Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

– Помнится, вы искали советника, – сказал он. – Еще немного, и вы бы прошли мимо.

Лейан посмотрела в указанном направлении и, действительно, увидела Тристана, беседующего с управляющим библиотекой.

– Задумалась, – сказала Лейан. – Спасибо.

– Всегда пожалуйста.

Казалось, он был не прочь продолжить беседу, но Лейан быстрым шагом пошла к Тристану. Она не знала, кем был этот красивый человек, но он почему-то вызвал у нее не самое лучшее чувство – нечто среднее между смущением и страхом. Уходя, она спиной ощущала его пристальный взгляд, и это ей совсем не понравилось.

Однако мысли о нем быстро выветрились у нее из головы, когда она всмотрелась в Тристана и разговаривающего с ним управляющего, который недавно назвал себя Эксентаром. Лейан вспомнилось, что в старой подшивке их имена значились напротив друг друга. Или это все-таки было ошибкой? Но, в любом случае, Лейан не могла припомнить, чтобы они когда-либо беседовали. Кроме того, разговор явно был не из заурядных. Тристан говорил тихо и настойчиво, будто бы терпеливо убеждал своего собеседника, а Эксентар болезненно морщился, тяжело вздыхал и то и дело качал головой. Вид у него был расстроенный. Лейан даже подумала, что, быть может, управляющий в чем-то провинился, и Тристан делает ему выговор.

Как раз в этот момент они заметили ее. Эксентар вдруг залился краской и, развернувшись, почти побежал в сторону библиотеки. Такое поведение вызвало бы у человеколюбивой Лейан тревогу, если бы бегство управляющего не ознаменовалось забавным происшествием – за ним, словно по команде, рванули сразу три неизвестно откуда взявшихся кота. Из-за них он несколько раз споткнулся и чуть не упал.

– Лейан! – улыбнулся ей Тристан. – Ты разве не должна быть на дежурстве? – немного строже добавил он.

– Дедушка запретил. Рэвенлира отправил. А что это такое было? – Лейан с интересом посмотрела на котов. Один из них сдался, двое других, не удовлетворившись запертой дверью библиотеки, за которой, беззлобно ругаясь, скрылся управляющий, полезли в ближайшее окно.

– Да бог знает, почему, но за Эксентаром с самого детства вечно коты ходят, – усмехнулся Тристан.

– Счастливый, – позавидовала Лейан. – Так он все-таки Эксентар?

– Ну да. Странно, что ты не знаешь – ты ведь так часто ходишь в библиотеку.

Лейан очень хотелось спросить Тристана, о чем они разговаривали, уж не о ней ли – ведь почему-то управляющий так смутился, когда увидел ее. Но она одернула себя: этот вопрос был ничем не оправдан, пустое любопытство. Уж лучше было поинтересоваться, почему Эксентар в старых записях значился советником градеронского правителя.

Однако Лейан вовремя вспомнила, зачем она здесь.

– Тебя все ищут, – сказала она. – Балиан и Юан хотят поговорить с дедушкой, а он без тебя отказывается.

– Ну, чему быть, того не миновать, – вздохнул Тристан.

– Это вроде не про Градерон… У них, кажется, что-то случилось во время последнего дежурства.

Такая постановка вопроса Тристана заинтересовала. Он поблагодарил Лейан за сообщение и заспешил к Главной башне. Подумав, девушка направилась следом. В конце концов, она имела воинский статус, а, значит, имела право знать, что происходит.

– Наконец-то! – накинулся на Тристана уставший от ожидания Балиан. – Ходишь где-то!

– Успокойся, – усмехнулся Тристан. – Как там Демиан?

– Заходили, вроде нормально, – ответил Балиан без большой уверенности.

Тристан велел им с Юаном еще немного подождать, а сам прошел в зал. Оттуда немедленно донеслись крики, но уже через минуту Тристан пригласил братьев пройти. За ними, стараясь не привлекать к себе внимания, вошла Лейан и заняла неприметную позицию в сторонке. Но Юан ее заметил и весело ей подмигнул. От внимания Гволкхмэя приход внучки тоже не укрылся, но выдворять ее он не собирался – он привык, что она часто находится здесь, помогая Тристану с бумагами или отчитываясь об очередном дежурстве или задании.

Перекинувшись с Гволкхмэем несколькими традиционными криками, Балиан поведал присутствующим о том, как бросился бежать за незнакомцем и что из этого вышло. Главное, что интересовало их с Юаном – кто же такой этот Эридан и почему он стал отступником.

Но даже не пришлось спрашивать, знают ли Гволкхмэй и Тристан, кто он такой. Услышав имя, оба вздрогнули и, переглянувшись друг с другом, заметно помрачнели.

– Рассказывайте, – коротко велел Балиан.

– Я тут правитель, нахал! – взревел Гволкхмэй.

– Какая разница! Этот козел знает того козла! Немедленно говорите! – Балиан топнул ногой.

– Скажи им, Тристан, – буркнул Гволкхмэй. – Сил нет вспоминать эту гадость.

Тристану тоже не хотелось, но, тем не менее, он послушно сказал:

– Эридан был воином Рассвета, осужден за убийство… Его изгнали больше десяти лет назад.

– Почему я тогда о нем не слышал? – посмотрел на него Балиан.

– Слышал, – безрадостно проговорил Тристан. – Ты просто не знал его имени и, к счастью, не был свидетелем. Он повздорил со своим приятелем на территории Эндерглида и убил его. Рядом были двое учеников, они пытались помешать. Он убил и их.

Юан и Лейан содрогнулись. Балиан оцепенел. Действительно, он, в отличие от Юана и Лейан, которые тогда были совсем детьми, помнил эту ужасную историю, хотя и не хотел помнить. Это было неслыханно – воин Рассвета поднял оружие на человека, не имевшего даже воинского статуса. Вдобавок, без малейшего сожаления убил двух смелых мальчишек, которым не было и двенадцати. Эту трагедию особенно не афишировали, но весь воинский состав знал о ней и был не прочь самолично поквитаться с убийцей. Однако, следуя законам Этериола, преступника, скрепя сердце, просто изгнали. Самым отвратительным было то, что он, юноша всего лишь семнадцати лет, не выразил ни малейшего раскаяния и хладнокровно заявил, что имел право убить человека, его оскорбившего, а заодно тех, кто мешал ему отомстить за обиду, будь то дети, воины, правители или еще кто, посему для изгнания нет веских причин. Пораженные таким цинизмом воины и стражи Врат Рассвета, внешне смирившись со сравнительно мягким наказанием (хоть и считалось, что изгнание – это самое страшное, что может произойти), втайне пытались разыскать Эридана. Но эти попытки не увенчались успехом. Он просто исчез.

Рука Балиана непроизвольно дернулась к мечу. Он пожалел всем сердцем, что не закончил начатую битву.

– Я убью его, – глухо проговорил он. – Найду и убью.

– Законами Этериола запрещается убивать отступников без должных на то оснований, – сухо проговорил Тристан. – Впрочем…

– Впрочем, основания у тебя есть! – взревел Гволкхмэй. – Этот мерзавец, что в Градероне, черт бы его побрал, утверждает, что Этериол в опасности из-за… Из-за…

– Из-за рогатого козла, – услужливо подсказал Балиан.

– Из-за рогатого козла! – продолжал бушевать Гволкхмэй. – Если они с ним заодно, ты имеешь полную свободу действий!