Сказки тридевятого округа - Александр Овчаренко

– Думаю, что скоро, – невозмутимо продолжил Малдер. – Коллективный разум решения принимает быстро, даже очень быстро.

В это время открылась дверь, и в кабинет без доклада уверенно вошёл пропавший неделю назад помощник-референт Юлий Пургаускас. Он, как всегда, был одет в строгий тёмный костюм, туфли его были до блеска начищены, со вкусом подобранный галстук завязан классическим узлом, а светлые волосы аккуратно расчёсаны на пробор.

– Здравствуйте, господа, – с лёгким акцентом произнёс референт, остановившись в трёх метрах от стола, за которым сидел мэр и неразлучная парочка спецагентов.

– Ты…? – с возмущением прошипел мэр и даже привстал из кресла. – Да как ты посмел? Да я тебя…

– Виктор Семёнович! – вежливо перебил его референт. – Сегодня я пришёл к вам не как ваш помощник. В настоящее время я являюсь представителем группы заинтересованных лиц, которые хотели бы путём мирного диалога прояснить создавшуюся ситуацию.

– Кем ты являешься? – побагровел от возмущения мэр. – И я не понял, чего ты там хочешь прояснить?

– Это парламентёр, – пояснил Малдер Солянину, не отрывая при этом взгляда от Пургаускаса. – Я правильно Вас понял?

Последний вопрос был задан непосредственно Юлию.

– Совершенно верно, – невозмутимо произнёс Пургаускас. – Можете называть меня парламентёром, так как данное обращение наиболее точно определяет цель моего визита.

Мэр попытался что-то ответить, но Малдер положил ему руку на плечо.

– Позвольте мне, господин мэр, – произнёс он вполголоса. – У меня есть практический опыт в ведении подобных переговоров.

– Ну, если опыт имеется… – промямлил мэр и ещё глубже уселся в своё громадное кресло.

– Вы, кажется, хотели уточнить создавшуюся ситуацию? – переспросил Малдер референта.

– Не уточнить, а прояснить сложившуюся ситуацию, – поправил его Пургаускас, который во всём любил точность, – Согласитесь, это несколько меняет контекст моего предложения.

– В чём именно?

– Уточнять можно детали, когда суть проблемы или события уже известны, а когда ситуация не ясна, то её сначала надо прояснить или, если хотите, конкретизировать.

– Ситуация сейчас как никогда предельно ясна, – невозмутимо ответил Малдер. – Ваш план по захвату планеты и уничтожению человечества уже не является тайной, скажу даже больше – он провалился!

– Вы в этом твёрдо уверены? – ровным, начисто лишённым интонаций голосом уточнил парламентёр, и от этого ещё больше стал напоминать человекоподобную куклу.

– Слушай ты… сволочь инопланетная…! – неожиданно вспылил мэр и попытался встать из кресла, но Малдер и Скалли снова положили ему руки на плечи и силой удержали в прежней диспозиции.

– Разве сегодняшняя демонстрация не является доказательством серьёзности наших намерений? – вступила в диалог Скалли.

– Мы догадывались, что решение о проведении рок-фестиваля было продиктовано вескими основаниями, правда, мы не знали, какими именно, – медленно, словно обдумывая каждое слово, произнёс Пургаускас. – Слишком уж поспешно проводилась подготовка этого незапланированного ранее мероприятия и, несмотря на поспешность, для его проведения у города нашлись деньги, и немалые деньги. Всё это было крайне нетипично для стиля работы московской мэрии. Сегодняшняя демонстрация силы, конечно, впечатляет, но что это даёт вам, землянам?

– Если мы сегодня с вами не договоримся, – уверенно продолжила Скалли, – то уже завтра в каждой стране, в каждом городе и посёлке, и даже в каждой забытой богом и правительством горной деревушке откроются специальные медицинские центры, через которые пройдёт всё население Земли! Подчёркиваю – всё, до последнего человека, даже если это будет новорождённый младенец! Мы выявим каждого носителя инопланетного разума и примем все меры, и если потребуется, то самые негуманные, для того, чтобы избавиться от вашего присутствия.

– Хм, а если люди не захотят посещать эти ваши специализированные центры?

– Тогда они будут уничтожены! – жёстко ответила Скалли. – Когда речь идёт о спасении цивилизации, не до сантиментов.

– «Каждая особь – это всего лишь небольшой сгусток мыслящей материи, которым во имя Великой цели можно и пожертвовать…», кажется, так принято выражаться в вашем мире? – не скрывая иронии, произнёс Малдер.

– Я так понимаю, что вы не стали ждать результатов сегодняшнего эксперимента, и правительства всех стран уже оповещены заранее, и армии ждут приказа начать карательные действия? Я не ошибся?

– Вы не ошиблись, – подтвердил Фокс, – вот только карательные действия будут применены только в крайнем случае, а в остальном Вы правы.

– Ну, это был «кнут», – криво усмехнулся Пургаускас, – но кроме «кнута» должен быть ещё и «пряник». Итак, что вы предлагаете нам, в случае если мы примем ваши условия?

Возникла пауза, во время которой парламентёр стал заметно нервничать и что-то подозревать.

– Хорошо! – прервал молчание Малдер. – Я не был уполномочен раскрывать все карты, но если Вы настаиваете, то я возьму ответственность на себя и скажу всё как есть. Правительства всех стран готовы прекратить финансирование по поиску и исследованию так называемой «тёмной материи», более того, эта тема будет объявлена псевдонаучной и после этого ни один уважающий себя учёный даже не подумает заниматься подобными исследованиями.

– Я вас услышал, – всё таким же бесцветным голосом произнёс референт. – Какие ваши гарантии?

– Когда на кону стоит сам факт существования всего человечества, вопрос о гарантиях мне кажется крайне неуместным! – вспылила Дана. – И вы не в том положении чтобы вести торг. Если называть вещи своими именами, то эту битву вы проиграли. Вы аутсайдеры! Мы предлагаем вам взаимовыгодное решение. Вы же сами предлагали решить проблему путём мирного диалога, так что давайте решать!

– Хорошо! – после недолгого раздумья произнёс парламентёр. – Мы принимаем ваши условия и с этой минуты объявляем срочную эвакуацию.

– Рада, что мы друг друга всё-таки поняли, – засияла Дана и, протянув для рукопожатия руку, шагнула навстречу помощнику-референту.

– Я тоже рад, – сдержанно произнёс Пургаускас и протянул свою руку. Однако вместо нежной девичьей ладони вдруг ощутил прикосновение холодного металла и сильный удар током. Пургаускас задёргался в конвульсиях и без сознания повалился на ковровое покрытие.

– Что Вы делаете? – сорвался на крик мэр. – Вы же сами говорили, что он парламентёр!

– Уже нет, – спокойно произнесла Дана, пряча электрошокер в карман. – Переговоры закончены, эвакуация объявлена, я только немного ускорила этот процесс.

– Зачем? – взвыл Солянин. – Вы же ставите под угрозу все наши договорённости!

– Зачем? – усмехнулась Скалли. – Я хочу точно знать, что инопланетные гости нас не переиграли.