Лабиринт призраков - Карлос Руис Сафон

Он протянул ей список. Донья Луиса просмотрела его и уточнила:

– Вам нужны записи о рождении или о смерти?

– Простите?

– С одной стороны у вас указаны акты о смерти, а с другой – о рождении.

– Вы уверены?

– Я всегда уверена. А маленький рост – это для отвода глаз.

В улыбке Луисы сквозило кошачье коварство.

– Тогда я хотел бы посмотреть и те и другие, если возможно.

– В чудесном мире испанской бюрократии возможно все. Будьте любезны, следуйте за мной, полковник, – пригласила Луиса, приоткрыв дверь за стойкой дежурного.

– Только капитан.

– Жаль. Имейте в виду, после того как вы так напугали Кармону, я вас повысила в звании. Вам не присваивают дворянские титулы по росту?

– Я уже давно начал усыхать. Амортизация.

– Поверьте, я хорошо понимаю вас. Я пришла сюда со статью балерины, и посмотрите на меня теперь.

Варгас следовал за Луисой по коридору, уводившему в бесконечную даль.

– Я ошибаюсь или здание кажется намного больше внутри, чем снаружи? – поинтересовался он.

– Вы не первый, кто заметил данную особенность. Оно увеличивается потихоньку каждую ночь. По слухам, здание питается внештатными сотрудниками и посетителями, которые приходят, чтобы покопаться в папках с документами, и засыпают в справочном зале. Я бы на вашем месте не теряла бдительности.

В конце коридора Луиса остановилась у массивной двери, габаритами не уступавшей порталу кафедрального собора. Кто-то прикрепил к притолоке полоску бумаги, на ней было написано: «Оставь терпенье всяк сюда входящий».

Подмигнув, Луиса толкнула тяжелую дверь:

– Добро пожаловать в волшебный мир гербовой бумаги и марок по две песеты!

Под сводами стрельчатых арок открывалась флорентийская перспектива на головокружительные соты, слепленные из полок, лесенок и картотечных шкафов. Лампы на подъемных механизмах излучали рассеянный свет, падавший вниз, как истлевший занавес.

– Святая мадонна, – пробормотал Варгас. – Как тут можно что-либо найти?

– Наобум, конечно, нет, но, проявив в должной мере находчивость и сноровку, а также положившись на опыт умелой помощницы, можно отыскать даже философский камень. Давайте проверим ваш список.

Вместе с Луисой Варгас приблизился к стеллажу, заставленному пронумерованными папками до самого потолка. Начальница щелкнула пальцами, и к ней проворно подскочили две сотрудницы.

– Мне необходимо подобрать журналы с 1939 по 1943 год. Секции с первой по восьмую под литерой В. И за тот же период – секции с шестой по четырнадцатую под литерой С.

Ассистентки вскарабкались по лестницам, а Луиса пригласила Варгаса присесть за один из рабочих столов, стоявших в середине зала.

– 1939 год? – произнес он.

– Ваши документы пронумерованы по старой системе. Она изменилась в 1944 году с введением национального удостоверения личности. Вам повезло, потому что значительная часть старых архивов военного времени утрачена, но папки за период с 1939 по 1944 год собраны в одном отделе, который я закончила приводить в порядок пару лет назад.

– Вы хотите сказать, что все упомянутые свидетельства относятся к послевоенному времени?

Луиса кивнула.

– Решили поворошить прошлое? – осторожно спросила она. – Отдаю должное вашей храбрости, но сомневаюсь, что это осмотрительный поступок. Мало кто заинтересован или испытывает желание копаться в том, что быльем поросло.

Дожидаясь возвращения подчиненных с затребованными регистрационными книгами, Луиса внимательно рассматривала Варгаса.

– Сколько времени вы не спали?

Он сверился с часами:

– Более суток.

– Вам заказать чашечку кофе? Поиски могут значительно затянуться.

Через два с половиной часа Луиса с двумя помощницами дрейфовала в океане бумаг, завершая плавание, чтобы насыпать на столе небольшой островок из амбарных книг. Варгас, едва державшийся на ногах, оценил масштабы задачи и тяжело вздохнул:

– Не могли бы вы мне помочь, сеньора Луиса?

– Разумеется.

Пока Варгас допивал третью чашку кофе, Луиса отпустила ассистенток и принялась раскладывать регистрационные журналы по двум стопкам, которые постепенно росли.

– Вы не хотите спросить меня, зачем все это нужно? – произнес он.

– А я обязана?

Варгас улыбнулся. Наконец Луиса закончила работу и перевела дух.

– Итак, данные должны находиться тут. Вернемся к списку. Посмотрим.

Сличая номера, она отбирала нужные тома, один за другим. Варгас обратил внимание, что по мере того, как Луиса просматривала записи, она все больше хмурилась.

– Что случилось? – спросил он.

– Вы уверены, что номера правильные?

– Других у меня нет… А что?

Луиса подняла голову от страниц реестра и растерянно посмотрела на него:

– Все свидетельства выданы на младенцев.

– Младенцев?

– Детей. Взгляните.

Она разложила книги регистрации перед Варгасом и начала последовательно сверять цифры.

– Видите даты?

Он безуспешно пытался расшифровать эту абракадабру. Луиса водила по страницам кончиком карандаша.

– Записи идут парами. Каждому акту о смерти соответствует акт о рождении. Причем парные документы были оформлены в один и тот же день и час, одним и тем же чиновником, в том же подразделении.

– Как вы узнали?

– По контрольному коду. Вот он.

– Что это может означать?

– Не знаю.

– Это обычная практика, когда один чиновник оформляет два свидетельства одновременно?

– Нет. Тем более речь идет о разных ведомствах.

– Почему так могло произойти?

– Они выданы в нарушение процедуры. Прежде свидетельства выписывали по округам. А все ваши зарегистрированы в центральном.

– Это незаконно?

– В известной степени. Более того, все записи о регистрации, если данные реестра верны, были сделаны в один день.

– Странно.

– Больше, чем зеленая собака. Но и это только начало.

Варгас молча уставился на нее.

– Все факты смерти засвидетельствованы в военном госпитале. Много ли детей умирает в военных госпиталях?

– А факты рождения?

– В больнице Святого Сердца. Все без исключения.

– Можно ли говорить о совпадении?