О, Мари! - Роберт Енгибарян

* * *

В словах Шесткова слышалась вся неприглядная правда. Ситуация была очевидной – трое выпивших подонков в военной форме напали на прохожего. Обычное, обыденное событие, случающееся в Москве и Подмосковье едва ли не ежечасно. Убитые, покалеченные, осужденные исчислялись сотнями и тысячами, притом эти случаи составляли самое большее пять или десять процентов аналогичных происшествий. Но конкурирующие силовики – милиция, армия, КГБ, внешняя разведка, ГРУ, прокуратура – начали бурную деятельность, где каждый хотел выиграть позицию за счет другого. Каждая структура придерживалась удобной для себя версии и постепенно начинала верить, что все было именно так. Если бы я по-идиотски честно написал докладную о факте нападения на меня, кто знает, чем бы все это закончилось. Наверняка завели бы дело о превышении границ необходимой обороны и нанесении тяжких телесных повреждений.

Совсем забыл! А если в мое отсутствие обыщут квартиру и найдут в туалетном бачке завернутые в целлофан документы? Ведь все идиоты именно так и хранят что-то для себя важное.

Поспешил домой – нет, все на месте. Вышел в город через контрольно-пропускной пункт и выбросил документы в первый попавшийся мусорный бак, предварительно потоптавшись по ним в грязной луже и основательно промочив.

Ну ладно, пьяные мерзавцы этот случай надолго запомнят. Может, пронесло? Неужели все позади? Пора вернуться к нормальной жизни. Я никак не мог успокоиться.

Несмотря на холод, решил выйти прогуляться. Жаль, что в моей квартире нет телефона. В моменты, когда становится особенно тоскливо, говорил бы с близкими и друзьями. Проходя мимо Василисиного дома, заметил свет в окнах ее квартиры. Может, зайти к ним и сделать хотя бы один звонок – Марку, Фаине, Араму? Так я смогу немного развеяться и не буду себя чувствовать таким одиноким. К тому же звонок из Подмосковья в Москву бесплатный, людей я этим никак не утруждаю.

Я уже двинулся по направлению к дому, как вдруг заметил возле входа в подъезд оживленно беседующих Василису и новичка спортгруппы лейтенанта Юрия Скворцова, светлоглазого высокого блондина. Они были настолько заняты своей беседой, что не заметили меня, несмотря на то что я прошел совсем рядом.

Какая хорошая, славная девочка Василиса! У нее от природы огромное желание кого-то любить, заботиться о нем, иногда помечтать, иногда погрустить. И как хорошо они с Юрием подходят друг другу!

А сам я, мое окружение, мои желания, мои, в конце концов, культурно-цивилизационные потребности никак не вписываются в эту среду. Предположим на минуту, что в моей жизни нет Мари и ребенка и завтра я женюсь на Василисе. Как я буду строить отношения с Иваном Денисовичем? Представил, как по воскресным дням мы с Василисой приходим к ее родителям в гости с бутылкой и завернутой в газету селедкой. Теща ставит на стол горячую картошку, маринованные огурцы и все, что полагается. Выпиваем по полбутылки. Приходят два офицера из соседних квартир, приносят еще бутылку, картошка и все остальное – наше. Еще пьем. Потом встаем и громко кричим три раза – гип-гип, ура! Затем начинается пение и танцы, кто-то, уронив голову на стол, уже спит. К нам поднимается обозленный сосед снизу, но тут же присоединяется к общему веселью. Ближе к полуночи Василиса насильно отрывает меня от застолья, но я успеваю еще выпить с Иваном Денисовичем на посошок. Жена заставляет меня одеться, и мы, беспричинно споря, идем домой. Идиллия!

