Аромат грязного белья - Михаил Армалинский

Все снова стали довольны, и обильная хефнеровская ебля, возрождённая виагрой, вернулась на круги своя. Хефнер после разрыва с Кимберли ещё раз убедился, что брак – это действительно смерть страсти и что моногамия – это пытка.

Дочка Хефнера от первого брака Christie стала раскручивать плейбойскую империю, так как её папашка увяз в ебле, перестал интересоваться бизнесом и империя Playboy стала разваливаться. (В начале 2009 года Christie ушла из Плейбоя – с 1982 года отпахала президентшей, а начала работать там с 1975-го.) Christie избавилась от убыточных предприятий и добавила порнографические прибыльные бизнесы, чем папаша Хефнер был недоволен – он всегда был против порнографии. Хочется надеяться, что лишь по политическим соображениям, а не по практическим.

Благодаря передаче управления дочери у Хефнера появилось больше времени для развлечений, но он всегда следил за происходящим в компании и принимал в нём участие.

Последние годы приобрело большую популярность телевизионное reality show Girls Next Door, где показаны карьеры, в которые впихнул Хефнер своих трёх недавних любовниц. Это даёт Хефнеру деньги, да ещё он стал сдавать особняк и его окрестности с зоопарком, бассейном, гротом и всякой всячиной разным фирмам для устраивания там приёмов и вечеринок. На мероприятиях этих он появляется как свадебный генерал, за что ему в карман сыплются дополнительные деньги.

Конкуренция в обнажённости

В 1962 году вышел первый номер журнала Eros, который издал Ralph Ginsburg. Как и Хефнер, он раньше работал в журнале Esquire. Вышло всего четыре номера Эроса, после чего Гинзбурга засудили и посадили в тюрьму. А журнал в твёрдой обложке Эрос был много невиннее, чем Playboy.

Гинзбурга посадили с помощью подлого крючкотворства: не за непристойность журнала (в этом его не могли обвинить из-за очевидной его невинности), а за pandering – «совращение» с пути истинного с помощью рекламы этого журнала, рассылавшейся по почте. Я вижу несколько причин, почему государство и прочая дрянь так тяжело обрушилась на Гинзбурга.

Во-первых, название журнала использовало ужасное слово «eras», которое напрямую связано с еблей. Тогда как слово «playboy» – весьма нейтральное по смыслу и может означать вполне не связанные с сексом вещи.

Во-вторых, Playboy назывался «журналом для мужчин», а мужчинам американская мораль прощает мелкие сексуальные игры, тогда как Eros был направлен также и на женщин и девушек (журнал общеобразовательный). А развращать женщин и детей позволить было нельзя.

В-третьих, Гинзбург был еврей в отличие от христианина Хефнера, а потому особенно мозолил глаза государственным и моральным антисемитам.

Четвертого ноября 1968 года вышел первый номер нью-йоркского еженедельника Screw, который основал Al Goldstein (см. с. 405–417 наст. изд.).

Так как это была лишь газета да лишь с чёрно-белыми фотографиями, то с Плейбоем она конкурировать не могла, но зато составляла мощную идейную конкуренцию Плейбою, суть которой сводилась к тому, что Screw открыл американцам, что у женщин есть не только груди и обнажённые, но сжатые ноги, а также и пизда. Однако чёрно-белость пизды, лишавшая её притягательной розовости, не могла ошарашить так, как это сделал цветной Хастлер на мелованной бумаге. Однако Scew подал много идей, которые подхватили и развили цветные секс-журналы.

В 1969 году появились объявления о выходе нового журнала Penthouse, который Bob Guccione привёз из Англии в Штаты. Реклама с ружьём, нацеленным на логотип Playboy, предупреждающе возвещала:

Мы отправляемся на охоту за зайчихами!

Формат Пентхауса был весьма похож на плейбойский, но в Пентхаусе сделали шаг по направлению к пизде. Позы женщин на фотках были покруче, да ещё делались заходы в лесбиянство, фетишизм, тройственные союзы – в противовес красивеньким бабёнкам со сжатыми коленками в Плейбое. Guccione атаковал Плейбой как старомодный и архаичный журнал, поддавая жару с помощью скандальных интервью и разоблачений знаменитостей.

Началась (теперь смешная, а тогда не на шутку) конкуренция, кто покажет больше лобковых волос. Из номера в номер с 1970 года Пентхаус и следующий за ним Playboy зарастали лобковыми волосами всё больше и больше.

В меморандуме для редакционных работников Хефнер написал, что теперь лобковые волосы не являются табу, если они показываются со вкусом (вкус лобкового волоса во рту весьма неизбывный). Когда Хефнера спросили в интервью, готова ли публика к виду лобковых волос, он ответил: спросите Бога, который их там поместил. Правда, Бог поместил ещё много чего, помимо лобковых волос, в тех же окрестностях, но об этом разговора не заводили.

Чтобы конкурировать с Пентхаусом, Хефнер стал выпускать журнал Qui с французским акцентом, где бабы размахивали лобковыми волосами, но Qui переманивал читателей не у Penthouse, а у самого Плейбоя и дохода он не давал. Так что Хефнер его продал в 1981 году.

В 1974 году вышел первый номер журнала Ларри Флинта (Larry Flynt) Hustler (см. с. 64–97 наст. изд.). По сравнению с ним Пентхаус выглядел консервативным, как Плейбой – по сравнению с Пентхаусом. Хастлер показывал розовую мякоть преддверия влагалища с растянутыми в стороны малыми губками.

Стараясь отгородиться от лобовой лобковитости Пентхауса и тем более от розовой и сверкающей плоти в Хастлере, Плейбой тем не менее решил показать свою «кузькину мать» и в 1975 году впервые напечатал лесбиянок, а в следующем номере аж женскую мастурбацию. Разумеется, пизды нигде видно не было. Такое свободомыслие вызвало возмущение у рекламодателей Плейбоя. Главный редактор того времени Arthur Kretchmer (тот самый, который хотел опубликовать Тайные записки 1836–1837 годов Пушкина только при условии, что я ему предоставлю доказательство их подлинности) признал, что Плейбою впредь надо быть более осторожным,

чтобы не пересекать границу между чувственностью и вульгарностью.

А ведь именно полное уничтожение этих границ и есть цель сексуальной эволюции, которая некогда непристойное и вульгарное делает приемлемым и общепринятым. Каким образом женская красота (а именно ею является пизда) может быть интерпретирована как вульгарность?

Хефнер принял, как всегда, мудрое решение – прекратить соревнование, кто больше покажет пизды, и сделал шаг назад. Он объявил миру и рекламодателям, что Playboy не будет соревноваться с новыми журналами в открытости пизды, что его журнал не является порнографией, и пр. и пр.

Снова по коммерческим, а также и по искренне личным Хефнера соображениям восторжествовало викторианское прошлое под маской высокого вкуса – назад к сжатым ногам и сокрытым лобковым волосам!

В 1976 году Хефнер приказал публиковать в Плейбое романтические истории, объяснив своё решение так:

Когда имеется романтическая история, переходящая в секс, тогда атаковать секс становится сложнее (1: 313).