Не оставляй меня одного - Дина Рубина

В окне показался красный, как редиска, нос эсквайра, и недовольный голос сказал:

— Потому что тихий час! С трех до пяти у меня ТИХИЙ ЧАС, понятно вам, сэр? И нечего барабанить в калитку!

— Нет, тут что-то не так! — сказал Пэн. — С трех до пяти — это уже получается ДВА ТИХИХ ЧАСА! И вечно вы, эсквайр, норовите двойную порцию оттяпать. Открывайте дверь немедленно, мы пришли ЗА СОВЕТОМ!

Эсквайр удивился так, что чуть не вывалился из окна.

— С чего вы взяли, сэр, что эта штука у меня? Обыщите хоть весь дом — никакого Совета вы не найдете!

Шлепая босыми ногами, он прошествовал в переднюю и открыл дверь.

— Очень рад, джентльмены, — сказал Смит, — но, к сожалению, мне нечем вас угостить. Я как раз собирался сегодня пообедать у вас, Трикитак.

— Очень кстати! — воскликнул Пэн. — А что это за запах доносится из кухни? Похоже на жареных цыплят под белым соусом…

— Что вы, — сказал эсквайр, и лысина его покраснела, — это пахнет сапожной ваксой, не будь я Бенджамен Смит, отставной сержант! Сегодня утром я чистил сапоги.

— Да? — искренне удивился Пэн. — А мне показалось, что, кроме жареных цыплят, на кухне лежит еще копченый окорок, кусочек балыка, пирожки с капустой и смородинная наливка…

— Наверно, сэр, это запах из конюшни, — упавшим голосом пробубнил эсквайр. — Я никак не соберусь ее почистить…

Но Трикитак уже нес из кухни и жареных цыплят на блюде, и копченый окорок, и балык, и пирожки, и большую бутыль смородинной наливки, что горела на солнце, как огонь.

— Ого! — удивился Смит, глядя на все это. — Кто бы мог подумать, что у меня в кухне окажутся такие полезные вещи! Как это вам удалось, сэр?

— Просто если вы собираетесь обвести кого-то ВОКРУГ ПАЛЬЦА, — ответил Пэн, — то не вокруг указательного, потому что ваш УКАЗАТЕЛЬНЫЙ палец всегда смотрит в сторону кухни.

— А у меня эти цыплята вылетели из головы! — попытался оправдаться Смит.

— Это очень странно! — строго возразил Пэн. — Как это цыплята могли ВЫЛЕТЕТЬ, когда они ощипаны и поджарены?

Они сели втроем за стол, и за обедом Трикитак рассказал историю Джонни.

— Что делать, эсквайр? У нас одна надежда — на вас! — закончил он.

Смит задумался. Очевидно, ему польстило то, что у Трикитака с Джонни осталась всего ОДНА надежда, и та как раз на него! Он решил доказать, что НАДЕЖДА ему будет впору.

Все это время из огорода и сада эсквайра доносилось вззззжик-взззжиканье работающей пилы.

— Что там пилят, Смит? — спросил Трикитак.

— А, это я нанял Майкла и Пита, — небрежно отвечал эсквайр, — чтобы они спилили тот высоченный сухой тополь в моем са… — И тут Смит замер, глядя перед собой выпученными глазами. Его толстый нос побагровел еще больше, и вдруг, вскочив, как ошпаренный, эсквайр выбежал из-за стола и помчался в сад, оглушительно вопя: «Ма-а-а-айкл! Пи-и-ит! Бросайте пилить, ребя-а-а-ата!»

Трикитак с Джонни переглянулись и побежали за эсквайром. Высоченный сухой тополь в саду был основательно подпилен, то есть его подпилили почти до ОСНОВАНИЯ. Здоровенные соседские парни Майкл и Пит стояли рядом и, разинув рты, смотрели вниз, на бурлящего эсквайра.

— Я придумал! — крикнул Смит Трикитаку. — Дело надо делать, сэр! Вы возьмете подзорную трубу, залезете на верхушку тополя и осмотрите сверху весь город. Где-то ведь должна бегать эта собака!

— Ура! — крикнул Джонни.

— Ура-то ура… — сказал Пэн. — Но мне бы не хотелось, джентльмены, чтобы эта командировка была последней в моей жизни…

— Неужели вы могли подумать, сэр, что я не позабочусь о вашей безопасности? — с обидой спросил Смит. — Вы полезете на тополь с зонтиком, а на землю я положу мою лучшую пуховую подушку.

После этих слов эсквайр сбегал домой и вернулся, держа под мышкой длинную подзорную трубу и большую подушку, желтую с голубыми цветочками.

— Это будет лучшая ваша командировка, сэр! — воскликнул он, а Джонни от радости захлопал в ладоши.

И Пэн Трикитак полез в командировку на высоченный, сухой, основательно подпиленный тополь. Дерево раскачивалось, зонтик выскальзывал из подмышки, а подзорная труба из зубов, но Пэн бесстрашно поднимался все выше и выше.

Сверху эсквайр и Джонни казались очень маленькими, даже Майкл и Пит сверху не выглядели такими здоровенными, а подушка — желтая с голубыми цветочками, — на которую в случае чего должен был упасть Пэн, — эта подушка вообще была похожа на точку, из тех, что Трикитак обычно ставил в конце своих ЖАЛОБНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.

Наконец Пэн дополз до последней развилки на тополе, уселся и поднес к глазам подзорную трубу эсквайра.

Боже, какая красота открылась перед ним! Весь город лежал внизу, выкатив на солнце черепичные крыши. Каких только флюгеров там не было — старых боцманов, кованых лошадок, сверкающих на солнце зеркальных шаров на шпилях. В центре возвышалась башня ратуши, на крыше которой гуляли голуби.

— Ну что, сэр, не бегает ли там собака? — крикнул снизу эсквайр.

— Не-е-ет! — крикнул в ответ Трикитак. — Бегает только какая-то старая леди, останавливает прохожих и, кажется, плачет.

Не успел он это прокричать, как дерево под ним заскрипело, хрустнуло и стало медленно валиться набок. Эсквайр, и Джонни, и Майкл, и Пит закричали во все горло, замахали руками и забегали, а Пэн не растерялся, быстро раскрыл зонтик и прыгнул вниз.

Это было здорово! Он медленно опускался, и ветер приятно ворошил его волосы. Честно говоря, Трикитак даже слегка огорчился, что земля уже близко, — ему очень понравилось летать под зонтиком.

Приземлился он на грядке с помидорами. А на подушку — желтую с голубыми цветочками — прямехонько упал высоченный сухой тополь.

К Пэну подбежали эсквайр, и Джонни, и Майкл, и Пит, поставили его на ноги, отряхнули, и Смит воскликнул:

— Браво, сэр, это была прекрасная командировка! Я очень рад, хоть вы и раздавили три помидора…

В это время все услышали лай и повизгивание, доносившиеся из сарая с кроликами.

— Кстати, сэр, я совсем забыл, — сказал эсквайр. — Утром на прогулке за мной увязалась одна смешная собачонка. Я запер ее в сарае и решил подарить вам, довольно быть одному! — С этими словами Смит открыл сарай, и оттуда выбежала маленькая собачка — белая, с черным ушком и закрученным хвостом. Она выскочила из сарая и с визгом бросилась прямо к Джонни.