Не отрекаются, любя (сборник) - Доктор Нонна

– Здравствуй, Лера! Вот… это Нино… моя… жена.

Ей захотелось с размаху захлопнуть дверь – и чтоб прямо в эту смущенную (понимает ведь, какой он гад, и все-таки явился – зачем, черт побери?) улыбку, в эти глаза… Чтоб он провалился!

– Мы ненадолго. – Шагнув вперед, Давид втолкнул ее в квартиру, потом в комнату, прижал к стене и жарко зашептал в ухо: – Она сестра моей покойной жены. Я не мог… родственники… я их отцу теперь много должен. Я дом купил недостроенный, буду достраивать, а к тебе буду приходить… Лера… Лера…

Она почувствовала, как в ответ на его зовущий запах изнутри поднимается привычная жаркая волна, как дурманит голову, туманит взгляд…

Ну уж нет!

– А знаете что? Пошли вы все к черту! – Лера выскочила из квартиры, с размаху хлопнув дверью.

К черту, к черту, к черту!

У нее есть работа, есть клиника «Максим» (и сам Максим у нее есть – в каком-то смысле! – работают-то бок о бок), а остальные пусть катятся на все четыре стороны! За девочками, как всегда, присмотрит Антонина, а Давид… А что – Давид? Не болван ведь он, догадается уйти из ее дома. Неважно – куда, ее, Леру, это совершенно не интересует. Главное, чтоб испарился. Вместе с этой своей… Нино. Фу-ты ну-ты!

Лера долго не могла понять, почему «Субару» не двигается с места. Ей же ехать надо, в клинику надо! Потом догадалась, что неплохо бы ключ в замке зажигания повернуть. Вот ведь как на нее появление Давида подействовало! Намечтала себе, напридумывала всякого: любви до небес, семьи человеческой. Тьфу! Чтобы жить с ним, а не воровать ночи. Ходить по воскресеньям гулять – семьей! С девочками!

Фантазерка! Доверчивая сентиментальная фантазерка!

Вот только не плакать, рыкнула Лера сама на себя. Нечего слезы лить, на дорогу надо смотреть и о работе думать, а не о всяких там…

Наскоро припарковавшись, она стремительно вбежала в здание клиники, мельком отметив, что надо бы устроить охранникам сеанс бодрящего инструктажа – опять расслабились, позволяют себе покидать пост у входа. Нет, понятно, все живые люди, воды попить, в туалет сходить, но для этого существуют подмены. Сегодня же всем хвосты накручу… ладно, в крайнем случае завтра, сегодня опять гора срочных дел ждет… с этой мыслью Лера распахнула дверь своего кабинета, влетела внутрь…

…и задохнулась от болезненного удара под дых. Она даже не успела заметить нападавшего – только стремительное движение, согнувшее ее пополам. Нападавший (а может быть, он был не один?) закрутил ей руки за спину, схватил за волосы и еще раз коротко ткнул в солнечное сплетение. Сейчас будут пытать, холодея от ужаса, подумала Лера; во рту было кисло и горько, в глазах темнело, мысли рвались и путались, она не могла даже вспомнить, сколько денег в кабинетном сейфе. Что им нужно – почему-то ей казалось, что нападавших несколько, – подумала она и потеряла сознание.

Открыв глаза, Лера увидела белый потолок…

– Отлично, коллега. – Врач, стоявший возле ее кровати, был молод, улыбчив и абсолютно незнаком.

– Что… что со мной? – Лера схватила его за руку.

– Отлично! – повторил врач. – С вами все на удивление хорошо. Вас пытались избить, но, поскольку вы, как я понимаю, очень быстро потеряли сознание, остановились. Так что, кроме сотрясения мозга и сорокавосьмичасовой комы, у вас все в порядке. Ну и ссадина на щеке. Даже ребра не сломаны. Повезло вам.

– Ну да, – хмыкнула Лера. – Повезло. Как обычно. А что, собственно… Зачем?

Врач испытующе взглянул на пациентку, Лера ответила прямым и почти начальственным взглядом:

– Говорите. Кто? Зачем? Что вообще…

– Обычный рейдерский захват. – Наклонившись к самому уху Леры, он прошептал фамилию, которая многое объяснила. – Клиника «Максим», сами понимаете, очень вкусный кусок. Местоположение, близость к институту Склифосовского, то есть к его ресурсам, и все такое прочее.

– А… Максим Дмитриевич… он… – Она не знала, как спросить, но врач понял.

– Его успели предупредить, – тихо, но уже не шепотом, не на ухо, а выпрямившись, быстро проговорил он, – так что сейчас он, вероятнее всего, уже за границей.

– А что с персоналом?

Он промолчал.

– Когда я могу выписаться?

– Чем скорее, тем лучше. Валерия Викторовна, – врач опять понизил голос, – если честно, вас тут вообще нет. Мы вас забрали из клиники, потому что тут рядом и потому что вы… ну… как бы своя. И я, честно говоря, не понимаю, почему вас…

– Не добили? – безжалостно уточнила она.

– Ну… да. – Он покачал головой. – Может, подумали, что вы не оправитесь, а может, решили, что вы им не опасны. Но вы же понимаете, что это за люди. Они в любой момент могут передумать. Максим Дмитриевич не робкого десятка мужик, но предпочел скрыться.

– Хорошо. – Лера приняла решение быстро, как на операции. – Могу я позвонить?

– Да, конечно. – Врач протянул ей трубку.

– Давид, мне нужна помощь, – начала она, даже не поздоровавшись.

– Куда приехать? Что нужно? – деловито спросил он. Только сильный грузинский акцент, появлявшийся в экстренные моменты, выдавал, что он вполне осознал серьезность ситуации – и волнуется за нее, Леру.

– Меня нужно забрать из больницы. Не беспокойся, я, в общем, в порядке, но дело срочное. – Она назвала номер палаты и, помня о том, что «вас тут вообще нет», имя врача, который его встретит.

Давид приехал через двадцать минут:

– Тебя прямо сейчас нужно забрать? – Он коснулся ее разбитой щеки и закусил губу. – Как ты?

– Ничего, до свадьбы заживет. – Она выдавила из себя улыбку, боясь, что сейчас расплачется. Как будто не появлялся он на ее пороге вместе с этой… Нино, как будто не рвалась на части душа, как будто не жгло горло так и непролитыми слезами. Как будто они вместе – Лера и Давид, и никого больше. Впрочем, сейчас так оно и было. – Давид, меня нужно отсюда забрать, но это не главное. Мне нельзя пока возвращаться домой. И Антонину с девочками оттуда тоже нужно забрать. Я не знаю, на сколько. И… это опасно. Но… мне некого больше…

Он не дал ей договорить:

– Я вернусь часа через два. Надо все устроить. Подождешь?

Лера кивнула, чувствуя, как ее накрывает тяжелая дремота. Ничего, при сотрясении нужно спать, успела подумать она и провалилась в сон.

Через два с половиной часа, уже сидя в машине с пакетиком каких-то медикаментов в руках (врач сунул их ей со словами: «Возьмите, я там написал, когда и что принимать»), Лера наконец поинтересовалась, куда они едут.

– К нам, – почему-то нахмурился Давид. – Антонина и девочки уже там. И… я заглянул в вашу клинику, там…

– Я знаю, что – там, – поморщилась Лера.

– Нет. – Он мотнул головой. – Там один охранник мне передал… вот. – Он протянул ей конверт.