Я - серийный убийца. Откровения великих маньяков - Микки Нокс

Дорога продолжала извиваться подобно гремучей змее. Билли был одет в старый, не по размеру скроенный костюм и подобие плаща. Для зимы в Мичигане этого явно было недостаточно. Скоро наступит новый, 1951 год. На дворе было 30 декабря. В тюрьме наступление Нового года ценили больше Рождества. Там казалось, что смена цифры на обложке календаря должна принести новую жизнь. Это важнее подарков от Санта-Клауса. Почему-то Билли казалось очень важным добраться до дома до этой смены цифры на календаре. Это желание появилось, когда он вышел из оружейного магазина. Из сиюминутного порыва постепенно желание перерастало в навязчивую идею. Холодные порывы ветра притупляли все чувства и мысли, пока, наконец, в голове не осталось только одно это желание.

Послышался очередной гул мотора автомобиля. Билли привычно выбросил руку с поднятым большим пальцем. На успех он даже не надеялся. Неожиданно перед ним остановился новенький паккард. В машине было несколько человек. С заднего сидения доносились веселые возгласы и лай собаки, а рядом с водителем сидела красивая женщина в модном приталенном платье с глубоким вырезом.

– Куда тебе, сынок? – добродушно поинтересовался Карл Моссер.

– Домой, – честно прохрипел простуженным голосом Билли. – Джоплин, Миссури, – пояснил он.

– Это далеко, – покачал головой Карл, уже собираясь закрыть боковое стекло. Билли показалось, что если сейчас эта машина уедет, у него больше не останется никаких шансов. В отчаянии Кук достал из кармана револьвер и просунул в еще не закрытое окно.

– Путь домой всегда самый долгий, – произнес он и резко открыл боковую дверь. Он схватил за руку женщину и вытащил ее на дорогу. Та успела лишь испуганно всхлипнуть. Карл оцепенел от ужаса, а с заднего сидения больше не доносилось ни звука.

Женщина выглядела больше и массивнее Билли, но Кук легко заломил ей руку. Он подтолкнул ее вперед, и та легко сделала пару шагов до задней двери машины. Когда он открыл дверь, Кук на секунду помедлил. На аккуратно накрашенном лице женщины отражался ужас, но было в это выражении и что-то иное. Незнакомое Билли. Жалость. Пожалуй, лишь пару раз в жизни он встречал в лицах людей это чувство, обращенное к нему. Билли был слишком уродлив, чтобы смотреть в глаза людям, чтобы люди смотрели на него. Возможно, и не так уж редко его жалели, но это так и оставалось безмолвным порывом, так никем и незамеченным. Кук сбросил оцепенение в тот момент, когда заметил, что водитель зачем-то повернулся назад. Он о чем-то переговаривался с сидящими сзади детьми. Кук тут же начал заталкивать женщину назад. Управившись с этим, он резко захлопнул дверь и сел на переднее сиденье рядом с водителем. Кук направил дуло револьвера на мужчину за рулем и велел трогаться.

– В Миссури? – тихо поинтересовался Карл Мосер.

– Вперед, – коротко приказал Билли.

Несколько часов они ехали молча. Никто не решался произнести ни слова.

Карл Моссер с женой и детьми возвращался от друзей. В машине было трое его детей, младшему из которых едва исполнилось три года, любимая собака и жена Карла. Жена Карла, добропорядочная домохозяйка, посвятившая себя семье, теперь тихо плакала на заднем сиденье, а дети с любопытством поглядывали на Билли.

Кук старался сохранять предельный контроль над ситуацией, но делать это становилось все труднее. Он уже больше суток был в дороге. Больше суток свободы. Для его жизни даже больше, чем порой бывало. В прошлый раз его арестовали через пару часов после того, как выпустили из тюрьмы. За украденные одиннадцать долларов его приговорили к еще пяти годам, которые окончательно сломили его. Сейчас, в тепле салона автомобиля, внимание Билли начало рассеиваться и ему отчаянно хотелось заснуть.

– Как тебя зовут? – поинтересовалась женщина на заднем сиденье.

– Билли, – просто и по-детски ответил Кук. В тюрьме его иначе как Косоглазым не звали, а когда-то давно, в детстве, мама называла его именно так – Билли.

– Зачем ты это делаешь, Билли? – ласковым голосом поинтересовалась женщина. – Что у тебя случилось?

Билли понимал, что женщине совершенно плевать на то, что у него случилось, но все-таки людям свойственно верить в то, что им хочется. Билли очень хотелось поверить, что его судьба действительно кому-то может быть интересна. Да и внимание было затуманено усталостью.

* * *

“Bad luck” – неудача. Эту татуировку на костяшках пальцев ему набили сокамерники, когда Билли арестовали через пару часов после того, как освободили. Кук не возражал. Эти синие издевательские буквы на руках частенько напоминали ему о том, кто он есть на самом деле. Иногда, знаете, воображение ведь разыгрывается. Хочется поверить в то, что однажды выиграешь в национальную лотерею или случится еще что-нибудь хорошее. Эти буквы на руках помогали вернуться в реальный мир, в котором за всю свою жизнь Кук так и не познакомился с удачей или везением. По теории вероятностей должен был бы, но он имел смутное представление об этой самой теории.

Билли Кук родился 23 декабря 1928 года. Он оказался младшим ребенком в очень бедной, но все-таки вполне добропорядочной семье. Отец – шахтер, мать – домохозяйка и ревностная католичка. Конечно, больших денег в семье не водилось, но и не голодали. Билли помнил те времена, когда они еще всей своей огромной семьей по воскресеньям ходили в церковь. Только отец частенько пропускал воскресные службы, он никогда не отличался излишней религиозностью. В церкви его мать частенько болтала с женой помощника шерифа, красивой молодой женщиной. Именно на лице подруги матери Билли частенько встречал это выражение жалости и сочувствия к Билли.

Дело было в том, что Билли родился чрезвычайно слабым ребенком с ярко выраженным косоглазием. Как потом говорили, впервые ему не повезло в тот день, когда он родился. Впоследствии несчастливая звезда, облюбовавшая мальчика, так и продолжала вести его за собой. Врачи посоветовали матери мальчика как можно скорее сделать ребенку операцию по исправлению косоглазия. В те времена офтальмология была развита далеко не так хорошо, как сейчас. Операции по исправлению косоглазия делали часто и сложными они не считались, однако процент возникших осложнений был очень высок. Билли оказался в числе несчастливых. Операцию сделали неудачно. Развилась инфекция и возник риск того, что мальчик может ослепнуть. Врачам удалось вернуть зрение, но косоглазие исправить не получилось. От предложения повторной операции мать ребенка отказалась. В их семье больше не было лишних денег.

Раннее детство Билли пришлось как раз на годы Великой депрессии. Глубокий экономический кризис постепенно проник во все уголки огромной страны. Заводы и фабрики переставали работать, люди, один за другим, разорялись и лишались работы. Героями дня становились гангстеры наподобие Альфонсо Капоне. Работа на шахте приносила все меньше денег, пока наконец отца Билли не сократили. А еще через год шахта попросту перестала работать. Отец детей частенько продолжал приходить к месту своей бывшей работы, нередко он вместе с детьми спускался в эту шахту. Такие прогулки дети любили. Они казались чем-то вроде большого приключения, во время которых отец всегда был необычайно весел и добр к ним. Правда, на пути к дому настроение его всегда резко менялось в худшую сторону.