Ого, индиго! - Наталья Кулагина

Старичок показал рукой на собственное сердце – ледяной комочек в груди.

– Секс для Индиго, как рыба фугу для японца. Связь с «чужим» человеком «без любви» может надолго «выключить» Индиго из Игры. (Под маской «вечного любовника» может скрываться лазутчик, который приходит в жизнь Индиго с единственной целью – убить. – Старичок чудом не добавил: «И мы этим, конечно же, пользуемся». Это и так было ясно. – Но, несмотря на смертельную опасность, секс для Индиго остается озарением, таинством, волшебством. Это лучшая игрушка Индиго. Любовь – единственная возможность для Индиго почувствовать себя самими собой.

Старичок покивал головой и хлопнул ладонью по дубовому столу. Раздался характерный щелчок, словно только что убили комара. «Убить Индиго».

– А дальше? – пискнул Майкин голосок, а сама Майка, словно мышка, юркнула под одеяло.

– Дальше... дальше... – мечтательно пропела Динка.

– Фея Алеша была очень смелой девочкой. Она кружилась в невидимом танце над Землей, как снежинка. Но однажды пришла беда. Она кружилась, кружилась и потеряла свою волшебную сумку, в которой были собраны самые важные вещи на свете. Волшебный фонарик, звездочка, помадка и все остальное разлетелось в разные стороны. Фея опустилась на землю и расплакалась. Ведь без этих вещей и сумочки она не могла вернуться домой.

– Я так хочу увидеть одну хоть самую маленькую фею! Почему я их не вижу?

– Они очень пугливы! Как только ты услышишь их смех, шепот, шуршание их юбок и поднимаешь на них глаза – они превращаются в стол, стул или ковер. Они умеют быть невидимыми. Но на них не надо сердиться.

– Почему?

– Во-первых, несмотря на юные лица, все они в преклонном возрасте. С этим нужно считаться. А во-вторых, несмотря на то, что их мало кто видит, они помогают людям. А без них ничего не получилось бы.

* * *

Наконец Майка заснула. Динка поправила одеяло с большими желтыми бабочками на синем фоне, посмотрела в глаза старому плюшевому псу – нелепому еще при рождении, лет так двадцать назад, – бархатный, синий, с оранжевыми ушами и грудью. Динка обратила внимание, с какой игрушкой в обнимку спала Майка сегодня. Игрушкой дня оказался белек. «Хороший выбор. Тюлень толстый и добрый!». Рядом с Майкой Динка испытывала космические состояния полета, будто проваливалась в тоннель, ведущий в бесконечность. Но на этот раз Дина приняла стратегическое решение не проваливаться в четвертое измерение, а выйти на кухню, убедить маму в своей адекватности и взять испытательный срок для настоящей жизни. Она вновь появилась на кухне – строгая, подтянутая, будто и не было минутного сомнения в собственных силах. Мама смотрела на Динку как на большого ребенка и не верила ни одному ее слову.

– Я устроюсь на работу. Я хорошо пою, великолепно танцую, обладаю актерскими данными и уникальными организационными способностями.

– Такой алмаз должен принадлежать народу.

– Мама, прости, но я бы хотела, чтобы ты верила в меня. Тебе не привыкать. Ты верила всегда, даже тогда, когда верить было невозможно.

– Верить было проще.

– Ты верила в то, что куклы живые. Верила, что плюшевые медведи устраивают ночные танцы и большой бардак. Что однажды мне признался в любви Юрий Гагарин. Что по ночам люди могут свободно общаться друг с другом без телефона, даже если они живут в разных городах и не знают друг друга.

– Верила, верила. Что на свете живет настоящая фея. Она появляется по ночам и исполняет мечты. В темноте по дому бродит настоящий гном. Он ворует рассказанные хорошие сны. Эльф готов кружиться в танце всю ночь, до тех пор, пока не протрет дырочки на своих башмачках.

– Верила, что я выбрала тебя из тысяч мам. Упала звездочкой тебе в ладошку. И самое интересное, это правда! Все так и есть, мама! Не сомневайся!

– Девочка моя! Фантазерка! Но я – мама! Я должна волноваться. Игорь – хороший человек. Тактичный, воспитанный, вежливый. С ним приятно выйти, приятно под руку пройтись. А это, согласись, в наше время – редкость.

– Не дурак, не хам. Вкус у него есть. Чистый всегда, аккуратный. Пахнет хорошо. Обыкновенный, слегка потрепанный жизнью принц.

– А тебе все идеал подавай! Нет идеала. А тебя, такую не–опытную, обмануть вообще ничего не стоит. Ты за всю жизнь заработала только сто рублей! В детстве ходила по домам Снегурочкой. Ты думаешь, этого опыта хватит, чтобы прокормить семью? А Игорь – прав! Поживешь – увидишь, что такое настоящая жизнь. Дурить меньше будешь! – Мама оказалась «Крепким орешком-8» и верить Динке категорически отказывалась.

После многочасовой лекции старичок сохранял изумительную ясность ума. Глаза – голубые озера под толщей льда. Седые льняные кудри спадали на точеное восковое лицо.

– У Индиго любопытное отношение к смерти. С раннего детства, с тех самых пор, как они осознают, что «они не такие, как все», они интуитивно стремятся вернуться домой, а свое присутствие на Земле считают неким жертвоприношением, профессиональной честью. Эти семена диковинных цветов, прилетевшие на холодную планету, должны выжить любой ценой. Смерть для Индиго – сон, переход в иную реальность, в вечность, туда, где их ждут и любят такие же прекрасные сущности. Индиго скучает по дому – особенно в ту минуту, когда понимает, в какую переделку он все-таки попал. Жизнь на Земле в теле землянина – серьезное испытание для воинов света, а выдержать это испытание дано не каждому.

Старичок поправил хрустящие манжеты. Они действительно не пачкались и не мялись, сохраняя удивительную свежесть.

– Индиго – коконы фантастических бабочек, наполненные любовью и счастьем. Словно шелкопряды, они плетут свою нить, сказку, историю, заряжая энергией окружающее пространство. Они тянут свою нить с Земли до неба, туда и обратно. Ткут невидимое золотое полотно. Оно поможет Земле перейти в следующее измерение. На волшебном веретене сердца они плетут нить судьбы из собственных ощущений, чувств, эмоций. Смерть для Индиго – временная остановка в пути. Они уходят, чтобы вернуться в любой удобный день, под любой удобной легендой. Индиго не умирают – это самая большая тайна на Земле.

Старичок потер идеальные руки хирурга, взявшего в руки скальпель и занесшего его над Индиго, чтобы сделать контрольный надрез.

С утра Динка заняла стратегическую позицию в кафе. На белом столике в вазе из тонкого стекла стоял цветок ирис. В этом царстве гламура девушка с газетами «Ищу работу», «Из рук в руки», «Работа для Вас» навевала тревожную скуку. В гламурном мире не могло быть подобных проблем. Вскоре в кафе ворвалась – ветер, шторм, ураган, цунами – Ксюха – подруга, начинающая фотомодель, красавица. Дина оторвалась от забавного чтения объявлений про продажу ручных хорьков и с гордостью посмотрела на подругу. Ксюха скрывалась за копной рыжих кудрей, сверкала веселыми васильковыми глазами и кружилась в шифоновом черном в белый горох платье.

Дина заказала мега-капуччино, Ксюша – фирменный молочно-шоколадный коктейль. После суперновости – ДИНА УШЛА ОТ МУЖА – Ксюха долго молчала, прикидывала Динкины шансы «остаться в живых» и смотрела на Динку как на тяжелобольного человека, которому врачи вынесли суровый приговор.