Голос - Дарья Доцук

– Нет, ну а как бы вы поступили, окажись вы там? – допытывалась Яна.

– Ну, сейчас начнется абстрактный героизм, – пробормотал Стас. – Давайте для чистоты эксперимента выберем жертву и поставим на кон не бесполезную кукурузу, а что-нибудь действительно важное для всех нас.

– Поставь. Я все равно камни бросать не буду, – заявила Яна.

– Будешь-будешь, – покивал он и, не дав ей опомниться, продолжил: – Допустим, жертва у нас – Виктория.

Я сразу представила, как мы с камнями в кулаках обступаем безобидную розовощекую Викторию, а она пятится от нас, в растерянности прижимая к животу любимую чашку.

– Выбор такой, – Стас понизил голос, чтобы на том конце зала не услышали. – Либо Виктория умрет сегодня, либо через полгода будут мертвы абсолютно все, кто сейчас находится в этом здании. Мы с вами, школа компьютерной грамотности, Анечкина мама и все остальные сотрудники библиотеки, включая саму Викторию.

– Суперреалистичная ситуация, – хмыкнула Яна.

– Ты удивишься! Я не имею права раскрывать вам все сведения, но скажу, что мне известны кое-какие обстоятельства, которые через полгода уничтожат все население нашей библиотеки, если Виктория останется жива.

Это заставило всех задуматься. Первым в игру вступил Глеб:

– Она т-типа т-террористка?

– Я не могу разглашать эту информацию. Придется вам сделать выбор, полагаясь только на мои слова.

– А, у н-нее с-смертельный вирус!

– Хватит, Глеб, как можно быть таким наивным? – поразилась Яна.

– Я могу сообщить только то, что все мы, и Виктория в том числе, погибнем. Однако, если она умрет сегодня, вместе с ней исчезнет смертельная угроза для всех остальных.

– Ну а мы-то тут при чем? Нам никто никакую секретную информацию не сообщал! Если ты точно знаешь, что Виктория должна умереть, так пойди и убей ее сам – для тебя же это, судя по всему, единственный выход! – Яна откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, как бы заявляя, что от нее больше ничего не добьются.

– Я что, варвар? Как я могу вот так взять и убить человека? Сама только что сказала. К сожалению, я и не герой тоже, чтобы в одиночку всю библиотеку спасать. Меня же посадят потом. С другой стороны, Виктория – обычный человек, ничего особенного. Кроме того, что по ее вине мы все умрем. Она не нашла лекарство от рака, не установила мир на Ближнем Востоке, не написала ни одного великого романа. И вряд ли напишет. Бóльшую часть дня она сидит за своим столиком, пьет чай, почитывает любовные романы и выдает книжки пенсионерам. Не знаю, много ли мир потеряет, не будь на свете Виктории. Но я все равно не могу это сделать в одиночку. Я боюсь. Тупо боюсь! И почему я должен один всех спасать? Нечего на меня всю ответственность перекладывать! Вы жить хотите или нет?

Я тоже втянулась в игру и задумалась над выбором, который у нас был. Сомневаться в здравомыслии Стаса у меня не было оснований, но, справедливости ради, я мало что о нем знала. Впрочем, о Виктории я знала и того меньше.

– Ну п-понятно. Она-то в люб-бом случае у-умрет. Все равно, с-сейчас или п-потом.

– Должен быть другой выход, – сказала Яна. – Чтобы все остались в живых.

– Да т-ты ч-чем слушаешь? Л-либо она одна, либо м-мы все!

– А вдруг этот просто с ума сошел и сидит тут бредит? – Яна всплеснула рукой.

Анечка усмехнулась и посмотрела на Стаса одновременно с возмущением и восторгом. Так на поле боя смотрят на достойного соперника.

– Как же ты любишь ковыряться у нас в мозгах! Ненавижу тебя! Я в это не играю. Даже расскажу почему. – Она сделала паузу и дернула подбородком так, словно заранее жалела о своих словах. – Потому что я бы ее убила.

Мы с Яной невольно ахнули. Лукавая улыбка промелькнула на губах Стаса.

– Я бы т-тоже, – признался Глеб и наконец расслабил плечи. Спина, должно быть, уже побаливала от напряжения.

– Простите, я знаю, это ужасно, – Анечка на мгновение спрятала лицо в ладонях. – Но я бы помогла Стасу. Он прав. Это логично.

– Не переживай, – ласково обратился к ней Стас. – Девочки тебя не осуждают. На самом деле они осознают, что поступили бы точно так же, просто не хотят признаваться. А ты сделала правильный выбор. Подумай обо всех тех, кого ты спасешь.

– О боже мой! Что за топорные игры разума! Аня! – вознегодовала Яна.

Стас обратился ко мне:

– Ну а ты что выберешь?

Все замолчали. Беспокойство сдавило мне легкие.

– Я… Сейчас, как бы сформулировать… В общем, если мы это сделаем и через полгода никто не умрет, мы никогда не узнаем почему: потому что мы убили Викторию или потому что никакой угрозы не было с самого начала.

– Вот! Спасибо, Саша! Хоть кто-то адекватный! – воскликнула Яна и посмотрела на остальных с укоризной.

Глеб хмуро поглядел в мою сторону. Анечка пробормотала:

– Что-то я об этом не подумала. Видишь, как я тебе доверяю! – бросила она Стасу. – А ты, оказывается, задумал прикончить ни в чем не повинную библиотекаршу!

Стас сузил глаза, взгляд его сделался еще более пристальным. Он не любил проигрывать в собственные игры.

Я продолжила – откуда ни возьмись в голосе появилась уверенность:

– Глеб заподозрил, что Виктория – террористка, но это маловероятно, потому что в таком случае ты бы сразу обратился в полицию. Или обратились бы те, кто сообщил тебе некую секретную информацию. Версия с вирусом тоже маловероятна, Виктория бы уже всех заразила. Тут что-то другое… Смерть Виктории вряд ли принесет тебе очевидную выгоду. Остается только сверхъестественное. Например, ты убежден, что Виктория – наша «Аннушка, которая уже разлила масло» и некий ее поступок погубит всех. Но я не верю в предвидение и попытки обмануть смерть, как в «Пункте назначения»^[12]. Так что я против убийства. Осталось только выяснить, что ты имел в виду, когда говорил о секретной информации. Может, кто-то внушил тебе мысли об убийстве…

– Саша, ты только что спасла бедняжку Викторию от верной смерти! – воскликнула Анечка. – Стас у нас – прирожденный убийца, а ты – прирожденный детектив!

Я пожала плечами, хотя от удовольствия у меня вспыхнули щеки.

– Просто я прочитала много Агаты Кристи.

– Не расстраивайся, Стасик, я тебя понимаю, такое фиаско! Просто нож в спину. И главное, ты сам пригласил Сашу в клуб! – Яна светилась от восторга.

– Да-да-да, – отмахнулся Стас. – Я раздавлен, унижен и побит. Уползаю в свою нору.

Яна расплылась в улыбке:

– Ты даже не представляешь, как нам радостно это слышать!

– Оп-пять мы с т-тобой в д-дураках! – хохотнул Глеб и хлопнул себя по огромному колену.