Петр Иванович - Альберт Бехтольд

– Ну, а что у вас с собой хорошего, товарищ? – услышал он голос за своей спиной; кажется, имелся в виду тот хлеб, который он получил от Нины Федоровны и держал под мышкой.

Он обернулся.

Перед ним стояла молодая комиссарша в кожаной куртке, с рыжими волосами и со всем, что там у них еще полагается.

«Где же я видел это лицо?»

Пока он думал, она сама спросила:

– Не встречались ли мы с вами раньше? В Волочиске, кажется, почти шесть лет назад?

И тут Ребман ее узнал: это же та самая студентка, которая помогла ему при переходе через границу и окрестила «миллионером».

Она, разумеется, тоже его узнала.

– Я оказалась и первой, и последней, – сказала она. – Я этого тоже никак не ожидала. И теперь вы снова едете домой. Вы радуетесь возвращению?

Ребман отрицательно качает головой:

– Нет, не радуюсь. Я не еду домой. Мой дом был здесь. Я привязан к нему тысячами нитей.

Комиссарша внимательно смотрит на него. Кивает. Затем интересуется:

– А как же «миллион»? Тоже едет с вами?

Ребман в ответ протянул ей руку:

– Вот, возвращаю его вам! Россия мне и так много чего подарила.

Она улыбается так, как это может только женщина:

– И что же, вы здесь совсем ничего не оставляете?

Ребман ответил тоже улыбкой, но весьма грустной:

– Это уже совсем другой вопрос. Что ж, прощайте!

Комиссарша пожала ему руку:

– Привет Швейцарии!

И поезд выехал из вокзала в осеннюю даль.

Когда Ребман на первом развороте оглянулся назад, перед ним в лучах вечернего солнца сверкали и переливались купола матушки-Москвы.