Словарь Ламприера - Лоуренс Норфолк

— Пеппард — наш общий друг, — произнес Ламприер. Мистер Теобальд кивнул, убрал плащ со стула, стоявшего рядом с Ламприером, и переложил его на другой стул, слева от себя. Ламприер стал было присматриваться к его шляпе, но тут почувствовал на себе выжидающий взгляд индуса.

— Ах да, простите, я забыл, — спохватился он. — Я должен был сразу представиться. Меня зовут Джон…

Назим напряженно ждал, когда же молодой человек назовет свою фамилию, но в этот момент появился Пеппард; адвокат двигался прямо по направлению к ним, но, казалось, никого не узнавал.

— Джордж! — окликнул его Ламприер. Коротышка продолжал идти не оглядываясь.

— Мистер Джордж? — переспросил индус, снова пожимая руку Ламприера.

— Нет, я… простите, одну минутку. — Ламприер стал пробиваться между пьяными посетителями, пытаясь угнаться за своим другом. — Джордж! — снова позвал он. — Джордж Пеппард!

И тут Пеппард обернулся.

С первого взгляда было заметно, что его судьба резко изменилась к лучшему. Захудалый конторский служащий за неделю превратился в отменного щеголя с Бонд-стрит: сюртук с иголочки и рубашка с накрахмаленным воротником, изящно повязанный муслиновый шейный платок, начищенные до блеска кожаные туфли с сияющими медными пряжками. Но самая разительная перемена произошла с прической: вместо спутанной массы темно-каштановых волос голову адвоката теперь покрывали ровные золотистые завитки, волнами ниспадающие до плеч.

— Разве мы с вами знакомы, сэр? — насмешливо-надменно произнес Пеппард. Ламприер засмеялся и похлопал его по плечу.

— Превосходно, Джордж, — воскликнул он. — Честное слово, очень хорошо. Ну, пойдем, Теобальд нас уже заждался.

Он не оборачиваясь махнул рукой в сторону индуса.

— И в самом деле, превосходно, — согласился его собеседник, — Но теперь я вправе потребовать объяснений.

— Но Джордж…

— Я не Джордж, — ответил тот. — Я — Теобальд. Ламприер подумал, что игра зашла чересчур далеко.

— Я только что говорил с Теобальдом, — сказал он Пеппарду и оглянулся на индуса.

Но индуса уже не было.

— Он там был… — начал было Ламприер, и мозг его бешено заработал. Неужели он ошибся? Пеппард пристально смотрел на него, наморщив лоб и сощурив глаза…

— Но вы же обернулись, — сказал Ламприер. — Я позвал вас, и вы…

— Вы крикнули: «Пеппард», — перебил его собеседник. — А я — Теобальд Пеппард, брат Джорджа, и теперь я хотел бы знать, кто вы такой.

Ламприер подумал, что индус так толком и не представился и в действительности почти ничего не сказал. Возможно, он плохо понимал английский язык и воспринял обращение к нему Ламприера как обычное общение за столом. Потом он ушел по своим делам. Такое объяснение казалось единственно возможным, но с другой стороны, индус производил впечатление человека, полностью понимающего, что ему говорят. К тому же эта шляпа. Она показалась Ламприеру такой знакомой…

— … брат-близнец Джорджа, — говорил новоявленный Теобальд. — Неделю назад я получил от него записку.

Он показал Ламприеру письмо, которое Джордж отправил с посыльным в тот вечер.

— А где же Джордж?

— Вы должны извинить меня, — сказал Ламприер. — Вы с ним так похожи. Я имею в виду внешность.

— Да, — сухо ответил Теобальд. Он нервно оглядывался вокруг. — Впрочем, я больше не могу ждать, — посетители трактира явно не вызывали у Теобальда симпатий, — ведь уже прошло полчаса после назначенного времени.

— Но вы же только что пришли! — возразил Ламприер.

— Если бы я пришел вовремя, то потерял бы впустую целых полчаса, — парировал тот.

— Неужели вы, прождав целых двадцать лет, теперь можете уйти, так и не увидевшись с братом, из-за каких-то нескольких минут? — У Ламприера это не укладывалось в голове.

— Если бы Джордж действительно хотел со мной встретиться, он пришел бы вовремя. А какое вам дело до нашей встречи?

— Ему предоставилась возможность восстановить свое доброе имя, если мы с вами поможем ему.

— Восстановить доброе имя! Ну конечно! Корабль моего братца до сих пор цел и невредим? Знаете ли, я слышал эту историю задолго до вас, мистер…

— Ламприер, — подсказал Джон.

— Ну так вот, двадцать лет назад я отказался загубить свою жизнь ради сомнительного дела, в которое ввязался Джордж, — отказываюсь и сейчас.

— Нет-нет, все обстоит очень просто. У нас уже есть все свидетельства, нам нужно только небольшое подкрепление. — И Ламприер вкратце пересказал ему историю капитана Нигля и «Фолмаута», пропавшего без вести и снова объявившегося в Лондоне.

— Абсурд! — воскликнул Теобальд. — Вы что, хотите, чтобы я подтвердил всю эту чушь? Да знаете ли вы, кто я такой?

Ламприер покачал головой.

— Я — главный архивариус Ост-Индской компании, — провозгласил Теобальд, гордо выпячивая грудь.

Двадцать минут спустя Ламприер с Теобальдом шагали по тротуару Голден-лейн.

— Нам нужно не столько подтверждение этого факта, — говорил Ламприер, — сколько ваша позиция; «за» или «против»? Естественно, вы правы, все это кажется абсурдным. Но вы единственный человек, который способен так или иначе обеспечить нам доказательства. Джордж просто помешан на этом деле, ему надо во всем убедиться. Нам необходима ваша помощь, вы понимаете?

Теобальд Пеппард прекрасно понимал, что без его поддержки не обойтись. Несколько минут спустя он со скрипом согласился отправиться к Джорджу.

— Но я так и не понял, зачем это нужно лично вам, — продолжал расспрашивать его Теобальд, когда они повернули на север.

— Вы имеете в виду «Вендрагон»? Нет, это-то меня лично не касается, — ответил Ламприер. — Мне нужен был совет Джорджа относительно одного старого документа, доставшегося мне в наследство. Так мы и познакомились.

— Так, значит, вам безразлично, существует этот корабль или нет, и действительно ли он используется для каких-то тайных целей?,

— Вот именно, — сказал Ламприер. — Мне это важно лишь в той степени, в какой касается Джорджа.

— Ага, — скептически пробормотал Теобальд. Ламприер подавил острое желание сбить спесь с этого гордеца.

— А когда вы стали архивариусом Компании? — спросил он по возможности безразличным тоном.

— А вам что за дело? — огрызнулся Теобальд. Нервы у него явно пошаливали.

— Просто любопытно, — сказал Ламприер.

— Вскоре после того, как Джордж отколол свой номер, лет двадцать назад. Ну что, нам еще далеко?

— Уже почти пришли, — ответил Ламприер. Теперь ему стала понятна причина разногласий между братьями. Теобальд принял предложенную ему синекуру, когда Джорджа принудили замолчать.