Горькая радость - Колин Маккалоу

— Вам известно, что ей не нравится быть сиделкой?

— Да, — ответила Эдда, слегка вздохнув.

— У нее опять проблемы?

— Пока нет, но если не найти к ней правильного подхода, они обязательно появятся. Я хочу сказать, что мы, сестры, должны помочь ей в весьма затруднительном положении, — сказала Эдда, тщательно подбирая слова. — Наша мачеха имеет весьма твердые убеждения — исходя из самых благих намерений, конечно, — а в сложившейся ситуации мы бы хотели все выяснить заранее, а потом уже сообщить ей. Видите ли, Грейс встретила молодого человека, за которого намерена выйти замуж, но, к сожалению, он не местный житель и к тому же коммивояжер. Работает у «Перкинса», вполне респектабельный, но мы хотим знать о нем больше. Разговор за чаем у нас в коттедже будет идеальным вариантом.

— Считайте, что разрешение получено, — сказала старшая медсестра, уяснив причину сложностей, возникающих при общении с Грейс. — Я предупрежу сестру Бейнбридж.

— Какая разумная девушка, эта Латимер! — сказала ей старшая медсестра за ужином. — Сама пришла ко мне и попросила разрешения. Конечно, сиделок надо держать в страхе божием, но мы же тоже живые люди. Какая умница! Ни одного дурного слова в адрес Мод Латимер, но я и без того все поняла. Ясное дело, этот парень придется Мод не по вкусу. Мы должны помочь им, Марджори, в крайнем случае как-то повлиять на пастора. Наш повар сможет испечь булочки и сделать крем?

Проведя два часа в компании Бера Ольсена, сестры примирились с крутым поворотом в судьбе Грейс и перестали волноваться относительно ее будущего благополучия. То, что он ее любит, было вполне очевидно, и к тому же — что не менее важно — парень не был заурядным коммивояжером без всяких перспектив. Он работал у «Перкинса», считался лучшим продавцом в Австралии, уверенно поднимался по карьерной лестнице, имел две тысячи фунтов на счету и друзей в высшем руководстве компании. С таким багажом, да еще непьющий — вполне подходящий муж для Грейс. Таков был вывод, сделанный сестрами после подробной беседы с претендентом.

— Я собираюсь поездить еще лет пять, — начал объяснять Бер, отдав должное булочкам с джемом и сливочным кремом, испеченным по распоряжению старшей медсестры — потрясающее великодушие! Возможно, под ледяной броней скрывается живой человек? — Мне бы не хотелось отрывать Грейс от семьи, поэтому я планирую осесть в Корунде. Я присмотрел отличный дом на Трелони-уэй с водопроводом и канализацией. Мне уступают его за тысячу сто фунтов наличными.

— Хорошая цена за дом со всеми удобствами, — заметила Эдда.

— Да и сам дом неплохой, ей-богу! Крыша покрыта толем, внутри штукатурка и санузел раздельный. Полы эвкалиптовые, окна большие и на них можно приладить москитную сетку.

— Все это замечательно, — согласилась Эдда. — А что с мебелью? Сколько там комнат?

— Там три спальни, и после покупки дома у меня еще останется куча денег, чтобы Грейс могла купить мебель по своему вкусу, — заверил Эдду Бер, полный решимости успешно пройти собеседование и заполучить свою ненаглядную Грейс.

Та внимательно слушала, не произнося ни слова. Боится, наверное, решил Бер. Он заметил, что сестры подтрунивают над его невестой.

— Еще один плюс — по Трелони-уэй ездит развозчик льда, так что Грейс сможет завести погреб. Это очень важно, когда в доме есть детишки.

Детишки? В Бера впились три пары глаз.

— Надеюсь, вы будете соизмерять количество детей с возможностью дать им хорошее образование, — грозно произнесла Тафтс.

— Уж мои-то дети будут образованными, можете быть уверены, — торжественно пообещал Бер.

Грейс пошла его провожать, оставив сестер наедине с реальностью.

— Мама ни за что не благословит этот союз, — печально произнесла Китти.

— Ерунда! — отрезала Эдда. — Надо просто ее нейтрализовать, то есть действовать через отца. Мод в первую голову волнует положение жениха, и она будет пыхтеть именно по этому поводу. Поэтому мы должны представить его в наиболее выгодном свете: солидный служащий «Перкинса», а не какой-нибудь сомнительный тип, торгующий шарлатанскими снадобьями и женским нижним бельем. Короче, надо максимально приукрасить Бера, и в этом нам должен помочь наш папочка. Во всяком случае, Бер не итальяшка, и в нем нет ничего от пресловутого «комми». Вид у него респектабельный, да и поведение тоже. Он водит новенький «форд», и в банке на него смотрят с уважением. Я лично считаю, что Грейс сделала удачный выбор.

— Согласна, — отозвалась Китти. — И я постараюсь втолковать это маме.

— Я тоже, — поддержала ее Тафтс. — Бер идеально подходит для Грейс. Они ведь встретились в паровозном депо и вместе обмирали там от восторга. Неплохое совпадение. Их дети будут грызть уголь и гудеть, как паровозы.

— Ну и что в этом плохого? — спросила Грейс, входя в комнату.

— Ничего, дорогая, — успокоила ее Китти. — Так как мы будем праздновать свадьбу?

— Я не хочу никакой свадьбы, — решительно заявила Грейс. — Нет, конечно, я не возражаю против белого платья и букета, но только без всех этих торжеств и глупых речей. У Бера нет родственников и близких друзей, чтобы заполнить половину церкви, и он будет этого стесняться. Папочка обвенчает нас без шума, а потом мы вместе с Бером поедем по его обычному маршруту.

Грейс была так переполнена счастьем, что ее не страшили никакие Мод.

Все четверо согласились, что о свадьбе Грейс преподобному Латимеру с супругой сообщит Эдда, причем сделает это в свой первый же выходной.

Чета Латимер была несколько удивлена ее визитом, но, не подав виду, пригласила Эдду к обеду.

— Не понимаю, что хорошего быть сиделкой, — с ходу заявила Мод.

Инстинкт самосохранения подсказывал ей, что с Эддой надо быть осторожнее. Теперь она вряд ли стерпит пренебрежительный тон и саркастические замечания. Перед ней была самостоятельная молодая женщина, полностью уверенная в себе. Мод стало как-то не по себе — она вдруг поняла, что, набравшись в больнице жизненного опыта, девушки больше не станут плясать под ее дудку. Теперь они решительны, сильны духом и способны вызывать восхищение. А все эти качества Мод привыкла относить только к своей персоне.

— Это дает возможность приносить реальную пользу, — ответила Эдда.

Она наслаждалась домашней едой, так не похожей на больничную.

— Как вашей поварихе удается так вкусно готовить? Пастуший пирог просто божественный, не то что у нас в больнице.

— Понятия не имею, — надменно заявила Мод. — Я лишь составляю меню на неделю.

— То же самое делает и наша сестра-хозяйка, но результаты совершенно разные.

Эдда поймала взгляд отца и более его не отпускала.

— Грейс так и не стала хорошей сиделкой. Ей не нравится это занятие.

— Ха! Чему тут удивляться? — фыркнула Мод. — Твоя сестрица классическая неудачница.