Фантомные боли - Лариса Голубева

«Ну наконец-то!» – радостно подумала Марина.

Она оглянулась по сторонам и присела у могилы.

– Ну вот, место я вроде запомнила. Вторая аллея от конторы, потом направо и четвёртая справа.

Она направилась к кладбищенской конторе, рядом с которой стоял охранник.

– Добрый день, – обратилась она к нему. – Не подскажете, есть ли здесь магазин, где я могла бы купить свечки и лампадное масло?

– Да, вот как выйдете за ворота, сразу слева увидите магазин, – там цветы, свечки, ну и всё такое.

– Спасибо. У меня к вам необычная просьба. Мне очень надо придти сюда в полночь. Понимаете, сестра здесь похоронена. Вот приснилась, просила в сне, чтобы я именно в полночь молитву над её могилой прочитала. Уже не первый раз такой сон вижу. Чувствую, не отпустит она меня, пока не сделаю.

– Знаю я ваши байки про сестёр и подруг, – ухмыльнулся охранник. Тут к нему подошёл напарник.

– Димон, я вот только покажу женщине, где магазин, и вернусь.

Охранник проводил Марину до ворот.

– Две штуки давай, – тихо сказал он.

Марина отдала ему деньги.

– Обойдёшь кладбище с правой стороны, – сказал он. – Фонарь возьми, не забудь. Темно там. Покойникам-то свет без надобности. Метров через сто увидишь лаз в стене. Я открою его полдвенадцатого. Но, чтобы полпервого ночи твоего духу там не было. Всё поняла?

– Чего уж тут не понять. До свидания, – ответила Марина и пошла в магазин.

Охранник вернулся к конторе, где честно нёс свою нелёгкую вахту Димон.

– Ну, как улов сегодня? Сколько их будет? – поинтересовался он.

– Девятнадцать.

– Неплохо. Жаль, что полнолуние не раз в три дня происходит. Вот ведь бабы… – покачал Димон головой и закурил сигарету.

Народу в магазине не было. Продавщица, сухонькая, сутулая женщина лет шестидесяти пяти, с прилизанными седыми волосами на прямой пробор, переставляла искусственные цветы.

– Добрый день. Мне нужны свечи и лампадное масло, – обратилась к ней Марина.

Продавщица посмотрела на неё рыбьим взглядом.

– Вам набор нужен?

– Какой набор? – переспросила Марина.

Не отрывая взгляд от Марины, продавщица многозначительно сказала: – Поллитра лампадного масла, три чёрные и три красные свечи, листья чилибухи. Ну, набор.

– А как вы узнали, что именно это мне нужно? – удивилась Марина.

– Полнолуние сегодня, – безразличным голосом произнесла продавщица. – Так что, будете брать?

– Буду.

Купив всё необходимое, Марина вышла из магазина, поймала частника и уже через полчаса была у подруги. Открыв дверь, Ирина уставилась на обувь Марины, всю покрытую глиной.

– Боже мой, где ты так угваздалась? Дождь вроде совсем несильный был, прошёл быстро.

– С кладбища я. Извини, что натоптала тут. Дай тряпку, приберу.

– Я уберу потом сама. На каком ещё кладбище ты была? У тебя вроде тут родственников нет.

– Очень мне хочется Лёшкину жену на тот свет отправить. Она мне мешает. Понимаешь? – злобно сказала Марина, снимая грязную обувь.

– Не бери грех на душу. Прекрати всё это.

– Грех? А почему одним всё достаётся, как ей, а таким, как я, на роду написано мыкаться по дешёвым съёмным квартирам и перебиваться от одного случайного заработка до другого? Каждый борется за себя, как может. Ты представляешь, я в их квартире всё сделала, как Николай велел, ну эти иголки и прочее, так Лёшка мне сегодня сообщил, что она, видите ли, у подруги остановилась. Это я вот так случайно узнала. То есть, ты понимаешь, к чему я веду, – в своей спальне она спать не будет. Я просто вне себя от ярости! И этот козёл меня тоже из себя вывел: это он не может из-за жены, то ему неудобно. Так что я у тебя тут побуду, а к половине двенадцатого мне надо опять на кладбище.

– Марин, ты совершенно сошла с ума. Ты посмотри на себя, – руки трясутся, глаза бешеные. У тебя просто идея фикс. Ведь Алексей тебе совсем не нужен. Ты представь себе, что вот ты добилась своего, переехала к нему, и наступили будни. Ни с кем не надо сражаться, никого не надо изводить. А рядом с тобой человек, который тебе ну совсем неинтересен.

– Ирка, ты просто сентиментальная идиотка. Тебя послушать, так все кругом живут в любви и счастье. Всё это видимость, иллюзия. А в реале у всех свой конкретный интерес. Ты лучше скажи, ты меня подбросишь на кладбище к половине двенадцатого? Ты же не бросишь подругу? Не дрейфь, будешь ещё ко мне в гости во Францию ездить.

* * *

Машина Лены въехала во двор обычного восьмиэтажного жилого дома.

– Ну вот и приехали. Вот её подъезд. Пошли.

Лера вышла из машины и пошла за Леной. Как водится, лифт в подъезде не работал.

– Придётся на восьмой этаж пешком топать, – недовольно сказала Лена. На восьмом этаже, на стене рядом со звонком в квартиру чёрным фломастером было написано «Слава Богу, я дошёл».

– Чувство юмора у нашего народа неистребимо, – засмеялась Лена.

– Нам как раз сюда? – спросила Лера.

– Нет. Нам нужна вот эта, – ответила Лена. На звонок дверь открыла полная женщина лет 55 с распущенными тёмными волосами. На обычном лице сияли большие синие глаза.

– Добрый день, Мария Ивановна, – поприветствовала хозяйку Лена. – Вот, привезла вам подругу, как договаривались.

– Проходите. Вы посидите пока на кухне, я скоро освобожусь.

Мария Ивановна вышла с кухни и прикрыла за собой дверь.

– Знаешь, Лен, я никогда особенно не верила во все эти магии, привороты. И дальше бы не верила, если бы своими глазами не увидела в собственной квартире все эти иголки, рульки с пятнами крови. А теперь вот – докатилась. Сама собираюсь предаться мракобесию и обскурантизму. Ты откуда её знаешь?

– Была у меня одна очень сложная пациентка. Билась я с ней, билась, – и всё по нулям. Рассказала про неё коллеге, и оказалось – у неё был сходный случай. Вот она мне эту Марью Ивановну и посоветовала. Я уговорила свою пациентку поехать со мной сюда, в Дубну. Честно говоря, сама мало верила в успех. Но она ей помогла.

Послышался звук закрывающейся входной двери, и через секунду появилась Мария Ивановна.

– Ну вот я и освободилась.

Она взяла большую кастрюлю, поставила её на огонь и бросила в неё несколько больших свечей, которые тут же начали плавиться. Тем временем она налила в таз холодную воду и отнесла его в соседнюю комнату. Свечи в кастрюле расплавились и превратились в однородную массу. Мария Ивановна сняла кастрюлю с огня и сказала:

– Ну что же, пойдёмте в комнату. Идите сюда. Сейчас посмотрим, что тут с вами происходит.

Мария Ивановна стала медленно вливать горячий воск в таз с холодной водой. Сначала застывающий воск выглядел, как нечто бесформенное, но затем постепенно вырисовалась фигура мужчины, одетого в плащ с капюшоном. Мужчина как будто сидел за столом перед раскрытой книгой, а рядом с ним возникли очертания и женской фигуры.