Зимняя вишня - Владимир Валуцкий

— Э, э!.. — забеспокоился Храмов. — Не балуй!..

А Алексей, выхватив у него из кармана маузер, уже бежал прочь, вдоль мостовой.

Еще мгновение — и начальника Чукотки поглотила толпа.

— Отдай, гадюка!.. Отдай! — кричал Храмов, пытаясь высвободить ногу.

Но захваты держали крепко, щетки лихо летали по сапогу..

Пробежав несколько кварталов, Алексей свернул за угол и остановился.

Над широким стеклянным входом плыл макет океанского лайнера. Рекламный джентльмен в костюме «гольф» улыбаясь, махал с палубы рукой. Вокруг светились надписи на всех языках мира, в том числе и на русском.

Перед вертящейся дверью стоял лощеный швейцар.

«Бюро путешествий»… «Бюро путешествий»… «Бюро путешествий»… — призывно мигала реклама.

Внимательно оглядев рекламного путешественника, Алексей в раздумье потеребил ухо, повернулся — и скрылся за углом.

Дневные и вечерние костюмы, фраки и смокинги, домашние халаты и визитки. Лица манекенов в витрине равнодушно глядели на прохожих.

Из магазина вышел Алексей. Он был одет точно так же, как джентльмен на рекламе Бюро путешествий.

Брюки до колен, клетчатые гетры, кургузый пиджачок и узкополая тирольская шляпа с пером.

Швейцар привычно склонил голову.

Миновав вертящуюся дверь, Алексей оказался в просторном холле.

Навстречу уже спешил лысый господин в золотых очках.

— Сит даун, плиз! — Он заботливо усадил гостя в кресло и сел напротив, улыбаясь самым приятным образом.

Бой подкатил столик с бутылками, сигарами и сверкающими приспособлениями для сбивания коктейлей.

Лысый что-то спросил по-английски.

— Ай вонт… ит из… — начал было Алексей, но запнулся. — Русский я… Ай эм рашен!..

— О-о!.. Рашен?! — удивился господин и исчез.

Булькал сбиваемый боем коктейль.

Алексей беспокойно оглянулся. У входа лысый господин объяснял что-то швейцару.

Начальник Чукотки покосился налево — вторая дверь была заперта.

Направо — двери не было совсем.

Неожиданно сзади раздалась русская речь:

— Господин управляющий просит великодушно извинить, сэр, что вам переводит швейцар… Но фирма отказалась от услуг переводчика — туристов из России нет уже шесть лет… Вы понимаете… эти катаклизмы…

— Понимаю… — облегченно вздохнул Алексей.

Управляющий снова сел в кресло и взял налитый коктейль.

— Господин МакКуин вас слушает… — объяснил швейцар.

— Хочу путешествовать!..

Швейцар перевел. Лысый нажал какую-то кнопку.

Прямо перед Алексеем раздвинулись жалюзи и открылась рельефная карта мира.

Подавая гостю длинную указку, швейцар перевел:

— Какой маршрут вы наметили, сэр?

Алексей подумал и ткнул в Гавайские острова.

Лысый господин понимающе кивнул и снова защелкал кнопками.

Свет погас. На карту с тихим жужжанием опустился экран. На нем возникли море, белоснежный лайнер, джентльмены, играющие на палубе в теннис.

Швейцар пояснил:

— Вас доставит «Бристоль», сэр. Теплоход. Гарантирован полный комфорт. Фирма берет на себя заботу о вашем пребывании на Гавайях. Апартаменты в лучших отелях. Прогулки. Развлечения. Первым классом — три тысячи восемьсот долларов.

Зажегся свет.

— Так… Ну… а сюда?..

Алексей ткнул указкой чуть посевернее.

Плиз… — Управляющий снова включил невидимый проектор. На экране появились чайные домики, гейши и рикши.

— Пароходом до Нагасаки… — рассказывал швейцар. — Затем тур по стране. Остановки по вашему желанию, сэр. Своеобразный местный транспорт. Памятники старины. И недорого — всего две тысячи долларов.

Экран погас.

— Понятно… А если… сюда… — указка проделала замысловатый путь и остановилась возле Анадыря.

Швейцар удивленно посмотрел на Алексея и перевел.

Управляющий заговорил, разводя руками.

— Он говорит, что это очень сложно, сэр… — переводил швейцар. — Прямого сообщения нет… Придется совершить кругосветное путешествие: Сидней — Кейптаун — Дакар — Гамбург — Петроград… потом Сибирь…

— Только потом? — уныло переспросил Алексей. — Ну а русские пароходы… сюда заходят?

— Бывают… торговые. Раз, ну два в год…

Алексей секунду помолчал, а потом кивнул на экран.

— Еще разок Нагасаки покажите…

Свет погас. Замелькали кадры. А когда снова стало светло, разборчивого посетителя в кресле уже не было…

«Расписка. Дана сия в том, что заимообразно взял из народных денег 15 (пятнадцать) долларов на обмундирование. С обязательством вернуть подписуюсь. Алексей Глазков (согласно мандата)».

Алексей сложил расписку вчетверо и спрятал за пазуху.

Бородатый швейцар опустил жалюзи на витринах Бюро путешествий, проверил замки и, не спеша, направился по улице.

— Скажите, пожалуйста… — услышал он за спиной тихий голос. — А если на палубе… до Европы сколько стоит?

Швейцар обернулся.

— А, неутомимый путешественник! Алексей кивнул.

— Послушайте, юноша, — швейцар приблизился к нему. — Я не спрашиваю, как занесло вас сюда и что тянет обратно, — но вы действительно хотите вернуться в Россию?

— Очень хочу, — признался Алексей. Лицо швейцара к этому располагало.

— Денег у вас нет, документов, полагаю, тоже?

Алексей в ответ только вздохнул.

— Тогда, мой дорогой, у вас есть только один путь. — Швейцар полез в карман, вытащил бумажник, из него какую-то картонку. — Это членский билет Союза моряков. Чужой, разумеется, но он очень помог мне в моих странствиях. Правда, из России — сюда…

Алексей протянул руку.

— Минуточку… Но прежде, юноша, дайте мне слово, что и Москве у Иверской закажете молебен по родителям моей супруги.

Алексей помолчал. Потом решился.

— Честное слово!

— Это поминальник… Вот членский билет… и я вам расскажу, как им пользоваться. — Швейцар улыбнулся Алексею грустно и доброжелательно. — Все мы тут, без родины, сироты, и кому, как не нам, помогать друг другу!

— Сингапур!

Алексей, спавший на скамейке, открыл глаза и в первую очередь пощупал, на месте ли пояс.

Мимо него, опережая и отталкивая друг друга, бежали люди.