Русалка и миссис Хэнкок - Имоджен Гермес Гауэр

Этот роман появился на свет в первую очередь благодаря Ребекке Стаут и Генри Саттону, которые, невзирая на все мои сомнения, убедили меня в необходимости взяться за его написание. Ричард Берд и Кейти Дерби, преподаватели школы мисс Броуди, послужили для меня источниками вдохновения.

Мне посчастливилось приступить к работе над «Русалкой и миссис Хэнкок» при поддержке моих первых замечательных читателей из Клуба исторической литературы, а также Сары Янг, чьи терпение и доброта не знают себе равных, и Софии Велтфорт, по чьей настоятельной рекомендации моя русалка обрела собственный голос. Шарлотта Берн, Робин Драммонд и Адам Роулс, первые читатели окончательной рукописи, окрылили меня своим энтузиазмом, а Дэни Редд тщательно «причесала» текст, отнесясь к нему с критическим, но благожелательным вниманием, которого я не заслуживаю. Дельные советы и дружеское участие Паулы Кокоццы стали для меня настоящим подарком небес, когда я подготавливала роман к выпуску в свет, а Роуз Томашевска щедро делилась со мной секретами писательского ремесла и всячески меня подбадривала с самого начала и до конца работы.

Мне выпало огромное счастье пользоваться поддержкой и поощрением поистине замечательных организаций. Степень магистра гуманитарных наук я смогла получить благодаря стипендии Мемориального фонда Малькольма Брэдбери; оргкомитет конкурса «Лучший дебютный роман по версии Mslexia» значительно укрепил мою уверенность в своих силах, и я никогда не забуду, какую радость и гордость я испытала, став номинантом литературной премии Фонда Деборы Роджерс. Воодушевленная столь высокой оценкой моего творчества, я почувствовала, что для меня нет ничего невозможного, и я безмерно счастлива быть частью наследия Деборы.

Каждый писатель хорошо знает, какие невероятные усилия порой требуются для того, чтобы просто сесть и писать. Я не смогла бы сделать этого без Джена Саттона, моего чудесного работодателя и отзывчивого товарища, который был рядом со мной, когда я только приступала к роману; без Сью Хилл, которая нашла мне работу, когда я была безработной; без Пенни Фриман и Питера Хадсона, которые предоставили мне свой коттедж одним восхитительным летом; и без Ники, Ив, Лин, Найла, Рачинты, Холли и Шеймуса, в чьем доме я написала восемьдесят тысяч слов.

Мне хотелось бы лично выразить свою глубокую признательность каждому историку, чьи сочинения я проштудировала в ходе своих исследований. Если я жила и дышала восемнадцатым веком, то только благодаря вам: ваши труды каждый день давали мне бесценные сведения, утоляли мою любознательность и пробуждали во мне эмоциональное сопереживание эпохе. Однако отдельно я должна поблагодарить доктора Маргарет Р. Хант, которая с безграничным терпением отвечала на все мои довольно-таки невежественные вопросы, и Фиону Синклер, которая безотказно наполняла меня знаниями, энтузиазмом и чаем с печеньем.

Огромное спасибо тебе, Кэролайн Саттон, мой бесстрашный литературный агент и замечательный товарищ по этому предприятию. Огромное спасибо моему редактору Лиз Фоли за терпение, понимание и твердую поддержку. Вы – лучшие, и спасибо, спасибо вам за то, что вы всегда видели эту книгу именно такой, какой она виделась мне.

Если бы мои родители не приучили меня к чтению, я бы вообще не стала писателем. А потому в следующую очередь я хочу горячо поблагодарить свою дорогую маму, привившую мне вкус к литературе, и своего дорогого папу, сызмала поощрявшего меня во всех моих творческих начинаниях.

Мэнди Ли Джандрелл всегда серьезно относилась к моим литературным опытам, что очень много для меня значило.

Спасибо тебе, Оскар, за то, что время от времени – без всякого повода с моей стороны – хвалишь мои литературные способности. Ты замечательный брат.

Милая Агнес, книги откроют для тебя весь огромный мир.

Спасибо тебе, Джейми, за все дни, недели и месяцы, когда работа над романом была для меня важнее наших отношений. Если ты и считал, что я неверно расставляю приоритеты, ты ни разу не сказал этого вслух. У меня нет слов, чтобы выразить, как я горжусь тем, что у меня такой невероятный друг: сердце мое переполнено.

И наконец – глубочайшая признательность Саймону и Мэдди, которые верили в меня еще прежде, чем я сама в себя поверила, и я с радостью посвящаю этот роман им двоим.

Фатом – морская сажень, единица длины в английской системе мер, равная 6 футам, или 1,82 метра.

…уэслианской проповеди… – Джон Уэсли (1703–1791) – английский протестантский проповедник, один из основателей методизма.

Куафер (coiffeur, фр.) – устар. парикмахер.

…миссис Чаппел, настоятельница «Королевской обители». – Прообразом миссис Чаппел послужила Шарлотта Хейз (ок. 1725–1813) – известнейшая держательница роскошных публичных домов в лондонском квартале Кингз-Плейс, давшем название описанному в романе заведению.

«Таун-энд-Кантри» (Town and Country) – журнал светской хроники, выпускавшийся в Лондоне с 1769 по 1796 г.

Турнюр – принадлежность дамского туалета в виде подушечки, которая подкладывалась сзади под платье, чуть ниже талии, для придания пышности фигуре.

Платье-шемиз (от фр. chemise – рубашка) – цельнокроенное платье из тонкой полупрозрачной ткани, слегка расширяющееся книзу, с высокой талией.

Биллингсгейт – крупнейший рыбный рынок в Лондоне.

Петигреновое масло – группа эфирных масел, получаемых перегонкой листьев и молодых ветвей различных видов семейства цитрусовых.

Коломянка – плотная гладкая ткань полотняного переплетения из льна.

«Друри-Лейн» – старейший из непрерывно действующих театров Великобритании. В XVII–XVIII вв. считался главным драматическим театром британской столицы.

«Розолио» – итальянский ликер, основным компонентом которого являются лепестки роз.

Зато никто не скажет, что я проживаю жизнь впустую, без всякого исследования. – Отсылка к изречению Сократа: «Жизнь без… исследования не есть жизнь для человека». Платон, «Апология Сократа». Перевод М. Соловьева.

Редингот – верхняя одежда прилегающего силуэта с разрезом сзади, чаще двубортная, с отложным воротником, иногда с пелериной. Принадлежность мужского и женского гардероба.