Что может быть лучше? - Михаил Армалинский

В Цюрихе восемнадцатилетний Альберт немедля увлёкся сокурсницей по колледжу Милевой (Mileva Marie). Сербка из состоятельной семьи, выказавшая способности в математике, Милева приехала поучиться и оказалась единственной женщиной в группе студентов. Она была на три с половиной года старше Альберта.

Примечательно, что некоторое время после переезда в Цюрих и уже познакомясь с Милевой, Эйнштейн отсылал своё грязное бельё для стирки Marie, и та высылала обратно выстиранное по почте. Любопытно, нюхала ли она его грязные трусики перед стиркой или держала двумя пальцами вдали от себя с отвращением?

В прощальном письме Marie Эйнштейн писал воодушевляюще: «Любовь приносит больше счастья, чем жажда встречи – приносит боли». (Сам он придумал или вычитал у кого?)

Сближение с Милевой можно проследить по их продолжительной переписке, так как по разным обстоятельствам они находились в частой разлуке.

Повторяя любимого Шопенгауэра, Эйнштейн в одном из писем Милеве пишет, что жена отличается от проститутки только тем, что продлевает свой контракт на сожительство. И вёл он себя с Милевой по поговорке: «Зачем жениться, когда и так ложится». Жениться в итоге всё-таки пришлось, додавила его Милева и чувство долга.

Так как Милева соображала в физике и математике, Эйнштейн перемежал в своих письмах любовные высказывания со своими физическими размышлениями. Способность Милевы понимать его научный говор была одним из определяющих качеств Милевы, которое делало её идеальным партнёром в глазах Эйнштейна.

Однако родители Эйнштейна, с которыми он был очень близок, резко восставали против его связи и женитьбы на Милеве. Из-за своей прямоты и честности Альберт недальновидно пересказывал в письме своей возлюбленной оскорбительные замечания матери о ней: «Она книжница, как ты – а тебе нужна жена. Когда тебе будет 30, она уже будет старой ведьмой и т. д.». «Родители плачут обо мне, как будто я умер», – такую картину отношения будущих родственников он рисовал своей невесте.

Одно из своих писем Милеве он заканчивает так: «Целую тебя повсюду, везде, где ты мне разрешишь».

Это что? – она какие-то места не разрешала целовать, а Эйнштейн смирялся с этим запретом? Значит, Эйнштейн позволял ей не давать ему целовать пизду, что наверно было из ложного стеснения, которое Эйнштейн не мог преодолеть на том этапе. Но после очередной встречи в последовавшем письме он пишет:

…приятные воспоминания о том, как счастлива ты была в наш последний день, проведённый вместе, не покидают меня. Так что позволь мне поцеловать твой маленький ротик, чтобы не дать уйти этому счастью!

У Милевы на фотографиях рот весьма велик и вовсе не мал. Уж не имеет ли в виду Эйнштейн междуножный ротик, целовать который Милева наконец допустила Альберта, что сделало её такой счастливой?

Несмотря на свою якобы пламенную любовь к Милеве, Альберт дважды забывает о дне рождения своей возлюбленной и поздравляет её с запозданием. Просто в разлуке он думает о ней вовсе не всегда и не так сильно, как это излагается им в письмах.

Альберт пишет:

Без тебя мне не хватает уверенности в себе, страсти к работе, и жизнь не в радость – короче, без тебя мне и жизнь не жизнь.

То есть ему нужна была обстановка для спокойных занятий физикой. Регулярное удовлетворение похоти должно было создать рабочую атмосферу, без отвлечения на поиск и уговоры.

Свадебная фотография

1903 год

Современники описывают Эйнштейна как очаровательного молодого человека, на которого женщины обращали пристальное внимание. Милева же была крайне непривлекательна, малоросла, сутула, прихрамывала. Его друзья и знакомые, не говоря уже о родителях, недоумевали, как он, такой очаровашка, мог связаться с такой уродкой. Однако Эйнштейн оправдывался тем, что у неё красивый голос (в России говорили бы, что у неё красивые глаза), пренебрёг внешностью Милевы, во имя пизды и её доступности, да ещё способности (Милевы, а не пизды) поддерживать разговорчики о физике. Правда, через несколько лет Эйнштейн сам признавал, что, становясь старше, Милева просто «стала уродливой», а «женился он на ней из чувства долга».

Эйнштейн всегда смотрел в корень, и такое видение отражало стремление Эйнштейна заниматься не сторонними и мелкими физическими проблемами, а только краеугольными, основополагающими. Он писал:

Я хочу узнать, как Бог создал мир. Мне неинтересны те или иные явления в спектре того или иного элемента. Я хочу знать Его мысли, остальное – это детали.

При Эйнштейновой одержимости красотой в построении картины мира и использовании её как критерия справедливости физической теории можно лишь утверждать, что красоту Милевы он видел не в лице. И не в её голосе. А в… – вот именно!

Внебрачную девочку, которую она от него родила в 1902 году, Эйнштейн так и не увидел. Родилась она, когда он с Милевой был в разлуке, Милева уехала к родителям рожать, и в силу разных обстоятельств Милеве пришлось её отдать на удочерение.

Зато они женились в 1903 году, и Милева родила Альберту двух сыновей. Так что свои основополагающие работы 1905 года Эйнштейн написал, будучи скучно женатым на Милеве и качая коляску ногой, держа в одной руке книгу, а в другой – воняющую дешёвую сигару, каким его однажды увидел его друг, зашедший в гости.

Эйнштейн мог легко концентрироваться на важных для него мыслях в любой обстановке – ещё в детстве он сиживал в гостиной на диване и углублённо читал научно-популярные книжки среди шума и гама. А когда у него уже было два ребёнка, он мог сосредоточенно заниматься своими теориями, не обращая никакого внимания на их плач и вопли.

Иллюзии о прекрасности брака с Милевой у Эйнштейна быстро рассеялись и выразились в таком афоризме:

Брак – это безуспешная попытка создать нечто продолжительное из краткого эпизода.

Многозначительным предсказанием обречённости его брака оказался факт, что в день свадьбы, отпраздновав событие, он забыл ключ от новой квартиры, и ночью будил соседей, чтобы начать свадебную ночь. Даже на свадебной фотографии видно в невесёлом лице Эйнштейна, что он испытывал внутреннее сопротивление женитьбе. Но так как Милева пожертвовала своей карьерой и честью ради него, он решил отплатить ей женитьбой.

Милева была психически неустойчива, что усугублялось с каждым годом. Дурная наследственность давала себя знать. Она вела себя как одержимая, устраивая сцены и скандалы, ревнуя Альберта не только к женщинам, но и к друзьям.

В 1909 году давняя знакомая Эйнштейна Анна (Anna Meyer-Schmid) прочла в газете о его назначении профессором и вспомнила студента-физика, с которым она кокетничала (или спала?) несколько лет назад. Теперь она была замужем и решила поразвлечься, написала письмо Эйнштейну. Тот обрадовался, дал ей понять, что горит встретиться, дал ей свой рабочий адрес, и Анна ответила, что, мол, давай. Но её письмо перехватила Милева, устроила скандал, написала мужу Анны жалобу на её поведение. Муж с возмущением написал Альберту – что, мол, происходит? И Эйнштейн вынужден был написать извинительное письмо мужу, что ошибочка вышла. Так Милева хотела сорвать прекрасную еблю. Но за это Альберт так обозлился на Милеву, что брак стал трещать по швам.