Ловушка для примерной девочки - Ирина Волчок

Артур, наверное, заметил, что у нее изменилось лицо.

— Ты чего скукожилась? — грубовато спросил он.

Она скрестила на груди руки, сунула ладони под мышки, ссутулилась и вжалась в спинку кресла.

— Ничего. Все нормально…

Он подошел, навис над ней. Она еще сильнее сжалась.

— Ты что — испугалась?

— Н-нет.

— Наташка, дурочка моя! — Он вытащил ее, всю словно деревянную, из ее убежища, начал целовать. У него была такая манера: чуть что — целоваться. Зацеловывать неприятности: «Болит? Сейчас поцелую — и все пройдет».

Наташа поняла, что устройство на работу придется отложить. Ну ничего, вот пойдет Кирюшка в школу, подрастет немножко, тогда она и…

* * *

Почему считают, что бытовая техника облегчает жизнь домохозяйки?

Не так уж и облегчает. Особенно если эта домохозяйка такая поборница чистоты, как Наташа.

Каждый день она тщательно убирала их огромную квартиру. Обивка на мебели светлая, ковры светлые — как их не пылесосить? Полы паркетные — как их пыльными оставишь? И мебель тоже! А ванная? А кухня? А завтрак-обед-ужин? А белье погладить? А в магазины, на рынок?

Диплом с отличием покоился в ящике секретера вместе со всеми Наташиными документами. Амбициозная стрижка отросла и снова была сколота на затылке. Красить лицо не хотелось, длинные ногти мешали… В общем, уроки свекрови на тему «как быть женщиной» растворились в бытовой текучке.

— Ну, это не дело! Может, домработницу наймем? Хотя бы приходящую? — позаботился как-то Артур, видя, что жена уже по пути из ванной к постели почти спит.

— Не надо пока. Если бы я работала… А так — зачем? — пробормотала она в ответ, уютно устраиваясь на подушке и мечтая, чтобы Артур сразу уснул.

Не то чтобы ее тяготил этот самый «супружеский долг»… Когда Артур был ласков, нежен и традиционен, ей было приятно. Но иногда он начинал что-то изобретать, фантазировать… А ее это… оскорбляло, что ли? И вызывало неприязнь. Из-за этой неприязни она чувствовала себя виноватой, но ничего поделать с собой не могла.

Зато Кирилл был спокоен, ни обмороков, ни температуры у него не случалось. Он выучился читать — так, между делом. Наташа объясняла ему, что такое звук, чем отличается от буквы. Как называется буква, почему в слове она звучит по-другому. Не зря же филфак окончила. Да и не сказать, чтобы специально объясняла, просто сказки рассказывала. Готовит обед — и рассказывает. Про государство Алфавит, про то, как буквы дружат, ссорятся, женятся… Про странную липучую букву «йот»… «Йод? Которым царапины мажут?» — спрашивал Кирилл. «Нет, так букву зовут. Йот. А еще ее называют „и краткая“. Вот послушай, как дело было…» А Кирилл сидит с кубиками-азбукой и слушает. И были сто тысяч почему и сто тысяч ответов на них.

И задачки они тоже учились решать. И придумывали их. Вот чем занимается Наташа — о том и придумывают. Или во время прогулки — опять можно и задачки решать, и вывески читать, и о том, что по пути встречается, истории рассказывать… Наташа даже стала по вечерам за компьютером засиживаться — писала сказки про буквы, сказки про цифры, сочиняла задачки, загадки…

И все равно — или именно поэтому? — ей казалось: не занимается она с мальчиком всерьез. Он ведь в детский сад не ходит, к школе его не готовят. Может, учителей надо бы нанять?

Но как-то привезла его Ольга Викторовна после «побывки» и первым делом спросила у Артура, где это он такого толкового учителя нашел. Ее Альбина Павловна просила узнать, жена владельца сети ресторанов.

— Они уже замучились учителей своему Роману нанимать. Деньги летят, а толку чуть. Она ко мне зашла по-соседски, а Кирюша сказку читает. Бойко, не по складам, с выражением! Артур, он ведь еще месяц назад и буквы не все знал!

Артур удивился:

— А мы никого и не нанимали. Я думал к зиме ближе этим заняться, время еще есть.

— Баболь, я же тебе говорил! — возмутился Кирилл. — Меня никто не учил, мне просто Наташа все рассказывает!

И все посмотрели на Наташу.

— А ты мне не говорила, что занимаешься с Киркой, — почему-то недовольно сказал Артур.

— Да я не занималась… Так, рассказывала ему, что да почему — и все, — смешалась она. — Он способный, все на лету схватывает.

Больше никто ничего не сказал. Почему-то никому в голову не пришло похвалить Наташу. Ну да, за что хвалить-то? Сама же говорит: все было так, между прочим. Значит, это не ее заслуга, это ребенок гениальный.

Просторная, богато оборудованная и блистающая чистотой кухня, она же столовая. За столом, нарядно сервированным к чаю, молодой мужчина, мальчик-дошкольник и красивая ухоженная дама. Между столом, плитой и холодильником снует молоденькая худенькая девушка в великоватых ей джинсах и легкой, похожей на мужскую рубаху, свободной полосатой блузе. На столе пышный малиновый пирог, сдобные булочки, домашнее печенье с орехами. Дама морщит точеный носик:

— Наташенька, опять мучное? Нет, это можно есть только вам с Кириллом. Ты, кстати, еще похудела. Знаешь, тебе это совершенно не идет… — И отодвигает подальше от себя блюда с выпечкой.

Эта тирада звучит первой после разговора о Кирилловых успехах в учебе. Вот и формируется у ребенка убеждение, что это он такой молодец, сам всему научился, а Наташа все время делает что-то не так: вон, баболечка ведь недовольна.

Наташа обиделась, но промолчала. А в компьютере-то уже, можно сказать, целые учебники для дошкольного развития складывались.

* * *

Гуляли Наташа с Кириллом по-разному: ходили то в музей, то в театр, то в кино. Или просто по улицам ходили, вывески читали. А иногда ходили на детскую площадку. Там Кирилл сам по себе гулял, а Наташа чаще на лавочке сидела. Иногда ей даже удавалось почитать. Иногда вязание брала. Вязать научилась с детства. Книжку под нос, спицы в руки. Приятное с приятным. Полезное с полезным. Вязала и для мамы, и для себя, и особенно — для Ксанки. А потом Ксанка попросила подружке что-то связать. Наташа связала, отдала. А вечером подружкина мама прибежала, деньги принесла. Наташа смутилась, начала отказываться. А Ксанка шипит: «Бери, балда! Я и другим девчонкам сказала, что ты им свяжешь!» И подружкина мама деньги сует, а сама ее ругает: вот ведь может помочь семье материально, а отказывается. «Значит, дюже гордая, да? А ну, бери!» В общем, рукоделие еще и доход их бабьему царству приносило.

А теперь Наташа вязала свитерок для Кирюшки.

В будни на детских площадках царит малышня досадовского возраста под опекой мам, бабушек или нянь. Наташа с Кириллом ходили в ближний сквер, там были и горки-трубы, и качели-карусели, и всякие лабиринты.

Кирилл развлекался в одиночестве. С двухлетками ему было неинтересно, а сверстников в это время не встречалось.

Но однажды, когда Кирилл увлеченно бегал по извилинам лабиринта, на площадке появилась девочка его возраста в сопровождении пожилой дамы. Что-то чирикнув своей провожатой, девочка рванула к лабиринту, и они с Кириллом столкнулись.