Между любовью и любовью - Галина Лавецкая

Все молчали. У Вики пылало лицо. Игорь смотрел на нее, усмехаясь. Алик вскочил, опрокинув стул, и бросился к нему.

– Ах ты сволочь, подонок, дерьмо!

Игорь тоже вскочил, смахнув бокал. Послышался звон и хруст разбитого стекла. Девушка, сидевшая рядом с ним, испуганно вскрикнула. Никита бросился к ним, но не успел и, разнимая дерущихся, бархатно уговаривал:

– Ну, все, господа, уймитесь. С ума посходили? Из-за стихов? Все, все! Успокойтесь!

К Никите подоспел еще один из сидевших за столом, и вдвоем они развели врагов в разные стороны. У Игоря была разбита губа, и его девушка осторожно прикладывала смоченную в водке салфетку. Он болезненно морщился и молчал. Алик сел рядом с Викой, взяв ее за руку. Она сидела безучастно. Настроение у всех было испорчено. Расплатились и пошли к машинам. В такси Никита пытался разрядить обстановку, рассказывал что-то забавное, но Алик и Вика молчали, и ему пришлось общаться со своей подругой. Она тоже делала вид, что ничего не произошло, смеялась над шутками Никиты и восторгалась красотой горной дороги. Вике было неуютно и грустно. Хотелось домой. К Стасу. К девочкам. К маме с папой. Никогда бы она не оказалась в такой унизительной ситуации, если бы рядом был Стас. Она вспомнила Зеленоград, их друзей, праздники и вечеринки. Все совсем другое! Другие лица, другие разговоры. Никому бы там не пришло в голову нахамить женщине! И безобразную драку никто бы не затеял. Это все отличительные черты столь милой ее сердцу московской богемы! Ей в их обществе «как медом намазано». Все забыла: и Стаса, и его друзей. Вот и получила! Дело, конечно, не в стихах, а в том, как он это преподнес и как мерзко прочел. Как будто грязью вымазал. И второй хорош! Кинулся морду бить, вместо того чтобы интеллектом парировать и свести на нет поэтические потуги Игоря. А ведь мог! Для него Северянин и вся его поэзия – дом родной. Мог бы высмеять Игоря его же оружием. Так нет, превратил все в скандал! Если бы не Никита, неизвестно, чем бы кончилось. Так и предавалась своим печальным мыслям всю дорогу. В лифте Никита предложил:

– Может, сходим поплаваем?

– Не хочется, устали, – ответил Алик.

– Ну ладно, тогда до вечера, – сказал Никита, выходя на своем этаже.

В номере Вика прошла на балкон и взяла в руки журнал, делая вид, что читает. Обсуждать все это с Аликом не хотелось.

– Викусь, у тебя какие планы? Почитаешь? Я по делам на часок отъеду.

– Давай. Я в номере буду.

Алик ушел, а Вика продолжала анализировать то, что произошло в последнее время. Она, конечно, виновата, но и Стас не прав. Уехал на полгода, а задерживается еще на три месяца. Лекции закончились, теперь какие-то статьи пишет. И всегда Вика на втором месте!

Вон Алик почти постоянно рядом, непонятно, когда он на работе бывает. Конечно, сравнивать их невозможно, кто такой Алик? А Стас – гений, причем признанный гений, все об этом говорят. Она все понимает и с самого начала знала, что Стас во время работы находится в другом измерении, ничего не замечая вокруг. Но Вика все-таки живой человек! Она создала ему все условия для работы, для его открытий. И чтобы дети не мешали, и чтобы она не маячила перед глазами живым укором! И что получилось? И кто виноват? Уж точно не она! Зачем взваливать на себя одну всю вину? Опять рифмы. На себя одну я взвалю вину. Ты же, ангел мой, лишь глаза закрой на мою вину, на твою беду. Ну а я уйду, отпусти, родной, не держи, прости… Дай мне жить одной!? Да, бред! Явно она не Цветаева. Очевидно, ей только про зайчиков и мишек… Надо ехать в Москву. Переделать и сдать повесть. Хорошо бы послать к черту редактора, не портить хорошую вещь, а написать сценарий. Хороший сценарий по хорошей повести. И Володя снимет фильм. Он же говорил, что фильм получится. Только если повесть не пропускает худсовет, то и сценарий «зарубят». Замкнутый круг. С этими мыслями просидела до возвращения Алика.

– Викусь, ты как тут? Не соскучилась? Давай собирай вещи, в «Камелию» переезжаем. Я там люкс взял на три дня. Больше не получилось, к сожалению, потом два одноместных дадут. В люксе три комнаты, и они, в виде исключения, поселили нас вместе. Но в двухместный вдвоем не могут, обещали рядом комнаты дать. Переедем, не хочу больше мерзкую рожу Панова видеть. Раз не могу его отсюда выкинуть, уедем сами. В «Камелии» даже лучше. Там тоже полно знакомых отдыхает…