Я ненавижу свою шею - Нора Эфрон

— Это очень дорого. И потом, если мы разведемся, мне будет ужасно неудобно, что ты потратил столько денег, чтобы свозить меня в Африку.

— Не говори ерунду, — ответил муж. — Я люблю тебя, а ты меня, и мы не собираемся разводиться. Но даже если разведемся, ты — единственный человек, с кем я хочу поехать в Африку. Едем, и точка.

И мы поехали. Поездка была замечательная. А когда мы вернулись, я сказала мужу, что хочу развестись.

— Но я же тебя в Африку свозил! — удивился он.

Нарочно не придумаешь

Я пишу статью о женщине, которую уволили с должности президента колледжа Беннингтона. Я прочла о ней в New York Times: она и ее муж, вице-президент того же колледжа, лишились работы из-за того, что не побоялись выступить против сроков назначения на те или иные университетские посты. Я подозреваю, что на самом деле сроки назначения ни при чем, но об истинной причине увольнения знать не знаю. Я еду в колледж Беннингтона и выясняю, что на самом деле ту женщину сняли с должности, потому что у нее был роман с профессором. Они вдвоем преподавали курс по Готорну и приходили на занятия в футболках с алой буквой^[11]. Более того, преподавательский состав возненавидел ее с самого начала, когда она устроила вечеринку и подала холодную лазанью и неразмороженный банановый торт. Вот за это я и люблю журналистику. В реальной жизни все время случается что-то удивительное. Ума не приложу, зачем люди пишут художественные книги, когда вокруг происходит столько интересного.

Из всего можно сделать репортаж

Я на седьмом месяце беременности, это мой второй ребенок, и я только что узнала: мой второй муж влюблен в другую женщину. Она тоже замужем. Мне звонит ее муж — британский посол в США (я не шучу). Он оказывается человеком, который любую ситуацию рассматривает в глобальной перспективе. Предлагает пообедать. Мы встречаемся у входа в китайский ресторан на Коннектикут-авеню и обнимаемся в слезах.

— Ох, Питер, — говорю я, — какой ужас!

— Ужас, не то слово, — отвечает он. — Куда катится эта страна?

Я в истерике, я плачу, но одновременно думаю: когда-нибудь из этого получится отличный анекдот.

Брак номер два: два года и восемь месяцев

Я прилетаю в Нью-Йорк на встречу со своим психотерапевтом. Захожу в ее кабинет и начинаю рыдать. Рассказываю, что натворил мой муж. Говорю, что мое сердце разбито. Я в полном раздрае, и моя жизнь никогда не будет прежней. Я реву и не могу остановиться. Она смотрит на меня и говорит:

— Нора, ты должна понять одну вещь: рано или поздно ты все равно бы от него ушла.

С другой стороны, художественная литература — это не так уж плохо

И вот я пишу роман. Котов первого мужа заменяю на хомячков, британского посла — на заместителя госсекретаря, а еще у моего второго мужа в книге борода.

Самое грустное в разводе

Вот что говорит моя сестра Делия, и она права. В детстве мы любили слушать историю о том, как наши родители познакомились, полюбили друг друга и сбежали вместе однажды летом, когда работали вожатыми в пионерлагере. Эта история стала неотъемлемой частью нашей жизни, мы слышали ее миллион раз, и, что бы ни случилось, как бы мама с папой ни ссорились, мы всегда знали, что когда-то наши родители были безумно влюблены.

Но после развода ты перестаешь рассказывать детям о том, что когда-то была безумно влюблена в их отца, потому что это собьет их с толку.

А потом, спустя некоторое время, уже сама не можешь вспомнить, была ли любовь или нет.

В доме на заброшенном полуострове жили муж и жена

Мы с Элис Арлен написали сценарий фильма «Силквуд». В основе реальная история: Карен Силквуд работала на плутониевом заводе в Оклахоме и погибла в загадочной аварии по дороге на встречу с репортером New York Times (она собиралась рассказать ему об условиях работы на заводе). Режиссером фильма становится Майк Николс: он должен был работать над постановкой бродвейского мюзикла, но ничего не получилось, так как его предала близкая подруга, также причастная к постановке, — имен называть не будем.

И вот мы начинаем дорабатывать сценарий, а Майк все время предлагает включить в него сцены, в которых Карен Силквуд предает близкая подруга. У него миллион идей, как это реализовать. Все они не имеют отношения к тому, что случилось с Карен Силквуд, зато имеют прямое отношение к тому, что случилось у Майка с его подругой. Наконец я говорю:

— Майк, пойми, твоя подруга не убивала Карен Силквуд.

— Не убивала, — соглашается он. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но помнишь историю о заброшенном полуострове?

И он рассказывает нам эту историю.

В доме на заброшенном полуострове жили муж и жена. Однажды к ним приехала свекровь, а муж уехал в командировку. Жена села на паром до материка и встретилась с любовником. Они занялись сексом, а когда закончили, она поняла, что уже поздно, бросилась бежать и опоздала на последний паром. Тогда она стала умолять капитана парома отвезти ее одну, но тот ответил, что отвезет ее лишь в том случае, если она заплатит шестикратный тариф. Денег у нее не было. Ей ничего не оставалось, как идти домой пешком; по пути на нее напал незнакомец, изнасиловал и убил.

Вопрос: кто виноват в ее смерти и в каком порядке — она сама, муж, свекровь, капитан парома, любовник или насильник?

— Этот вопрос — как пятно Роршаха, — говорит Майк. — Попросите своих друзей ответить на него, и они все ответят по-разному.

И тут меня осенило.

Я осознала, что больше не хочу быть журналистом, и начала понимать, что все в жизни можно превратить в историю.

Эдгар Лоренс Доктороу сформулировал эту мысль более красноречиво

«Я пришел к выводу, что разделения между художественной литературой и документалистикой на самом деле не существует, — есть только нарратив».

Из моего сценария «Когда Гарри встретил Салли»

Гарри: Расскажи мне историю своей жизни.

Салли: Историю моей жизни?

Гарри: До Нью-Йорка еще восемнадцать часов, надо же убить время.

Салли: Да мы из Чикаго не успеем выехать, как я расскажу тебе свою жизнь. Со мной пока ничего особенного не происходило. Именно поэтому я и еду в Нью-Йорк.

Гарри: Чтобы что-нибудь произошло?

Салли: Ну да.

Гарри: Например?

Салли: Ну, например, я поступлю в школу журналистики и стану репортером.

Гарри: Чтобы писать о том, что происходит с другими людьми?