он добавил: «Мне иногда кажется, что я умер на той войне и мне всё это снится, но в остальном я полностью нормальный».

– Я не совсем делаю интервью. Я пишу книгу. Точнее, хотела написать… Книгу-диссертацию. Но это, оказывается, тяжелее, чем я думала. Эти люди …

– А что с ним не так? – осторожно спросил Стрельцов, когда они прошагали ещё немного.

– Нет-нет, не подумайте. Я с уважением отношусь к вашей службе, к вашему… подвигу. Но этот Никита. Чёрт, я не ожидала такого! У него ведь явно проблемы. А Кузьма мне сказал, что это «его парень». Что же думать?

– Что он имел в виду? – Стрельцов изобразил удивление.

– Как я поняла, Кузьма тут собрал целый отряд. Никита сказал, они тут будут… «наводить порядок». Так и сказал. Мол, кавказцы у них тут распоясались, и Кузьме это не нравится. Я заметила вчера, когда только приехала, что он их недолюбливает. Ну, недолюбливает и ладно – мало ли. Но это не похоже на то, как обычно люди говорят… Они что-то собираются совершить.

Стрельцов удивлённо посмотрел на неё.

– Вы не затем приехали, чтобы к нему присоединиться? – испуганно спросила Катя.

– Нет-нет. Я просто хотел отдохнуть, тут же море, санаторий известный.

– А, ну да, санаторий, – растерянно подтвердила девушка. Стрельцову нравилось бродить глазами по её худым плечам и ключице, пока она впадала в задумчивость. Но когда она возвращалась к нему и снова взглядывала с осмысленным удивлением, как ребёнок, он отрывал взгляд от её ароматно пахнущего тела и упирался в глаза.

Катя смущённо улыбнулась и снова принялась поправлять волосы.

– Как тебе сам Кузьма?

– Интересный человек. Немного странный. Мне нужна ещё хотя бы пара встреч, чтобы раскрыть его. Я вчера слишком резко оборвала интервью… Он мог обидеться, но я почувствовала, что он начинает говорить какими-то лозунгами и мы уходим от событий.

Стрельцов понимающе кивнул.

– Не напугал тебя? Я слышал тут от одного человека, что он страшный?

– Мне показалось, что он хочет позаботиться обо мне. Но этот Никита… напугал изрядно. А ведь Кузьма хотел, чтобы он защищал меня.

– Защищал? От кого?

– Сама не знаю, – Катя раздражённо вздёрнула головой. – Что-то взбрело ему в голову, что мне нужна защита. Я отказалась. Мне нужна только информация.

– Ты знаешь, что за голову таких людей, как Кузьма, назначена награда?

– Украми?

– Да.

Повисла пауза. Из девушки сочился страх, смешанный со странным возбуждением. Может, ей нравится быть вовлечённой в насилие, подумал Стрельцов.

– Я не знала, что все они соберутся в одном месте и он станет их «командиром».

– Сколько их?

– По-моему, пятеро. Но герой там только Кузьма.

– На войне все герои, – поправил Стрельцов. – Даже такие, как я, кто контракт отрабатывал, хорошие деньги получал. Попробуй для начала вернуться живым. Ты туда ездила?

– Ещё нет…

– Может, ты вообще хотела написать книжку, не заезжая туда? – спросил он, немного хмурясь.

– Я не…

Стрельцов поднял палец. Что-то живое шелохнулось в тени подъезда дома, стоявшего в конце переулка. В этот раз он был уверен. Чей-то взгляд всё это время следил за ними.

– Надо уйти отсюда, – голос Стрельцова изменился, стал холодным и сосредоточенным. – Надо поговорить в другом месте. Возможно, кто-то наблюдает за нами.

– Наблюдает?

– Да, – он взял её за руку и повёл за собой. Она было возразила, но Стрельцов снова вычерпнул из прошлого грозный взгляд, не терпящий возражений, и вынудил её последовать его приказу молча. Они быстро шли вверх по переулку, Катя поминутно оборачивалась.

– Откуда ты знаешь? – спросила она.

Стрельцов промолчал. Чутьё редко подводило его. Это был такой же инструмент на войне, как нож или винтовка, или спирт – как всё, что врастает в солдата, чтобы сохранить жизнь и приспособить к исполнению задачи, тогда как лишнее отмирает очень быстро.

В переулке не было ни людей, ни движущихся машин. Солнце припекало, заливая ярким белым светом асфальт и виднеющийся далеко внизу кусок набережной. Природа и посёлок выглядели безмятежными. Не играла музыка, не смеялись на пляже или во дворах дети. Но Стрельцов был убеждён, что тишина обманывает его и, прыгая зигзагами меж теней, их кто-то преследует. Он ощущал на своём лице взгляд, чуял, что на них смотрят. Чутьё сотню раз за прошедшие два года спасало ему шкуру. Укры работают неплохо, и если в посёлок за ними приехал настоящий профессионал, то он умеет многое из того, что умеет и сам Стрельцов. Нельзя полагаться на авось.