Такую картину я неоднократно видел в советском кино, но в своем исполнении представил ее впервые. Как бы я выглядел в этой роли? Мне кажется, очень смешно и глупо, тем более что я сознаю, что это роль не моя, а какого-то другого человека…

Попробую представить обратную картину: Василиса у нас, в нашем городе. Пришлось бы с девушкой немного поработать, адаптировать к местным условиям. Материал ведь хороший – душа у нее добрая, да и внешность неплоха, если сбросить килограммов двадцать, станет вообще красавицей. Через год, гуляя с ней по улице и случайно встретившись с Иветтой, смогу с гордо поднятой головой подойти и познакомить дам, обменяться любезностями.

Во всяком случае, огромное число армян и грузин женятся на русских, и семьи часто получаются очень хорошие. А какие красивые дети! Прав отец, который говорит, что нашу древнюю кровь необходимо освежить северной русской кровью. Вековая замкнутость не пошла на пользу еще ни одной нации – начинается вырождение, различные болезни, некрасивые хилые дети. А кроме того, мы же из одной большой христианской семьи, есть только бытовые различия. Ну еще в меньшей степени ментальные, моральные и прочие, они несущественны и легко преодолимы. Во всяком случае, я сам знаю множество подобных примеров. Как и обратных, когда мужьями армянок и грузинок становятся русские, и у них тоже все нормально, хотя первый вариант встречается гораздо чаще.

* * *

Мои биологические часы регулируют сон таким образом, что я просыпаюсь всегда в одно и то же время. Если мозг устанавливает время моего подъема, скажем, в семь утра, значит, я открою глаза именно в семь. Правда, спать буду неспокойно, сверяя свое внутреннее ощущение времени с часами. Лучше поставить будильник.

Как темно на улице! Еще только начало февраля, самое холодное время года. Уже больше семи месяцев ни одного по-настоящему солнечного дня. Какое все-таки огромное значение в жизни человека имеют солнце, тепло, свет! Без них трудно чувствовать себя счастливым или хотя бы живущим в комфортных условиях. Должно быть, я максималист. Живу хоть и в крохотной, но отдельной квартирке, питаюсь более-менее нормально, во всяком случае, не голодаю. Конечно, с натуральной домашней едой мой рацион не сравнится, но надо учитывать, что я на службе и получаю так называемую зарплату. В конце концов, на удовлетворение элементарных потребностей хватает. По воскресеньям езжу в Москву, могу поехать даже в субботу вечером и переночевать там. Имею постоянную телефонную связь с близкими людьми. Но все равно недоволен! Другие на учениях спят в палатках или огромных казармах, едят в общей столовой, а мне все чего-то не хватает. С другой стороны, всем довольный человек не стремится совершенствоваться, улучшить свою жизнь и жизнь своего окружения.

С такими размышлениями я начал свой рабочий день. Бесконечная череда до тошноты примитивных уголовных дел. Как же легко добиться признательных показаний от солдат! Без крика и запугиваний выкладывают практически все. С офицерами, понятно, чуть сложнее, приходится работать более изощренно. Может, это тоже национальный характер? Русские люди открывались легче, признавались сразу. В крайнем случае ссылались на то, что были пьяны. Жаль их. Большинство этих ребят совсем неплохие, просто жертвы обстоятельств. Слабость, пагубная тяга к алкоголю или просто желание не выделяться из окружения толкает их на правонарушения. А что будет дальше? Так можно большую часть населения отправить в тюрьмы и лагеря.

Работаю как бездушная машина. Вот молодые офицеры, дела которых я расследую. В чем вообще состоит их преступление? Я бы сказал одно: в неорганизованности, невоспитанности, расхлябанности. В пьяном состоянии ночью открыли стрельбу. Вовремя не сдали оружие. Нарушили уставные требования хранения оружия. Избили непослушного солдата. Проявили неуставные отношения с окружением. Участвовали в пьяной драке. В таком же состоянии один из них нанес телесные повреждения жене, другой – теще. Жалко отправлять их в тюрьму, надо бы по возможности как-то помогать им. Может, исправятся, не будут потеряны и для себя, и для близких, и, в конце концов, для общества? Скука беспросветная. Скорее бы воскресенье!